Золо

— Никогда бы о таком не подумала. Вы мне кажется смелым и тем, кто защитит от любой опасности, — девушка мечтательно прикрыла глаза вдыхая. — Вы не дали меня в обиду Ин Дагилю, я вам нравлюсь, но мне не понятно одно... Почему вы хотите, чтобы я стала вашей наложницей? — стоило подумать об этом, то её бросало в холодный пот.

— Я не хочу, чтобы тебя взял замуж кто-то другой... — потому что кажется Серкан хочет сам это сделать. Рано о таком говорить, его жена должна стать достойной и неважно какой она крови, к какому родословия принадлежит. Важнее внутренняя составляющая человека.

— И почему же? — девушка нахмурилась и ударила его по плечу немного взъерошив волосы принца. — Меня никто не пригласит замуж. Кому нужна по вашему некрасивая жена, что в свет стыдно вывести и показать?

— Ты низкого мнения о себе Орин. Ты прекрасна! А чего стоит твой милый голос, маленькие ручки, готовка и игра на флейте. Ещё ты можешь наносить макияж и подбирать наряды. Да, много всего и причислить нельзя, пальцев на руках не хватит!

Серкану важна каждая деталь в ней. Он пропал в Орин, влюбился готовый раствориться и отдаться светлым чувствам, но внутри сидит страх того, что его отвергнут и предпочтут кого-то лучше.

В их сторону полетел один из метательных ножей, лошади поднялись на дыбы и всадники свалились, их разбросало в разные стороны. Из груди принца выбило весь воздух и он стукнулся головой, трость куда-то улетела благо меч остался с ним. Он прислушался к звукам вокруг себя навострив уши. Серкан встал на ноги пошатываясь, его мутило, но стало не до этого стоило услышать вскрик Орин. Нельзя дать ей умереть.

Принц без раздумий вынул меч из ножен, но он прорезал им воздух, а следом кто-то пронзил его мечом разорвав одежду и не задев его самого.

— Он справа от вас в трёх шагах, — прохрипела Орин и один из нападавших наступил ей на горло перекрывая место воздуху. Она схватилась руками за ботинок, а перед глазами начинало всё расплываться.

Серкан воспользовался этим и его меч схлестнулся с другим, а Рустем прикрывал спину его высочество. Он его страж и обязан защищать Серкана, ему нельзя облажаться. Если он проиграет и умрёт, то сможет ли себя называть стражем? Рустем дрался так, будто готово убить всех и каждого в лесу не давая проходу нападавших и отбиваясь сразу от обоих к которым прибавился третий, чей натиск не так просто оказалось сдержать. Вот один падает замертво на землю, его глаза стекленеют, а стоит отвлечься получает рану в предпрепречье.

Рустем не кричит от боли, он сжимает зубы посильнее убивая следующего и отвлекается на принца, который попал я тяжёлое положение. Его валят на землю и меч оказывается в опасной близости возле сонной артерии, Рустем не даёт гневу завладеть собой и пинает ногой противника подскакивая и убивая его пронзая тело насквозь по мечу течёт алая жидкость пачкая его самого.

Серкан не помнит своих дальнейших ощущений. Не знает, как они победили в бою, но знает им удалось спасти Орин и себя от опасности. Его руки тряслись, он не был в состоянии остановить дрожь. Одежда принца оказалось в чем-то липком и вязком, его кажется кто-то обнимал в утешение шепча какие-то слова, что принц слышал через толщу воды.

— Я никого не убивал, не убивал, — Серкан обхватил голову начиная качаться из стороны в сторону. По щекам текло что-то солёное стягивая кожу. — Я… я…

Рустем ударил Серкана по щеке, но это не помогло привести принца в чувства. Он очень за него переживал боясь, что это наложило свой отпечаток на его без того слабой психики.

— Серкан! — Рустем тряс его за плечи, что не дало никакого эффекта. — Ваше высочество!

— Я. Никого. Не. Убивал… — повторял медленно подобно мантре Серкан плотно поджимая губы. — Нет…

— Принц… Серкан прошу вернись к нам, — Орин взяла его лицо обеими ладошками, но понимания не встретила. Его высочество становилось только хуже.

— Ты никого не убивал, слышишь? Я всех сам убил, ты тут не причём, — шепчет тихо Рустем и наконец-то видит какие-то проблески жизни на лице принца. — Всё хорошо. Ты не в чём не виноват и никого не лишал жизни, — если эта ложь поможет привести Серкана в чувства, то он готов пойти на этот небольшой обман. — Я убил всех, — повторил Рустем вновь.

— Правда? — Серкан ухватился за эту фразу подобно спасительной соломинки. — Значит я никого не убил, хвала богини, — он вздохнул с облегчением и потерял сознание.

— С ним всё будет хорошо? — Орин встревоженно переводила взгляд с одного на другого покусывая щёки. — Что с ним? — она сама была готова разреветься в три ручья. — Скажи уже что-то…

— Его высочество пережил сильный стресс, поэтому потерял сознание. Придётся идти дальше пешком, вряд ли мы теперь отыщим лошадей и наши вещи, — благо деньги у Рустема остались при месте, не всё так плохо. — Я понесу его на спине. Не стоит о чём-то беспокоится я позабочусь о вас двоих.

“Уж буду надеяться” — Орин сдержала в себе порыв сказать это.

— Спасибо тебе, — она нервно улыбнулась вытерев выступившие слёзы с лица и порвала часть наряда, чтобы было удобнее передвигаться. Орин подобрала меч и трость принца. — А теперь пошли, за нами не должны прийти. С ранами же всё будет нормально? — Рустем кивнул не показывая насколько они болят. Девушка их перевязала.

Рустем усмехнулся чем-то своему и закинул Серкана к себе на спину, на руках он точно не собирается нести его. И лучше бы всё этим закончилось…

***

— Эми тебе не кажется эта серёжка какой-то знакомой? Где-то я её видел, но не могу вспомнить, — Ил напряг память только вспомнить украшение не вышло. — Забыл и всё! Может зря ты это... вырубила его?

Эми подошла ближе к юноше с седыми волосами и обошла его несколько раз со всех сторон цокнув языком, а потом потыкала в него пальцем и покрутила в руках серёжку. По спине поползли мурашки, когда она узнала украшение, в горле пересохло.

— Твою же за ногу! Мы попали, — девушка прожевала губу и начале топать ногой. — Нилас же нас зарежет лично, если с его младшим братом что-то случилось.

А разбойники не раз слышали о Серкана от его высочество, что прожил вместе с ними три месяца в лесу и даже сам помогал какое-то время заниматься разбоем. Этот человек им помог в своё время и все знали, как он любил младшего брата, тот мог трещать о нём без умолку и просил не обижать Серкана, если они его когда-то встретят.

— Попали, так попали...

Один белый глаз приоткрылся, а следом за ним и второй. Серкан пришёл в себя.

Глава 17: Учитель