Звезда эмира

— А как же другие наложницы? Или все, кто носит ребенка эмира, переезжали жить во дворец?

— Нет. Великий эмир впервые изъявил желание поселить кого-то из наложниц во дворце. Но это не отменяет того, что все, кто носил его детей, подвергались опасности. Конечно, виновные давно наказаны, но и количество детей Великого эмира вдвое меньше, чем могло бы быть… — при этих словах волосы на голове зашевелились.

— Великий эмир не смириться с моим решением остаться в гареме? — женщина бросила на меня хитрый взгляд. Я не понимаю, он сам мне сказал, что аннулирует наш договор… Или в связи с подтвердившимися фактами о его жене, решил разрешить мне вновь работать в лаборатории.

— Вы что-то говорили о лаборатории…

— Великий эмир позволит вам вернуться в лабораторию… при условии, что вы вернетесь во дворец, — а если бы я не была беременна… Как быстро меняется настроение эмира!

Сейчас он пытается манипулировать мною с помощью работы, а потом? Начнет шантажировать меня ребенком?! Я не понимаю, зачем ему это? Не любит Великий эмир проигрывать? Вот только для меня игры закончились. Теперь я несу ответственность не только за свою жизнь! Прекрасно понимая, что во дворце для нас будет более безопасно, но при желании, меня и там смогут достать. Просто не придется изо дня в день сталкиваться с презрительными гримасами наложниц.

— Я подумаю и сообщу вам свое решение…

50

После ухода Латифы я сидела в раздумьях. С одной стороны во дворце мне было привычнее, за несколько месяцев я уже освоилась. Вот только я не готова была остаться там, в одиночестве, Захра уже должно быть прислуживает кому-то другому. Это в лучшем случае… Если эмир не сорвал на ней свою ярость и не лишил ее места. Остается Вазир, но нас с ним связывал лишь Арим. Сам же по себе Вазир не слишком разговорчив.

Сомневаюсь, что в гареме у меня появятся собеседницы, не говоря уже о подругах. Да и времени прошло всего ничего, я не могу никому доверять. Ведь даже моя рабыня может оказаться на стороне той же Лейлы, например или любой другой наложницы. То есть здесь я буду находиться в постоянном напряжении и страхе за жизнь.

Единственный плюс — это работа. А как сказала Латифа, если я откажусь жить во дворце, то и работы мне не видать. Но и эмиру я больше не верила. Если соглашусь, мне придется мириться с его условиями. А я до сих пор не могла забыть ярость и сжигающую ненависть в его взгляде.

Я доверилась ему, а он решил, что я им манипулирую, чтобы избавиться от его жены. Я миллион раз прокручивала тот разговор в голове и чем больше вспоминала, тем меньше мне хотелось видеть его.

У меня оставалось все меньше времени для работы над исследованиями. Сейчас, даже не смотря на свое не всегда хорошее самочувствие, я еще могла работать, но ближе к родам, мне придется оставить лабораторию. Уж не говоря о времени после рождения малыша. И если ребенок будет занимать все мое время, то сейчас я была не готова сидеть без дела, круглые сутки.

Уверена, что эмир так же заинтересован в моих исследованиях, поэтому я могу выдвинуть требование, что лишь при условии проживания в гареме, буду продолжать работу в лаборатории. Прекрасно понимая, что мое условие, противоречит тому, что выставил он.

Да и то, что опасность может быть близко именно в гареме, заставляет меня пересмотреть свои требования. Если я все же отправлюсь во дворец, то при условии, что эмир не станет на меня давить и принуждать видеться с ним. Хорошо бы еще было договориться с лекаркой, чтобы она поддержала меня, объяснив эмиру, что для меня сейчас близость с ним может быть опасна. Вот только я видела, как Гунара смотрит на Латифу, а значит, без ее одобрения и слова лишнего не скажет.

