Змеевик

Мика наклонился и прошептал: — У большинства экзотических танцоров в Запретном Плоде нет такого хорошего пресса.

— Да, кто знал?

— Ты не знала, что Эдуард так хорошо выглядит без одежды?

Я пожала плечами. — Я никогда не видела его без одежды.

Второй мужчина, которого я не узнала, подошел к Эдуарду у бассейна. У этого человека были темные волосы, сбритые очень коротко, но не по военному, а как будто он лысел и решил сбрить их, чтобы не оставлять волосы по бокам как у монаха. Он ни в коем случае не был толстым, но у него было достаточно жира, чтобы выглядеть мягким, рядом с жестокой худобой Эдуарда.

Кто-то, крикнул: — Вперед!

Эдуард плавно прыгнул в воду. Темноволосый мужчина прыгнул секунду спустя, но не так гладко. Всплыв на поверхность, Эдуард начал плыть к противоположному концу бассейна уверенным австралийским кролем, легко дыша между гребками. Я никогда по-настоящему не справлялась с гребками, потому что не могла достаточно вдохнуть между движением рук и начинала всякий раз тонуть, когда пробовала. Знаю, знаю, движения должны быть легкими, и получаться у каждого. Темноволосый мужчина вынырнул, вдохнув воздух, прежде чем, удивительно быстро, поплыл брассом и начал догонять Эдуарда. Темноволосая женщина в розовом бикини прыгала, крича: «Вперед, Пол, вперед!» Другие женщины и некоторые мужчины, мокрые и сухие, тоже болели за Пола. Назовите это догадкой, но держу пари, что человека, догоняющего Эдуарда, звали Пол.

У нас были люди, поддерживающие Эдуарда — ну, Теда — тоже. Бернардо присоединился к крику «Вперед, Тед!» Я чувствовала себя глупо, но тоже начала кричать.

Пол не обошел Эдуарда, но он догнал его прежде, чем Эдуард коснулся стены, и белокурая женщина, которая выглядела как подросток, но была одета в футболку с невестой поверх бикини, объявила Эдуарда победителем. На самом деле они пришли почти вместе. Я имею в виду, что с нашего места, мы могли видеть, что Пол был близок к победе, но с ее стороны было любезно объявить победителем Эдуарда, хотя она оказалась невестой этого самого Пола.

— Что происходит? — спросила я.

— Ты слишком надолго оставила своих людей без присмотра, Анита — сказала Родина из-за стола под зонтом. В некоторых напитках на столе были зонтики.

— Что значит, оставила их слишком надолго?

— Ты, Донна и остальные жены/подруги. Вы должны были оказывать цивилизованное влияние на них, а без вас они подначили всех молодых кобелей на соревнования по плаванию.

Мои брови чуть поползли вверх от этого. — Соревнование по плаванию, правда?

Эдуард подошел к нам, вытирая волосы и грудь по пути. Вблизи был виден шрам на его груди. Обычно я этого не замечала, но, может быть, разговор о шрамах в Нью-Мексико с Донной заставил меня обратить внимание теперь. О других шрамах я не знала, но этот он получил от деревянного кола, пущенного из ловушки, когда мы пытались вытащить Питера и Бекку из логова злодеев. В той поездке я встретила их и Донну в первый раз.

Эдуард/Тед сказал: — Мы полагали, что вы, девчули, расстроились, если бы мы организовали с ними импровизированный бойцовский клуб. Кроме того, плавание — единственное, что почти сводит на нет сверхъестественную силу и скорость ликантропа. — Говорить он начал с сильного акцента, иначе не использовал бы слово девчули, но к концу, у него не осталось и следа какого-либо акцента, только идеально-нейтральное произношение из ниоткуда посреди Америки, и нельзя было понять, было ли оно естественным, или натренированным. Обычно на публике он не терял свой Тедовский акцент. Хотя в Нью-Мексико тоже проскальзывал Эдуард вместо Теда.

— Это правда? — Спросил Мика.

Эдуард долго смотрел на него своими бледно-голубыми глазами.

— Твой тон говорит о другом, дружище. — Снова вернулся Тедовский техасский или неопределенно юго-западный акцент. Почему он продолжает входить и выходить из образа? Это совсем на него не похоже.

— Сверхскорость и сила как скольжение на доске для большинства из нас, — сказал Мика.

— Еще ты должен уметь плавать лучше, чем соревнующийся с тобой человек, — сказал Эдуард, и это говорил именно Эдуард, а не Тед. Акцент вернулся с удвоенной силой, когда он сказал: — И твои собратья-оборотни сказали, что никогда не любили плавать. — Он не хотел продолжать выходить из образа на публике. Я хотела отвести Эдуарда в сторону, чтобы задать ему пару вопросов, но Мика сказал:

— Смотри — Я посмотрела туда, куда он указал, и вдруг забыла о Бэтменской дилемме Эдуарда.

