Занадворов Владислав Леонидович список книг

* * * Двадцать девять минут… ровно двадцать девять минут и десять секунд я гипнотизирую взглядом дверь со страшной табличкой «Гинеколог». Дурацкая надпись буквально убивает мои нервные клетки. Я понимаю, что это неизбежно, равно как и то, что через полчаса прием закончится, вот только все это не помогает…

— Чем такие корабли в остальное время занимаются? — Торгуют. Чем они ещё могут заниматься? — Понятно. — Слушай, а на вас другие корабли нападали? — Было пару раз, но не здесь, а на юге. Там они нас не любят. — Почему? — Южане считают нас чужакам отбирающими у них заработок. — Это так? …

— Да ладно кипишить! Стандартная бумага, ее все тут подписывают. Вон Вася уже идет. Щас спросим — с почкой или нет! Аха-ха! Я огляделся по сторонам, окидывая взглядом открывающийся с этой высоты роскошный вид: море джунглей, кофейные плантации, жмущиеся к подножию гор деревушки. — Ну что, давай уже,…

– Дорожку, шваба! – донеслось издалека. – Не то конец ножкам! Устало вздохнув, я повела старушку к выходу с вокзала. Хотелось верить, что Клайв разберется. Тем более что у меня сил почти не осталось. – А еще нужно раздеть жениха, – продолжала делиться рекомендациями госпожа Гарв. – Это обязательно,…

Адамберг сидел за столом, склонившись над раскрытой газетой, и когда вошел его заместитель, даже не поднял головы: он сосредоточенно протирал руки, от пальцев до локтей, какой-то резко пахнущей жидкостью. – Новый одеколон? – спросил майор. – Нет, препарат для профилактики чесотки и лишая. Они наверняка…

— Тебе нужно подышать свежим воздухом! А то уже возле своего компьютера корни пустишь и мхом зарастешь! Нет, это она зря, конечно, ляпнула. Последнюю неделю я и так просиживал у машины всего часа четыре, не больше. Остальное время пытался заниматься наведением порядка в квартире, в чем не сильно преуспел,…

Шалфей. Лаванда. Полынь. Мята. Гвоздика. Дурман. Маттиола… Железо , которым пропитался каждый сантиметр этого дома, раз и навсегда вытеснило из него все прочие запахи. Джулиан ткнулся носом мне в шею. – Ковен нас недостоин. Моя рубашка задралась, и под ней я почувствовала его холодные руки,…

— Я хотел сказать… — юноша собрался. — Что… — Что?! — ухмыльнулся кавалер его возлюбленной. — Что… — выдавил бледный юноша, но не смог продолжить. — Что? — на этот раз не выдержала сама избранница. — Что люблю тебя… — выдохнул юноша, жадно уставившись на неё. Все замолчали. Показалось, что…

Отсчет времени здесь всегда велся по-другому: началом следующего дня считался час, когда пробьет вечерний Ангелус, колокол, призывающий к молитве «Ангел Господень», то есть – шесть часов вечера. Половина седьмого вечера в Сочельник с точки зрения венецианцев, – уже Рождество. Зимнюю Венецию не узнают…

— Почему так больно… Она болит… Душа-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — продолжала громко кричать Анна. *ХРЯСЬ* — Что это было? — всполошился один из лекарей. — Кажется, что-то сломалось, — предположил кто-то. — Все в порядке! Ничего не ломалось, — обратился к ним, чтобы они продолжали свою работу.…

– Ко мне ночью пришел представитель инквизиционного отдела быстрого реагирования, – сухо продолжил Саймон, и на этом моменте мне резко расхотелось улыбаться. – Мне было выдвинуто требование немедленного уничтожения всего напечатанного тиража, под угрозой наложения колоссального штрафа и тюремного заключения.…

Сердце начало колотиться быстрее, а в груди появилось какое-то тошнотворное чувство. Я стал нервно осматриваться. Позвонил нескольким друзьям — без ответа. Позвонил родителям и сестре — вообще никто не отвечал! А вот это уже паршиво! Я считал себя смелым: походы с ночёвкой, вечерние прогулки в сомнительных…

Я тоже. Григорий Михайлович лежит, прикрыв глаза. Дышит тяжело и медленно, а его лицо настолько бледное, будто он уже мёртв. — Ладно! — бросает Юрий, сбрасывая руки Татьяны. — Успокоились. Где врач, вашу мать?! — Сейчас будет, — раздаётся голос Виталия рядом с моим ухом. Оказывается, это он меня…

Гость смотрел на меня и ехидно скалился. Он был абсолютно уверен в своих словах и не сомневался, в том, что я царевич Максим. А вот я понятия не имел, кто стоит передо мной. Да, я тут припомнил, что натыкался на свежие фотографии царевича Евгения. Он не такая публичная личность, как, например, заядлый…