Злые игры

Доусон сам был отцом крохотной девочки, которой каким-то образом удалось добиться его привязанности. У Брайанта была взрослая дочь-старшеклассница, а сама Ким… Что ж, пребывание в семи приемных семьях ни для кого не проходит бесследно. Они не забывали об этом случае ни на минуту, будучи на работе или вне ее. Когда они отдыхали, их сознание постоянно возвращалось к тому, что две малышки все еще находятся в ловушке у своего так называемого отца и что каждая минута, которую они проводят вне работы, только удлиняет мучения двух невинных душ. Так что мотивации у них хватало.

Стоун подумала о молодой учительнице, которая набралась смелости и рассказала о своих подозрениях официальным лицам. Она поставила на кон свою профессиональную репутацию и не побоялась возможных насмешек со стороны коллег.

И вот теперь вероятность того, что все это было напрасно, выворачивала внутренности Ким наружу.

Инспектор посмотрела на констеблей. Ни один из них не ответил на ее взгляд.

– Так что же, ни один из вас не может сказать ни слова в свою защиту? – Она сама услышала, что говорит сейчас точно как классная руководительница, которая ругает двух школьников за то, что те подложили ей жабу в стол.

Стоун хотела сказать еще что-то, но даже ей не хватило сил кричать на людей, предающихся столь малодушному отчаянию.

Ким бросила на них еще один испепеляющий взгляд, прежде чем повернуться и выйти из комнаты.

– Мэм, мэм, подождите секундочку!

Повернувшись, она увидела, как Уайли торопится за ней. Каждый из его седых волос и каждый дюйм его внушительного брюха были заработаны на службе Ее Величества. Стоун остановилась и сложила руки на груди.

– Я… Я хотел объяснить, – он кивнул в сторону раздевалки. – Он просто не смог взять себя в руки. Я хотел его остановить, но он двигался слишком быстро. Понимаете, мы к ним уже заходили… Какое-то время назад. Там была семейная ссора, и теперь Дженкс не может себе простить… Ведь мы их видели сидящими, обнявшись, на диване… Этих девочек. Я пытался ему объяснить, что мы никак не могли этого знать… Или как-то остановить…

Ким хорошо понимала их разочарование. Но ведь, черт побери, они же его взяли!

– Что же теперь будет с Дженксом? Он хороший офицер.

– Хорошие офицеры не избивают подозреваемых, Уайли.

Хотя сама она тоже пару раз чуть не сорвалась. Часть ее страстно желала, чтобы в каждой комнате для судебных заседаний была специальная дверь, через которую педофилы попадали бы прямо в ад.

Уайли еще глубже засунул руки в карманы.

– Понимаете… Мне всего неделя осталась до отставки…

А-а-а, теперь все понятно. В действительности он просто хотел знать, как этот эпизод повлияет на судьбу его самого.

Ким вспомнила лицо Доусона, когда они спустились в этот подвал в доме Леонарда Данна, и первый же диск вогнал их всех в ступор. Вспомнила, как Брайант звонил своей женушке, чтобы отменить поход в театр, потому что не мог бросить работу. Вспомнила всхлипывания Стейси и ее частые отлучки в туалет – ведь, как самый молодой член ее команды, блестящий юный детектив-констебль не имела права демонстрировать свои чувства остальным членам коллектива.

А теперь дело может просто не дойти до этого чертова суда…

Стоун покачала головой:

– Знаете, констебль, ваша судьба меня совершенно не интересует.

Глава 6

Полностью удовлетворенная результатами своей встречи с Руфью, Алекс остановилась перед стеной кабинета, на которой в рамочках висели ее дипломы и сертификаты, так благотворно действовавшие на ее пациентов. Здесь был диплом бакалавра медицины, полученный на медицинском факультете Университетского колледжа Лондона; свидетельство члена Королевского колледжа психиатров и сертификат об окончании специального тренинга уровня ST-4. Эти документы напоминали ей о наиболее тяжелых годах учебы – тяжелых не из-за количества и сложности самих занятий, ее IQ [14] в 131 балл позволил ей преодолеть эти трудности без всяких проблем. Самими тяжелыми для Александры были скука, сопровождавшая ее учебу, и необходимость постоянно держать себя в руках, чтобы ненароком не выставить своих руководителей и профессоров в глупом свете.

