Зов издалека
Шрифт:
Порадовав кого-то тризной.
Куда спешить? Повсюду смерть
Венчает все земные жизни.
И я решаю всё же: жить! –
Искать во тьме живое Слово,
Чтоб наполнять бесценно-новым
Сосуд, познавший только – быть…
***
«Я мучительно роюсь в словах…»
***
Я мучительно роюсь в словах,
Афоризмах
Я не знаю, как это назвать
И понять. Только знаю – закован,
Заколдован, застигнут врасплох,
Взят без боя тобой, завоёван,
И теперь каждый взгляд, каждый вздох,
Каждый возглас и жест мой основан
Самым Главным… намокшим от слёз
И не знающим схем и названий,
И теперь я свободен – как пёс
На цепи, и та цепь – ожиданье.
Говорят: «Это просто любовь».
Объясняют здоровым инстинктом:
«Он фундамент – и не прекословь! –
Остальное – лишь лак и мастика.
Остальное – все ваши слова,
Соловьи ваши, розы и грёзы.
Вы поэт, знайте Ваши права,
Ваши термины, жесты и позы!..»
Как поэт, я их буду гневить,
Я их термины больше не трону.
Я из тех, кто не знает «любви»,
Я из тех, кто не ведает формул.
Я из тех, кто родился узреть
Эту реку в лесах мирозданья,
Где в волнах, словно хилый медведь,
Терпит бедствие их фундамент.
***
«Душа – усталый метроном…»
***
Душа – усталый метроном
Всё ищет в прошлом знаков вещих.
И снится мне мой старый дом,
И снятся лики всех ушедших,
И снится тихий снегопад,
Огонь в печи, и запах сена,
И предрассветный спящий сад,
И долгий дождь порой осенней…
Пока, предчувствуя судьбу,
Живу, уткнувшись в неизвестность,
Всегда, во сне и наяву,
Живёт во мне моё же детство:
Мой первый мрак, мой первый свет,
Озноб и слёзы первой Встречи,
И первый ласковый Ответ,
И первый шаг дорогой млечной…
***
«Искатель-разум, телу незнакомый…»
***
Искатель-разум,
телу незнакомый,Для тела выстроит и рассчитает путь, –
Изнемогу я, родиной влекомый,
И ринусь в распахнувшуюся жуть.
О мать-земля моя, о мама, о родные,
Я к вам тянусь – и я от вас бегу!
О милые, любимые, о злые!
Могу – вернуться, – возвратиться не могу…
***
Размышления в детском саду
***
Скитанья. Исканья. Земные просторы.
Миры неземные. Дыхание тайн…
Копилка, квартира, запоры, заборы,
Ларьки, магазины, матерный лай!..
Никто не узнает, никто не услышит,
Бросая оценивающий взгляд,
Что – в этом мальчонке, что – в этой малышке,
Что – глупые эти глазёнки таят.
Как много разбитых, загубленных судеб,
Как много, как много убитых-живых!
Живём, как умеем – и кто нас осудит?
Ведь ад не доказан, а рай – для иных…
***
«Жизнь всё чаще живущих пугает…»
***
Жизнь всё чаще живущих пугает
Неожиданной новью своей…
Ранней осенью вьюга срывает
Листья чёрные с тополей.
Ураганы. Землетрясения.
И на гибнущей зелени – снег.
Революции, войны, волнения –
Всё ужасней из века в век.
Концлагерь – в фундамент свободы,
Убийство – во имя Творца.
Вместо природы – заводы.
И всё громче во тьме голоса:
«Все нежданные метаморфозы –
Пророков ожившие сны –
Только тени нависшей угрозы,
Только эхо великой войны…»
Сердце глухо на зов отзывается,
И душа, словно с яблони – плод,
Вдруг с родимого древа срывается…
Но под ним –
Никогда не падёт.
*******
Ученик
«Там, где нагое тело станет…»
***
Там, где нагое тело станет
Стальным пред лезвием меча,
Где, улыбаясь, ветхий старец
Неслышно гаснет, как свеча,
Где в гулком мраке исчезает
Конец ознакомительного фрагмента.