Группа женщин в бикини раздвинулась, как занавес и, смеясь и флиртуя с женщинами, вышли Натаниэль и светловолосый мужчина, которого я не узнала. Натаниэль флиртовал почти неосознанно, но обычно он не заходил так далеко, если не был на сцене. Двое мужчин пошли к дальнему концу бассейна, вытираясь полотенцами, в окружении брюнетки, блондинки и рыжей. Я, наконец, узнала блондина; это был Ру. Без одежды он казался выше, почти такого же роста, как Натаниэль, пять футов девять дюймов. В одежде он выглядел худым, даже изящным; без нее он выглядел худым и мускулистым. Он был не так хорош, как Натаниэль, но был мускулистым везде, где я могла видеть. Он был уже в бедрах, чем Натаниэль, но Натаниэль был построен как мужская версия старомодной кинозвезды. Ру был построен как марафонец, который попал в тренажерный зал. Более стройный тип телосложения с естественным содержанием жира в нижней части торса дал ему одно преимущество; у него было не шесть кубиков, а восемь. Никакое количество упражнений или диеты не дадут вам больше шести, только благодаря хорошей генетике можно получить восемь кубиков. Мне говорили, что возможны и десять кубиков, но лично я их пока не видела. Натаниэль потерял слишком много от своей задницы, добиваясь даже шести. Он выглядел невероятным, каким и был. Мне не требовалось проводить пальцем между кубиками его пресса, чтобы понять, что он прекрасен. Стайка заигрывающих женщин позади красавцев восхищенно рассматривали обоих до чертиков жадными глазами. У меня было время порадоваться тому, что Натаниэль был моим, и признать, что Ру выглядел потрясающе. Они оба были в своих обтягивающих спидосах (спортивных плавках), фиолетовых и синих соответственно. Затем они нырнули в бассейн и поплыли под поверхностью воды. Я подошла к краю бассейна, что бы лучше видеть плывущих, все еще держа Мику за руку. Флиртующие женщины делали то же самое, но я не могла их винить. Кто отказался бы от такого вида?

Они плыли в воде рядом друг с другом, волосы Натаниэля вспыхивали вокруг его головы, как темно-рыжий ореол. Короткие волосы Ру были достаточно густыми, и им хватало длины, чтобы двигаться в сияющей голубизне бассейна. Они поднялись из воды одновременно, устроив карнавал сияющих брызг отражающих солнечный свет. Я слышала, как они коротко вдыхали, пока плыли бок о бок, и до меня дошло, что они тоже соревнуются. Натаниэль не был таким конкурентоспособным, а Ру не казался таким конкурентоспособным. Конечно, Ру до сих пор не выглядел таким кокетливым или даже общительным.

Женщины тянулись вдоль края бассейна, некоторые выкрикивали псевдоним Ру, Уайетта, а другие кричали Натаниэля. Мика слегка нахмурился и посмотрел на меня. Я знала, что произошло. Если достаточно надолго предоставить Натаниэля самому себе, вокруг него начинали виться поклонники, и он не всегда этому препятствовал, что казалось более чем обычным. Я подумала, помог ли в этом Ру; может быть, в нем было больше флирта, чем мы видели.

Высокий, стройный мужчина с кожей цвета черного кофе, в немного великоватых купальных шортах, стоял у края бассейна, пристально наблюдая за ними. Его кожа была настолько темной, что под ней сложно было разглядеть мышцы, а они там были. Он был не из моих. Подполковник Мухамад (Фрэнки) Франклин был одним из старых друзей Эдуарда, хотя знал его только как Теда Форрестера, законопослушное Альтер эго Эдуарда, с которым тот служил в армии. Никто не рождается сразу Бэтменом. Итак, его старый друг, но не близкий, близкие друзья знали секрет.

С того места, где мы стояли, было трудно определить победителя наверняка, но когда они вышли из воды, тяжело дыша и смеясь, Фрэнки указал на Натаниэля.

— Если бы ты не был выше меня, мы бы пришли вместе — сказал Ру.

Натаниэль только кивнул, улыбаясь. Он провел руками по волосам, чтобы убрать их с лица. Я смотрела, как его красивое лицо искрится смехом, как тело, над которым он так тяжело работал, выходит из воды, и я знала, как была близка к тому, чтобы потерять всю эту красоту, именно этим угрожала вампирша: не просто смерть, а уродство, пытки. Я ненавидела то, что была беспомощна в той ситуации, но никак не могла смириться с этим и отпустить. Даже не могла засунуть все это поглубже в сознание, туда, куда годами прятала другие плохие воспоминания. Воспоминания из Ирландии были все время на переднем плане, и на все накладывали свой отпечаток.

Ру провел руками по своим более коротким, мокрым волосам, из-за чего те казались еще желтее. Он улыбался и похлопывал Натаниэля по спине, как будто они были лучшими друзьями.

Мика прошептал: — Что происходит?

Я только покачала головой и пожала плечами, потому что понятия не имела.

Вокруг них стеклась стайка в бикини и я потеряла их из вида. Несколько мужчин вывели своих женщин из группы, некоторые с изяществом и улыбкой, другие выглядели расстроенными, что женщины флиртовали слишком много. Никто из этих мужчин не был в столь прекрасной форме, как Натаниэль или Ру. Возможно, я была предвзята насчет Натаниэля, но не насчет второго.