Звезда по имени...

Бедный парень!

Последний раз пожалев больного, выкинула того из головы, на время, потому как чувствует мое бедное сердечко, эти родственнички еще напомнят о себе.

Глава 18

Прошло два дня с нашего слаженного и как мне даже показалось командного выступления в больнице. После того, как мы с женихом в той достаточно сложной ситуации понимали друг друга с полуслова, мне даже начало казаться, что жизнь налаживается и в нашем скором браке появятся новые плюсы. Что в нашем случае немаловажно. Ведь даже на Земле, выходя замуж за казалось бы любимого человека многие спустя непродолжительное время наверняка сталкивались с непониманием действий партнера. Розовые очки влюбленности разбиваются, остается голая реальность, которая при свете дня почему-то не вызывает умиления. И хорошо если это всего лишь разбросанные носки или не так выдавленный тюбик зубной пасты. А если проблема глубже, если двое элементарно не слышат друг друга, не чувствуют, не видят. Не поддерживают?

Тогда, два дня назад мне показалось, что у нас этой проблемы не будет. Дариус отлично подыграл мне, в какой-то момент я даже заметила азарт, мелькнувший в черных глазах. Но эйфория от открытия радужных перспектив нашей семейной жизни не продлилась долго, ровно до того момента, пока мы не оказались в машине и дорогой будущий супруг не изложил план действий на мое ближайшее будущее. Эйфория лопнула как переполненный гелием воздушный шарик, заставив меня растерянно взирать на жалкие ошметки яркой мечты.

План был довольно прост, краток и лаконичен. Срочное отбытие на остров под усиленной совместной охраной моих бодигардов вкупе с секьюрити жениха. Все. Один коротенький, малюсенький пунктик, который перечеркнул буквально все.

— Нет.

Ответ был так же короток и лаконичен.

Прошло два дня, во время которых наши отношения напоминали бои без правил с переменным успехом, в коих Рауш выступал третейским судьей. Три в одном так сказать. Хотя мне иногда казалось, что этот паразит больше поддерживал Дариуса, чем меня. Объясняя свое поведение заботой о моей безопасности он так и эдак уговаривал меня пойти на соглашение и отправиться на курорт "подлечить здоровье и нервы", подорванные неудавшейся аварией. Именно так планировалось объяснить мой спешный отъезд за тридевять земель от места основных событий. Я же покидать поле боя категорически не хотела, аргументируя свое решение то одним, то другим. Начиная с позиции "непонимания и непричастности", пусть наш предполагаемый враг расслабится и уверует в своей безнаказанности, и заканчивая элементарным " не хочу".

В общем, пока я выигрывала. Все же против моей воли запихать мое сопротивляющееся тело, а оно точно будет сопротивляться, в машину, мужчины пока не решались. Возможно лишь пока, но готова поспорить на что угодно, эта мысль уже посещала темные головушки и жениха, и Рауша.

Намыливая и вспенивая губку, я с наслаждением провела ею по телу, блаженно жмуря глаза и мысленно подводя подитоги нашей маленькой войны. В открытом счете по противостоянию между мной и женихом я пока лидировала, все же я находилась тут, а не на острове, но я проигрывала в другом. Все эти два дня я просиживала дома, занимаясь исключительно текущими бумажными делами. К сожалению из-за этого крайне необходимая ревизия фабрики не состоялось, намеченная на вчера, она с легкой руки Дариуса "наметилась" на сегодня. Но, чувствую, она так же легко наметится и на завтра.

Задержав дыхание, я подняла лицо вверх, прямо под тяжелые, падающие сверху капли воды. Быстрыми потоками вода смывала пену, и как ни странно, настраивала на нужный лад.

Фыркнув, ладонями убрала капли и посмотрела на себя в запотевшее зеркало. Уже привычное худенькое лицо, большие черные глаза, тонковатые губы и бледная, слегка сияющая кожа, верный отличительный признак "светлейшей". Никаких кремов, тоников, бронзаторов, никакой химии, естественное состояние. Аристократия, мать ее. Хотя смотрится красиво.

