Золотое море

Когда волчонок наелся сочных ягод, птичка захотела угостить его цветочным нектаром. «Он не знает вкуса нектара, ему понравится!» И, как летний дождик, капал нектар на волчонка, и он напивался этой живительной влаги, и был очень счастлив, и удивлён, и заворожён! И совсем забыл о своей семье.

Птичка и волчонок, вдоволь наевшись и напившись, решили отдохнуть.

– Спасибо тебе! – сказал волчонок.

– На здоровье! – ответила птичка.

И, немного помолчав, волчонок спросил:

– Ты будешь моим другом?

– Да! – сразу ответила птичка. Ей очень понравился этот бесстрашный восторженный волчонок.

– А мне называть тебя Птичка? – спросил волчонок.

– Называй меня просто Колибри.

– Какое благородное и красивое имя – Колибри!

Эй-Серому всё, что касалось маленькой птички, казалось благородным, особенно в свете охоты. И был горд, что теперь у него есть друг с такой благородной долей.

– Волчонок, а мне как тебя называть?

– Называй меня просто волчонок! – радостно ответил волчонок.

Так бесстрашный серый волчонок и яростная птичка Колибри стали друзьями.

Они играли и бегали за цветными бабочками, догоняя друг друга. И оба невероятно были счастливы.

– Ты знаешь, волчонок, ведь мне скоро надо улететь из этих мест навсегда, – вдруг сказала Колибри.

– Почему же? – удивился волчонок. – Такого не может быть, мы только познакомились!

И птичка рассказала свою грустную историю. Она, в общем-то, не здешняя, а из жарких краёв. Её поймал браконьер, а затем привёз сюда, и, когда тот хотел пересадить из одной клетки в другую, она воспользовалась моментом и чудом сбежала от двух браконьеров. И долго летела, пока не устала. А когда оглянулась, увидела места, схожие с её родиной, и на время поселилась здесь, возле бурной реки, среди зарослей ароматных цветов, ягод и бабочек… И сейчас она набирается сил, чтобы отправиться домой.

Рассказ Колибри очень тронул волчонка. Юный волчонок с волчьей долей уже понял, что жизнь – это не только мир с мамой и что Колибри надо возвращаться домой. И в то же время волчонок не хотел отпускать нового друга. Но Колибри из жарких краёв, а здесь бывают такие холода, что даже у него мёрзнут лапки, не то что у маленькой птички. И, несмотря на противоречивый внутренний диалог и на своё желание не терять нового друга, вместо того чтобы сказать: «Пожалуйста, не улетай, мы построим тебе тёплый домик», благородный серый волчонок серьёзно спросил:

– Когда ты хочешь лететь?

– Не знаю. Перелёт будет долгим, и я ни разу не летала так далеко, – с грустью ответила Колибри.

– Не грусти! Мы что-нибудь придумаем. Ведь ещё есть время!

Волчонок, когда говорил «что-нибудь придумаем», хотел посоветоваться с мамой. «Мама, правда, зимой в берлоге у нас тепло?» – спросит он у своей мамы. А когда она ответит: «Да, конечно!», тогда волчонок попросит её, чтобы маленькая птичка в уголке их берлоги построила себе гнёздышко.

– Знаешь, Колибри, у меня есть план! – воскликнул волчонок. – Для этого мне надо посоветоваться с мамой. Я сейчас уйду, а завтра вернусь с планом.

– Хорошо! – восторженно откликнулась Колибри, уверенная в своём новом друге. Ведь она тоже не хотела покидать вновь приобретённого друга.

И юный волчонок радостно поторопился домой, чтобы скорее взять у мамы разрешение построить Колибри на зиму гнёздышко в уголочке их тёплой берлоги. Но в сердце благородного волчонка закралось какое-то смутное беспокойство. Он нехотя догадывался, что беспокойство связано с неуверенностью в своих братьях и в отце. «Вдруг они причинят Колибри вред! Братья и отец не съедят же моего друга? Ведь благородные не причиняют зла тем, кто слабее их?!» – так успокаивал себя серый волчонок и бежал к своей маме. И чем ближе приближался к дому, тем больше чуял неладное. Волчонок остановился, он втянул воздух и принюхался… И серый волчонок учуял беду…

«Только бы с мамой ничего не случилось! Только бы мама меня встретила!» И Эй-Серый помчался что есть силы и наконец, когда он прибежал, увидел следы борьбы. Следов было много, и было не разглядеть, где чей след, но Эй-Серый понял, что была битва с его стаей. Но с кем?

И вдруг он услышал слабый голос своей мамы:

– Эй-Серый, Эй-Серый…

Волчонок побежал туда, откуда был слышен её голос. Под деревом вся в крови лежала его мама.

– Мама, мама, что с тобой? – Волчонок был в ужасе.

– Эй-Серый, ты пришёл… – еле слышно сказала она.

Волчонок стал облизывать свою маму.

– Мама, что с тобой? Мама, что с тобой?

– Я умираю и перед смертью хотела открыть тебе правду…

– Мама, о чём ты? Ты бредишь! Мама, приди в себя, ведь благородные волчицы не бредят…

– Послушай меня… у меня мало времени. Сейчас они вернутся, – прохрипела Волчица.

– Кто они, мама?!

– Стая шакалов. Шакалы и волки иногда нападают друг на друга, чтобы отвоевать хорошие места в лесу. Мы эту землю отобрали у них. Тогда была жестокая битва, их было больше… – Волчица замолчала. Силы её были на исходе. – Но сегодня их было очень много.

Мама Волчонка уже не могла дышать. Она закрыла глаза, чтобы перевести дыхание и в последний раз в жизни набраться сил!

– Послушай меня, Эй-Серый, – сказала она, и слеза покатилась по волчьей щеке. Она больше не назовёт его «Эй-Серый». Но надо было успеть сказать, и она прохрипела последние слова: – Запомни навсегда… Я любила тебя как родного, а твоя родная мама умерла на той страшной битве…

– Мама, мама, не умирай! И я тебя люблю! И я тебя люблю! – Эй-Серый не верил, что мама может покинуть его, и, когда наконец понял, он тихо прорычал: – Мама, я доволен тобой, будь и ты довольна мной.

И красивая Волчица замолчала навсегда, а несчастный Эй-Серый безудержно рычал, рычал, рычал.

И вдруг он услышал шорохи и чавканье – это шакалы возвращались на вновь приобретённую землю. Эй-Серый замешкался, не зная, что делать дальше. Но убежать и бросить маму – никогда! «Пусть лучше в реку, пусть лучше в реку, но не оставлю маму на растерзание шакалам!» И Эй-Серый осторожно перенёс Волчицу на зелёную ветку и, бережно потянув за ветку, медленно направился в сторону бурной реки.

Чавканье шакалов всё приближалось, но Эй-Серый не торопился, он бережно нёс свою маму, тихо-тихо рыча. Когда он подошёл к бурной реке, Эй-Серый в последний раз облизал маму, бережно толкнул в реку и, не оборачиваясь, побежал прочь вверх по реке.

Он бежал от зла, от ненависти, от родных, от шакалов.

Он бежал от всего, что навалилось на него за последние дни, унося в своём сердце только память о своей благородной маме!

Он бежал дотемна, пока не почувствовал сильную усталость, и, не чувствуя лап, маленький Волчонок упал на вершине высокого холма.

Когда он проснулся, была глубокая ночь, и большая луна так низко свисала над холмом, что заныло волчье сердце. Волчонок впервые почувствовал, как одинок в этом большом мире. Волчонок был страшно подавлен. Его ещё угнетало и то, что дружба с Колибри осталась где-то там…