Книги из серии "Томми и Таппенс Бересфорд"

– Сто лет тебя не видел! – продолжал молодой человек. – Куда ты летишь? Может, перехватим где-нибудь пару плюшек? А то здесь нам, того и гляди, врежут – перегородили проход. Пошли отсюда! Девушка кивнула, и они зашагали по Дувр-стрит в сторону Пикадилли [3] . – Так куда мы направимся? – осведомился…

— Где это ты такого начиталась, Таппенс? — удивился Томми. — Только представь, как было бы здорово, — настаивала его жена, — если бы сейчас раздался неистовый стук в дверь, мы бы открыли, и к нам, шатаясь, ввалился бы мертвец. — Если это будет мертвец, вряд ли у него получится еще и шататься, — критически…

– Это мы-то ни к чему не пригодны? – возмутилась она. – Ты и я? Или просто все кому не лень стараются нам это внушить? Может быть, от нас и вообще никогда не было проку? – Может, и так, – вздохнул Томми. – Не знаю. По крайней мере, в прежние времена мы чувствовали себя нужными. А теперь я, кажется,…

— Не знаю. По-моему, мы все те же. А впрочем, когда дойдет до дела… Но все-таки очень хочется чем-то заняться. Ужасно, когда все время только думаешь и думаешь. В квартиру позвонили. Таппенс открыла дверь и увидела на пороге широкоплечего мужчину с пышными светлыми усами на румяном жизнерадостном лице.…

Прошли те времена, когда тетушка Элизабет, тетушка Ада и все прочие продолжали жить в своем доме, в котором жили до того много лет, под присмотром преданных, хотя порой и деспотичных, старых слуг. Обе стороны были вполне счастливы таким положением вещей. Кроме того, существовали бесконечные бедные родственницы…

Правда, не обошлось и без происшествий. Однажды тетушка Роза сообщила о том, что подружилась с молодым человеком, которому решила заменить умершую мать. Она сняла собственную квартиру, обратилась к адвокату, чтобы завещать своему протеже оставшееся у нее состояние. Кончилось все это самым неожиданным…

Правда, не обошлось и без происшествий. Однажды тетушка Роза сообщила о том, что подружилась с молодым человеком, которому решила заменить умершую мать. Она сняла собственную квартиру, обратилась к адвокату, чтобы завещать своему протеже оставшееся у нее состояние. Кончилось все это самым неожиданным…

— Он, должно быть, был очень умным человеком! — Не думаю, что он был особенно умным, — сказала Таппенс. — Он был просто очень, очень милым. — Мы не отошли от темы разговора? — Отошли, — сказала Таппенс. — Ну, как я и сказала, мне захотелось снова перечитать «Андрокла и льва» — она входит в книгу рассказов…