Злата

лифчике.

Не знаю, как бы далеко я могла позволить зайти Эскаланту в его «шалостях», если бы не зазвонивший мой

мобильный.

Мое сознание вмиг вернулось ко мне, когда я услышала мелодию звонка - это был редкий случай, когда со

мной хотел поговорить мой отец вне положенного срока.

– Я должна ответить! – резко высвободилась я и кинулась к телефону.

Под пристальным и недовольным взглядом Эскаланта, я попыталась урегулировать свое дыхание и нажала

кнопку «ответить»

– Да, папа! – сдержано ответила я.

– Привет, дочь! – раздался усталый, но привычно деловой голос отца. – Как дела?

– Все в порядке. Отчет по карте я скину сегодня, прости за задержку. Началась учеба, и я немного загружена.

Я чувствовала на себе взгляд Виктора.

112

– Хорошо. В университете все в порядке? Как Тесса?

– Все как всегда.

Голос отца был непривычно напряжен.

– Как дома? – спросила я.

Я услышала тяжелый вздох отца. Мое подозрение усилилось.

– Тяжело. Но, ничего серьезного. Рад, что у тебя все в норме. Жду отчет сегодня. Тети привет. До свидания,

дочь.

– Пока… - но мне в ухо уже звучали гудки.

Я вздохнула. Непонятная обида накатила на меня, я сглотнула комок слез. Так было всегда, после очередного

отцовского звонка.

– Злата? – позвал меня Виктор, и я почувствовала спиной его приближение.

– Прости, - не оборачиваясь, молвила я, пытаясь взять себя в руки. – Мне необходимо было ответить.

– Я все понимаю. Тебе не зачем извиняться.

Проморгав накатившие слезы, я украдкой смахнула все же одну, скользнувшую по щеке и повернулась к нему,

с подобием улыбки.

– Вы с отцом не очень-то близки, верно? – осторожно спросил Эскалант, погладив меня по лицу.

– Верно, – выдохнула я.

Виктор сел на мой диванчик и притянул меня к себе на колени.

– А что за отчеты ты ему скидываешь?

– На что я трачу его деньги.

Он откинул прядь моих волос за плечо.

– Ты из-за меня не успела его доделать? – догадался Виктор.

Я кивнула.

– Но про меня ты ему не говорила? – осторожно спросил он.

– Нет, конечно! – увидев, что он нахмурился, я спохватилась. – Причина не в тебе… Просто, он бы не

позволил… нам встречаться. Он, не хочет, чтобы меня что-то связывало с Испанией, кроме тети и учебы. В

отличие, от самой тетки.

Я усмехнулась.

– Почему?

Передернув плечами, я избегала взгляда Виктора.

– Поэтому, ты не с кем и не встречалась? – догадался тот.

– Да. Он поставил мне условие. Иначе он заберет меня домой.

– А почему со мной стала?

Я закусила губы, смущаясь.

– Не устояла.

Эскалант повернул мое лицо к себе и ждал, когда я посмотрю на него.

113

– Как же я рад этому! – с довольной улыбкой признался он. – Но все же отцу придется сказать. Иначе он может

узнать это из прессы.

– Он не читает светскую хронику.

Виктор сдвинул брови и перестал улыбаться. Невероятно, он настаивает, чтобы я рассказала о наших

отношениях своему отцу!

– Папа может рассердиться и увезти меня…

– Латти, - перебил он меня и поймал мой взгляд. – Я не позволю ему. Теперь, ты моя.

У меня даже голова закружилась от этого тона.

– Хорошо. Я расскажу отцу, как представится случай.

Он кивнул. Наступила пауза. Я не могла выбросить из головы подозрительное настроение отца.

– Почему у вас такие отношения? – нарушил мои раздумья Эскалант.

Я снова ощутила, приближающийся комок слез и обиды. Это была больная тема для меня.

– Просто, он одни из тех отцов… которые не любят своих детей.

Это было трудно сказать вслух.

– Так было всегда?

– Нет, наверное… Когда была жива мама, мы чаще общались. Иногда, даже весело было! – я не успела

смахнуть слезу и она упала на мои сложенные руки. – Мама была той ниточкой, которая связывала нас. А

когда ее не стало, он стал совсем чужим. Порой мне казалось, что он меня обвиняет в ее смерти…

– Латти, - нежный голос Виктора, прорвал мою сдерживающую слезы стену, и они хлынули потоком. –

Крошка…

Эскалант обнял меня, поглаживая по спине и рукам.

– Когда я был мальчишкой, у меня была самая частая детская мечта – иметь щенка, – заговорил Виктор. – И

однажды, на мой восьмой день рождения, родители мне подарили маленького лабрадора. Моему счастью не

было предела! Я назвал его Чаком и проводил с ним все свободное время…

Я улыбнулась, представив красивого темноволосого мальчугана, с ямочками на щечках и черными густыми

ресницами обрамляющие огромные темные глаза.

– … Особенно я любил играть с ним на одной из самой красивой в мире поляне, недалеко от дома. Это было

наше тайное место с Себастьяном и Чаком. Мы сбегали туда украдкой с уроков, хранили свои сокровища,

летали на велосипедах… Чак прожил полтора года, а потом умер. Для меня это было страшным ударом. Очень

тосковал. Но большую боль мне причиняли напоминания о моем друге: его ошейник, мяч, который он любил

грызть и даже места где мы часто играли. В том числе и та полянка. И знаешь, что я сделал?

– Что? – с чувством сострадания спросила я, подняв к нему лицо.

Эскалант смотрел вдаль, погрузившись в воспоминания, поглаживая мою руку.

– Я избавился, от всех тех вещей. И даже перестал бывать в местах, которые ассоциировались у меня с Чаком.

Так мне было легче пережить эту утрату.

– Мне очень жаль… - прошептала я, положив голову обратно ему на грудь.

– Отец очень любит тебя, – как мораль своей истории, подвел итог Виктор. – Просто каждый раз, когда он