Зов плоти

– Ну привет, Онан-варвар! Я отлично!

Доран громко расхохотался – слишком уж громко для здорового смеха. Капитан словно выпускал таким образом весь накопившийся стресс, и не имело значения, насколько в действительности хороша шутка. Глаза наёмницы расширились от удивления, а затем она присоединилась к Дорану.

– Онан-варвар! Неплохо! – капитан перевёл дух. – Фух. Да, посмеяться надо было. Спасибо.

– Ага, но тока посмей меня так назвать где! – пригрозила Унан, но с улыбкой. – Голову оторву и скажу, мол, так и было!

На губах Химеры появилось подобие вежливой улыбки. На время еды учёная всегда снимала маску (видимо, обетами это дозволялось, иначе Химере пришлось бы каждый раз есть в полном одиночестве у себя в каюте). Она выглядела лет на сорок, имела волосы глубокого чёрного цвета, всегда собранные в строгий пучок, и внешность на любителя: узкое вытянутое лицо с резкими чертами, тонкий прямой нос, тонкие же губы. Химера кивнула Эль в знак приветствия, ничего не спрашивая. Уж кто-кто, а корабельный врач точно знала, как у той дела со здоровьем.

Эль прошла на своё место. Походка, по всей видимости, выдавала её, так как смешки быстро стихли. Комментариев, однако, не последовало. Товарищи по команде, вероятно, решили, что она ещё не до конца восстановилась. Девушка села и поёрзала, стараясь сохранять нормальное выражение лица, хотя внутри всё сводило от наслаждения, смешанного с пропитанным адреналином волнением.

Подносы с едой уже стояли на столе. На тарелке перед Эль лежало несколько икринок, каждая лишь слегка уступала размерами куриному яйцу. Кружка была полна голубой жидкости. Эль с сомнением потыкала икринку вилкой. Внешний слой пружинил и не давал нанизать икринку на зубцы. После трёх безуспешных попыток разведчица сдалась и взяла икринку рукой.

– И как оно? На вкус, в смысле.

– Мы ждали тебя, – ответил капитан. – Ну, знаешь, чтобы если уж вкус дрянной, то страдали все.

– Вот он, командный дух, – фыркнула девушка и подняла икринку, словно собираясь произносить тост. – Тогда на старт, внимание…

Они одновременно съели по икринке. Эль с трудом раскусила свою и закашлялась. Она словно ела национальное блюдо планеты, название которой предпочла забыть: мясо морского левиафана, месяц гнившего на берегу. Только ещё гаже.

Судя по скривившимся лицам, остальным вкус тоже, мягко говоря, пришёлся не по душе.

– Щас сблюю, – выдавила Унан и вздрогнула всем телом.

Химера с явной неохотой, но проглотила.

– Нам… нужны питательные вещества, – проговорила она, морщась и вытирая губы краем салфетки.

Доран, на лице которого читалась написана вся палитра отвращения, последовал примеру учёной.

– Она права. Слушайте, запасов у нас максимум на неделю. И я хочу сохранить их на крайний случай. Ох… – мужчина передёрнул плечами. – Какая же мерзость.

Унан выплюнула полужидкое содержимое икринки на тарелку.

– В жопу такие харчи. В жопу, я сказала! Не буду я это жрать!

Больше всего на свете Эль хотелось выплюнуть гадость, а затем долго промывать рот, и всё-таки Химера с Дораном были правы. Им требовалось восстановить силы и сохранить немногие оставшиеся пайки долгого хранения про запас. Но как же жаль платить такую цену!

Со страдальческим вздохом девушка проглотила еду.

– Может, будет лучше с солью? Или перцем? – предположила она, отлично понимая, как наивно это звучит. Здесь не поможет даже легендарный соус «Большой взрыв», убивавший девяносто девять процентов вкусовых клеток.

Желая как можно скорее смыть вкус икринки, Эль потянулась к кружке. На полпути её рука остановилась. Вдруг голубая жидкость на вкус ещё хуже? Но это казалось маловероятным – такое вообще возможно? – да и всё равно придётся попробовать.

Разведчица сделала крошечный глоток. Жидкость чем-то напомнила «молоко», выделявшееся её сосками накануне. Не консистенцией, голубой напиток был гуще и походил на жидкий мёд. Показалось схожим общее ощущение: не слишком приятный, и в то же время по-своему цепляющий вкус. Эль поскорее проглотила жидкость и сделала ещё глоток. Прополоскала рот и проглотила снова.

– Ничего особенного, – сказала она команде, ожидавшей вердикта. – Уже достижение. Можно пить.

Пока остальные опасливо пробовали, девушка осушила кружку. Жидкость хорошо насыщала: одной большой кружки хватило, чтобы к ней начали возвращаться силы. Эль потянулась было к бутылке с жидкостью, намереваясь повторить, и своим движением потревожила анальную пробку. Тщетно пытающийся вернуться к нормальному состоянию анус посылал настойчивые сигналы в мозг, сигнализируя об объекте, которого в отверстии быть не должно. Только мозг почему-то воспринимал эти сигналы как приятные и заставлял анус сокращаться, посылая импульсы снова и снова…

– Можешь подлить? – попросила Эль Унан, ерзая на месте.

– Ну хоть чё-то тут есть съедобное, – бурчала наёмница, наливая ей полную кружку. – Хотя как по мне, так тоже дрянь. Пускай и не в конец мерзостная.

Химера пила маленькими глотками, о чём-то задумавшись.

– Это может быть естественной реакцией на инопланетную пищу, – произнесла учёная. – Наш организм привычен к определённому составу пищи. Он инстинктивно отторгает непривычное и, таким образом, кажущееся опасным. Даже если опасность в действительности отсутствует.

Унан подумала и пожала плечами.

– Ну… может, оно и так. Помню, ещё в «Туманности» было дело. Мы пахали на этого, как там… херцога чего-то. Мы там пожрали тамошних деликатесов. Гадость редкостная, а местные обожали. Всё понять не могли, чего мы плюёмся.

Эль припомнила не гастрономические подробности этой истории. Ещё только получив приглашение в команду, девушка почитала о новых товарищах в Галанете – не хотелось оказаться посреди безмолвного космоса с какими-нибудь маньяками-извращенцами. Наёмники из «Красной туманности» помогли герцогу с вычурным именем захватить престол. Став звёздным королём, тот решил не выплачивать каким-то там наёмным солдатам причитающееся вознаграждение. Глупейшее решение в его жизни, учитывая, что именно эти солдаты помогли ему занять трон. Ожидаемо, они же помогли новоиспечённому монарху трон освободить, хотя и большой ценой. Подробностей в сети не нашлось, Эль лишь знала, что отряд «Красная туманность» потерял три четверти состава и затем распался. Часть выживших создала новый отряд, остальные решили пойти собственным путём. Унан принадлежала к последним.

Из воспоминаний девушку вырвал жизнерадостный голос Дорана.

– Значит, не всё потеряно! И потом, это только один продукт. Нам могло просто не повезти. Эль, если найдёшь что-нибудь ещё, обязательно неси на анализ. Я и сам выйду, поисследую. Ну а пока будем питаться этой голубой штукой. Я вам скажу, на вкус она даже получше армейских пайков. А от тех ещё никто не умер.

– Угу, но и не жил долго и счастливо, – буркнула Унан, с унылым видом отпивая из кружки.

Команда молча и без энтузиазма завершила приём пищи. Когда убрали со стола (Эль предпочла сидеть. Её и не заставляли принимать участие, лишь капитан скользнул сочувственным взглядом), Доран вызвал голографическую карту местности и стал объяснять разведчице детали задания.