14

Коэффициент интеллекта – количественная оценка уровня интеллекта человека. Среднее значение (норма) коэффициента определяется в 100 баллов.

Так что пока ее самым большим достижением был титул доктора психиатрии, и это был единственный диплом на стене, который пациенты могли оценить по достоинству.

Алекс не испытывала никакой гордости за свои академические достижения. В душе она никогда не сомневалась, что достигнет своей цели. Сертификаты же были повешены на стену ради одной-единственной цели – вызвать доверие у пациента.

Закончив образование, Алекс приступила к выполнению второй части своего плана. Два года она потратила на создание своей профессиональной репутации: писала статьи и работала над разбором различных клинических случаев в рамках психиатрической науки, давно зашедшей в тупик, с тем чтобы заработать уважение коллег по цеху. Хотя мнение коллег для нее ничего и не значило – ее единственной мотивацией было создание профессиональной репутации, которая не будет поставлена под сомнение в будущем. Тогда, когда она будет готова приступить к выполнению основного плана. То есть сейчас.

Все годы подготовки своего плана доктор Торн была вынуждена сотрудничать с судебной системой, проводя оценку психического состояния множества «плохих парней», попадавших в лапы закона. Отвратительная необходимость, но именно благодаря ей она столкнулась с Тимом, тинейджером, выросшим в распавшейся семье. Он был рассерженным на весь мир подлым индивидуалистом, но при этом достаточно искусным пироманом [15] . От ее оценки зависело, отправится он за решетку во взрослую тюрьму на долгие годы или всего лишь проведет несколько месяцев в психиатрической клинике.

15

Человек, страдающий пристрастием к огню и наклонностью к поджогам.

Алекс всегда изобретательно использовала свои профессиональные навыки и поэтому установила с Тимом взаимовыгодные отношения. Он провел четыре месяца в психиатрическом отделении клиники Форрест-Хиллс, после чего сразу же поджег дом. В пожаре погибли два человека, а наследство, которое получила Алекс, позволило ей открыть частную психиатрическую практику. Теперь она могла выбирать и работать только с теми людьми, которые были для нее интересны. Спасибо вам, мамочка и папочка.

Последовавшее за этим самоубийство Тима позволило ей надежно спрятать все концы в воду.

Доктор Торн не потеряла в те годы ни одного дня. Каждый новый пациент был еще одним кирпичиком в здании лучшего понимания людей с нарушенной эмоциональной базой: их сильных сторон, их мотиваций и, самое главное, их слабостей!

Иногда ее желание начать исследования становилось непреодолимым, но время этого начала определялось двумя факторами. Первым была подготовка надежной страховки. Безукоризненная репутация, которую она создала себе, поставит под сомнение любые обвинения, которые могут быть ей предъявлены впоследствии.

Кроме того, она терпеливо ждала появления подходящих кандидатов. Для ее экспериментов были необходимы легко управляемые индивидуумы, с подсознательным желанием совершить противоправные деяния. Психика этих людей должна была быть неповрежденной, и в то же время в них должно было быть достаточно психической неуравновешенности на тот случай, если ей понадобится дополнительная страховка.

С самой первой встречи Алекс поняла, что Руфь идеально подходит для ее эксперимента. Она почувствовала достаточно безрассудства в девушке, которая мечтала вернуть себе нормальную жизнь. Бедняжка Руфь даже не представляла себе, насколько ей необходим этот катарсис. А Алекс знала точно – и этого было достаточно. Долгие месяцы терпеливого ожидания привели ее к этому моменту. К финалу.