Корсуньский Ростислав список книг

— Бери, Алистер! — весело поддержали слева. — Боги чем попало не одаривают. Не понравится, отдашь другому. Желающие найдутся. В первый раз, что ли? Со всех сторон послышались смешки, хмыканья, одобрительные выкрики. Да что, черт возьми, здесь происходит? — Вы все тут с ума посходили? — прошипела…

— Ну, хоть Илью-то ударить можно? — устало спросил Валерий Ильич у дочери. — Нет! — вскочила Ленка, и глаза её нехорошо заблестели. Такой она бывает редко, но всем я бы рекомендовал прикинуться ветошью в этот момент и не отсвечивать. — Я смотрю, что только отца твоего можно трогать, — недовольно…

— Они понимают, что на кону судьба страны и тебя лично. А вместе с тобой — всего их влияния при дворе, — сухо проанализировал я. — Цельские больше всех остальных заинтересованы в твоей победе, София. Во время разговора сделай упор на этом. — А что Ваше Высочество будет делать, если Цельские всё же…

Теперь поняли фишку? Я сейчас взбалтываю психический фон, и катаклизм в астрале отражается на физическом мире. Ну, по крайней мер, так следуют из прочитанных исследований. Фу-ух, наверно, достаточно. На прощание сжигаю еще парочку хихикающих скатов. Ариведерчи, чучела! Нырок обратно кафе. Туман испаряется,…

— Дорогу Морозовой!! Дорогу графине!! — Рвали горла мастера по очереди. Один охрипнет, другой начинает. Куры вместе с людом в разные стороны разлетаются, а вот стадо невозмутимых коров мы чуть не снесли. Паладины ржут, как раз на привал мяска поджарить. Млад на скаку до самого говорливого дотянулся…

Послышалось громкое жужжание. Для Романа ничего не происходило, мне же проигрывали презентацию, как крохотные жгутики подключались к нервам на ногах и налаживали связь. Ох, выглядело это жутко болезненно, но спрей сработал как часы, Роман даже бровью не повёл. Установив вторую ногу, я сел в кресло и…

— Извини… — Так вот, — продолжил Дориан. — Когда мне стукнуло пятнадцать, я уже считал себя достаточно взрослым для того, чтобы подвести итоги, наметить планы на будущее. Я думаю, этот маленький юбилей должен стать для тебя днем размышлений, понимаешь? — А… Ты об этом… — после этого вопроса я немного…

В ответ раздалось хихиканье и голос сказал: — Ну вот, убедился? Я же говорю, дурачок. Ладно, хватит меня отвлекать, потерпи немного, скоро закончу. Довольно долго было тихо, потом голос опять заговорил: — Значит, ты у нас фантазер и читать любишь. Попаданцем мечтаешь стать? Да уж, здесь у нас все…

— Эй, ты, помоги, — послышался голос сбоку. Я с трудом скосил глаза в сторону и увидел лысого здоровяка. Пластина, что удерживала шею, изогнулась от падения и вошла ему в скулу, так что сейчас мне открывался вид на несколько желтоватых зубов. — Чего застыл, подсоби ногой, — рявкнул он, и поморщился…

– Правда? Я тоже. И тут же Ирен пожалела о своих словах, Я тоже. Что он подумает о ней? Она покраснела. Симона, ее напарница, предупредила, Особо этому субчику не доверяй, он из тех, кто такого наобещает, лишь бы тебя… ну, ты поняла. Он для тебя староват. И тогда Ирен собрала все свое мужество в кулак,…

Во-первых, это мой дар по созданию из обычных Вечных настоящих монстров. Если найти источник эора или подняться в пятнадцатый меридиан, то через несколько месяцев можно получить армию Внеранговых Вечных, которые сметут кого угодно. Второй козырь — это Зов. Моё умение, которое заработает, когда я перейду…

— Куда ползти? — Спросил Яр у Духа, когда продвинулся достаточно далеко вперёд. — Направо. — С задержкой ответил тот. — И у меня есть плохая новость. Это не тот лабиринт. — Думаешь, мы ошиблись единственным выходом из тупика? — Нет. Но это действительно другой лабиринт. В нём появились ловушки,…

Добравшись до нужной точки, я попросил бойцов оставаться на месте и следить за упырями во вражеском броневике. Сам же сделал хитрый трюк, попросил поставить броневик так, чтобы пассажирскую дверь было не видно и открыв её, в буквальном смысле растворился, применив третью «скорость». Хотя, может, и не…

— Нет… не может быть! Я же со злым восхищением уставился на лежащего передо мной Беша… того самого, настоящего Беша, то есть Шахра, которого тут не могло, да и не должно было быть. Тем более под чужой личиной. Но он был. Здесь, сейчас. Живой, едва дышащий, но самый настоящий. И я бы ни за что не…