Злодейский путь!.. Том 10

Муан опустил руку, пытаясь скрыть свое разочарование.

Какое-то время Шен настороженно смотрел на него, а затем, уверившись, что тот больше не станет пытаться, вновь приблизился и произнес:

— Лестница прямо здесь? — он взмахнул рукой. — Вот здесь передо мной?

— Да.

Шен сделал шаг вперед. Глаза подсказывали, что он должен был с силой врезаться в перила, ограждающие террасу, но этого не произошло. Мгновение казалось, будто он стоит в пустоте, а затем глазам предстала лестница, ведущая наверх.

— Похоже, наваждение снято.

Шен обернулся и посмотрел на Муана.

— Я не могу пройти дальше, — произнес тот. — Точнее, я могу попытаться, но ощущение странное, воздух словно становится более вязкий. Мне кажется, если я продолжу идти вверх, то могу не выбраться обратно.

— Лучше жди меня здесь.

Радость от того, что смог увидеть больше Шена, быстро сменилась беспокойством за него. Муан недовольно замер у подножия лестницы, с трудом сдержавшись, чтобы не попросить Шена не задерживаться.

— Будь поаккуратнее, — все же напутствовал он.

Шен хмыкнул и стал подниматься. Он не верил, что Муан сможет почувствовать то же самое, что он чувствовал несколько минут назад, но даже обычное его беспокойство казалось удовлетворяющим. Это было абсурдно, они явно не играют в игру «кто о ком переволнуется». Хотя, если бы играли, Шен бы уверенно шел впереди.

Он тихо поднялся на третий этаж, ощущая нарастающее давление негативной энергии. Вместе с этим ощущением он стал улавливать неприятный запах, а затем услышал тихое пение. Напев был без слов, просто мелодия, отчего-то беспокоящая не меньше, чем если бы он услышал слова проклятья. Однако эта мелодия прекрасно указывала нужное направление.

Шен аккуратно ступал по деревянному полу, готовый в любой момент рвануть вперед, если пол заскрипит под его ногами. Однако добротный пол не издал ни звука, позволив ему незамеченным подобраться к приоткрытой двери, из-за которой доносился голос. Запах стал сильнее, и теперь отчетливо ощущался мерзкий сладковатый смрад разложения, смешивающийся с солоноватым ароматом свежей крови.

Стараясь не делать глубоких вдохов, Шен взялся за дверь и потянул ее на себя. Картина, представшая его глазам, в первое мгновение выбила весь воздух из его легких и чуть не лишила чувств.

Просторное помещение казалось грязно-бурым от крови. Справа бесформенной мясной кучей были свалены свежие, лишенные кожи тела. Весь пол был усеян пластами кожи, бывшими недавно телесной оболочкой. Можно было различить лица, пустые глазницы, волосы, руки, ноги и гениталии. Кое-где даже сохранились куски одежды. Здесь были мужчины и женщины. Если б Шен был здесь днем ранее, то узнал бы в некоторых из них тех дам и господ, что играли в «Сто страшных историй» вместе с Ером и остальными.

Посреди этого ужаса в кресле сидела женщина. Та самая распорядительница, только уже не в розовом платье, а будто в рабочем переднике. Она напевала незатейливую мелодию и большой иглой сшивала кожу в одно сплошное полотно. Ее «работа» продолжалась явно не первый день, ведь часть полотна за спиной громоздилось горой почти до самого потолка.

Ужас пробрал Шена до костей. Утратив всякий здравый смысл, он бросился вперед и принялся перебирать кожаные пласты, боясь найти среди них знакомые, хотя и искаженные лица. Он ошибся! Он с самого начала был слишком самоуверен! Они все мертвы! О боги, как они все могут быть мертвы?!

Он поскользнулся на коже и упал на колени, продолжая лихорадочно сдвигать один пласт за другим. Его руки покрылись кровью, серебристая одежда быстро впитала ее, став алой на треть.

— Что ты делаешь? — раздался зычный женский голос.

Шен не сразу обратил на нее внимание, занятый куда более важным делом. Ему необходимо было найти их или подтвердить, что их здесь нет!

— Я спросила: что ты делаешь?

Шен, наконец, замер, осознавая, что стоит на коленях на человеческой коже, держа в руках очередной ее пласт.

«Неплохая завязка «Ста страшных историй», — подумалось ему. — С такой я бы точно порадовал духов».

Эта абсурдная мысль помогла ему полностью прийти в себя. Шен медленно поднялся и небрежным жестом стряхнул с плеча несуществующую пылинку.

— Ищу тех, кто играл со мной в «Сто страшных историй», — отозвался он.

— Их здесь нет, — произнесла женщина.

Она чуть возвышалась над ним, стоя на горе кожи, и, отложив в сторону полотно, поигрывала длинной иглой, словно оружием.

— Я знаю, что это были всего лишь куклы. Где настоящие?

Женщина провела грязным пальцем по губе, будто раздумывая, стоит ли сказать правду. Хотя какая, к черту, женщина? Это определенно было демоническое создание, Шен просто еще не определил, какое именно!

— Это не куклы, а отражения… Однако туда может попасть только человек с сильной духовной энергией, — наконец, произнесла она.

— Какое совпадение, я именно такой.

— И вправду, ты именно такой…

Шен подумал о том, что она, вероятно, промышляла своим занятием достаточно долго и накопила много энергии. Настолько много, что смогла полностью скрыть от него свою ауру, когда притворялась обычной женщиной. Была ли она одета в свою собственную кожу?

— Ты можешь попытаться убить меня, но это не поможет тебе найти тех, кого ты ищешь, — произнесла она.

Только этот факт и удерживал Шена от того, чтобы не прикончить ее на месте. Не то, чтобы он такой щепетильный, но перед ним была одна из тех тварей, ради уничтожения которых и зовут заклинателей.

— Понимаю, ты боишься, что я убью тебя, как только ты скажешь, где найти моих друзей. Тогда покажи мне дорогу. Это тебя устроит?

— Я уже приоткрыла для тебя дверь, — призналась женщина. — Осталось лишь указать путь.

Глава 240. На скрытом в тумане постоялом дворе

Глаза Эры закрылись, и она уронила голову на столешницу.

— Вам плохо? — тут же забеспокоился не сводящий с нее глаз Энь Дао.

Девушка, немного обескураженная тем, что почти отключилась, тряхнула головой, пытаясь прийти в себя.

— Все нормально, — отозвалась она, отстраняясь от ладони господина Энь, которой тот накрыл ее руку для моральной поддержки.

Белый туман за окном все еще не сменился такими же туманными сумерками, хотя по ощущениям они находились здесь уже очень долго. Эра начинала гадать, может ли быть так, что этот туман больше никогда не сменится ночью? Нужно было что-то предпринять, чтобы выбраться отсюда, но она чувствовала усталость и апатию. Она запретила себе спать здесь, но с каждой минутой мысль о сне казалась все заманчивее.