Интересно, как бы такая кожа выглядела в моей прошлой жизни?

Внезапно захотелось вновь оказаться на сцене, под жаркими софитами, под тысячами предвкушающих глаз, но уже в этом теле. Тонком и блистающем.

Приподняв подбородок, я прикрыла глаза и машинально сделала пару дыхательных упражнений, а потом попыталась распеться, представляя себя там. Вновь королевой сцены, обожаемой, единственной, сверкающей.

Непонятное началось на "до" второй октавы. Раздался странный скрежет. Не прерывая распевки, я распахнула глаза и с изумлением заметила, как по стеклу зеркала поползла еле заметная трещина.

Моментально закрыв рот, я ошарашено оглянулась. Первой и единственной мыслью было "землетрясение". Я знала, что это такое. Мне повезло, очень повезло что это знание в свое время никак на мне не отразилось и не привело к трагедии. Всего пять баллов, но этого мне хватило за глаза. Тогда качалось все. Моя кровать ходила ходуном. Люстра выплясывала странный танец, раскачиваясь все сильнее и сильнее, в какой-то момент мне даже показалось, что она просто оторвется и со всего размаху хлопнется вниз, осыпав меня миллиардами осколков. Но она устояла, зато упали фужеры со стола, заливая ковер оставленным с вечера вином.

Было страшно, было жутко. Всего три минуты, но эти долгие минуты, растянувшиеся на часы, я запомнила навсегда. В эпицентре землетрясения оказалось девять баллов. Маленький поселок на краю разлома буквально смело. Не выжил никто.

Схватив халат я пулей выскочила из ванной и со всего размаха врезалась в большое тело. Дрожащими руками вцепившись в лацканы военной формы, я пыталась выговорить хоть слово, но зубы выстукивали непонятную дробь. Секундой спустя я разжала пальцы и попыталась оттолкнуть от себя неизвестного, но меня кто-то крепко держал, не отпуская, не давая вырваться.

— Что? Эли? Что случилось? — далекий голос мужчины не сразу проник в мое обезумевшее сознание, лишь только после того, как меня пару раз сильно встряхнули, я удосужилась поднять голову и рассмотреть обеспокоенное лицо Дариуса.

— Землетрясение!?

— Что? Эли, успокойся, все хорошо. Тебе что-то показалось, — тяжелая ладонь опустилась на голову и притянула меня к широкой, равномерно вздымающейся груди. Чужое сердце билось ровно, без скачков, заставляя меня вслушиваться в гулкий, спокойный грохот. Единственный, кроме моего тяжелого дыхания, что нарушал тишину комнаты.

Ничего не шаталось. Ничего не раскачивалось. Ничего не билось.

— Успокоилась?

— Да, — глухо выдохнув, я прислушалась к ощущениям, пытаясь поймать начало дрожи под ногами. Если это землетрясение, то возможен следующий толчек. Но минуты текли, и ничего. Только мое дыхание становилось тише, а сердце стало биться ровнее.

— Вот и хорошо, вот и молодец, — чужие пальцы зарылись в волосы, мягко массируя кожу головы, — А сейчас ты мне расскажешь, что произошло, и почему твой крик услышал весь дом.

Выпутавшись из объятий, я обхватила себя руками и медленно осмотрела комнату, выискивая…

— Тут кто-то был?

— Что?

— Кого ты ищешь? Ты кого-то заметила? — глаза жениха стали жестче, и он так же окинул комнату взглядом, выискивая следы чужого присутствия.

— Нет, — я мотнула головой с недоумением, не находя ничего, ни единого признака. Все на своих местах. Все цело. И это было странно.

— Пойдем, — схватив его за руку, потащила в ванную и уже там кивнула на зеркало, по которому ползла длинная, зловещая трещина.