Может, я все же зря волнуюсь? Возможно, после разоблачения Фаизы, эмир решит обновить свой гарем и с новыми силами примется за воспроизведения наследника. От этой мысли мне вдруг стало тошно. А чего ты ждала? Что он полюбит тебя, распустит гарем и вы с ним будете жить долго и счастливо?

Как бы мне не было тяжело, но пришлось все взвесить и принять единственно верное решение… на данный момент.

— Разия, передай аши Латифе, что я жду ее немедленно, — девушку с поклоном удалилась, а я перевела взгляд на подарки и усмехнулась. Да уж, снова переезд. Я и в первый то раз не беспокоилась о вещах, мне их принесли уже на следующий день.

— Аши Сафира, вы уже приняли решение? — Латифа вошла в дом и сверлила меня вопросительным взглядом.

— Да. Передайте Великому эмиру, что я согласна переехать во дворец… Но при условии, что он не станет оказывать на меня давления и принуждать видеться с ним, — глаза женщины распахнулись от моей наглости. И я даже могла поклясться, несмотря на ее закрытое лицо, что ее рот открылся в изумлении.

— Аши Сафира!

— Не стоит тратить мое время и читать ненужные нотации! Или вы передадите мой ответ эмиру, либо все остается, как прежде, — не произнеся ни звука, Латифа удалилась, оставив меня нервно расхаживать по комнате. Я и без нее прекрасно понимаю, что сильно рискую, и эмир вполне может, встать в позу и оставить меня в гареме. Если бы я тогда знала, к чему приведет мое решение…

Войдя в сад, я медленно прогуливалась по дорожкам, направляясь к скрытой в кустах ароматных цветущих роз, скамье. В это время здесь было тихо. Решив погулять до наступления темноты, я присела на скамью, прикрыла глаза, наслаждаясь запахом роз. Услышав шорох, открыла глаза. Передо мной стояла девочка, лет пяти.

— Привет, — помня о том, что мне нельзя общаться с детьми эмира, я понятия не имела, как себя вести. Осмотрелась по сторонам, но никого из взрослых рядом не было.

— Ты почему одна? — девочка молчала, разглядывая меня своими огромными глазами. Она была одета в короткое легкое платье из под которого выглядывали шаровары. Ее волосы были распущены и спускались на плечи черными, волнистыми прядями. Миленькая, она была похожа на куколку. В гареме наложницы могли ходить с непокрытой головой, вот на счет детей не уверена, но видимо им тоже такое дозволялось.

— Где твоя няня? Мама? — но она молчала. В ее руке, я увидела сочное, красное яблоко, которое девочка, с легкостью разделила на две части и, подойдя ко мне, протянула одну половинку. Когда я взяла его в руки, то заметила на фрукте ровный срез.

— Спасибо, — девочка присела рядом со мной, так же молча, и откусила кусочек яблока.

Я смотрела на малышку, а в голове билась мысль, которая никак не хотела сформироваться и не давала мне понять причину беспокойства. Но что-то было не так! Я чувствовала вкус яблочного сока на губах. Яблоко было спелым и сладким.

— Аши Сфира! Все-таки мне повезло увидеть тебя, — передо мной стояла красивая, высокая девушка. Ее темные, длинные волосы были распущены, как у девочки и спадали красивой волной по плечам, прикрывая грудь и опускаясь ниже талии. Овал лица, пухлые губы, изящная форма бровей и темные глаза, все в ней было красиво… кроме взгляда…

— Странно, не думала, что пользуюсь здесь популярностью, — мой голос был осипшим, пришлось напрячься, чтобы ответить и мне это совсем не нравилось…

— Это ненадолго. Скоро о тебе никто и не вспомнит… так же, как и о ней, — девушка кивнула в сторону малышки. Повернув голову, увидела, что девочка, сидевшая рядом, стала заваливаться на бок, выронив яблоко из маленькой ручки. Ее губы приобрели синеватый оттенок, и по моей спине пробежал холодок.

— Что ты… — я не могла больше произнести ни слова и поняла, что не чувствую ног до колена.