119 дней до тебя

«Надо же», — сжимает губы Итан. — «Тебе опять соврали… в широком смысле».

«Мне всё больше нравится эта жизнь».

Наступает гробовая тишина. Мужчина, сидящий напротив, растеряно моргает.

— Если всё всегда было так отлично, — низким голосом прерывает молчание Итан. — То как же так вышло в этот раз?

Они обмениваются понимающими взглядами.

— Среди вас крыса.

— Не думай об этом…

— Крыса. Вас сдали!

— Мы уже знаем, кто это.

— Чёрт! Да ты же мог не вылезти из этого дерьма… Как ты мог быть так слеп?!

— Проблема решена.

«Проблема?»

— Ты так это называешь?!!

— Итан, клянусь, я больше не имею ко всему этому никакого отношения. Извини меня, сын…

— Нет. Я не собираюсь, не буду и не хочу об этом больше говорить. Это в прошлом.

— Да, обещаю.

— Ничего мне не обещай! Просто делай. Я уже это принял. Уже! Я знал! Теперь твоя очередь. Ты оборвёшь эти связи и, впредь, что бы ни нужно было решить, будешь сначала советоваться со мной. И если мы будем ошибаться и глупить, мы будем делать это вместе.

— Вместе. — «Блин, да он на взводе. Нужно срочно сменить тему…»

— Тогда всё.

— Всё, то есть… погоди-ка. — с опаской произносит Ричард. «Та-ак, как Она там вчера говорила… Мирненько, за столом, между делом?»

— Что ещё? — непонимающе спрашивает Итан.

— Тут это… Случилось кое-что. Мы планировали сообщить позже, но… Поздравляю! Ты скоро вновь станешь братом.

***

26 декабря.

Поздний вечер.

Гостиная. Ник сопит в кресле, а Нура на диване, обнимая тётю, досматривает трогательную рождественскую комедию и незаметно вытирает слёзы.

Вчера ей приснился Эйден. Держала на руках, как наяву, подросшего, розовощёкого… слюнявого. Даже запах его запомнила и ощущение махровой ткани комбинезончика под пальцами.

— Ты плачешь? — улыбается тётя, глядя ей волосы.

— Я от радости.

От радости увиденного во сне, от всколыхнувшихся чувств, которые лелеяла весь день.

От жалости к себе.

Длинный был день, суматошный. И не сказать, что устала… просто всё не так весело, как должно было быть. Вся эта подготовка к свадьбе с её 125 пунктами одной лишь только церемонии, распорядитель с всякими скучными указаниями, тест-драйв платьев подружек невесты (в основном Сариных новых сокурсниц), к знакомству с которыми её принудили, и поиски мелочей для девичника, которые на неё взвалили и который уже завтра, а Нура ещё даже речь не придумала.

— Насмешница судьба, ну надо же. — отвлекая от мыслей, комментирует финальную сцену тётя. — Не зря говорят, что «ещё не время». Встретиться в таком суматошном городе, сразу понять, что созданы друг для друга, а она возьми да разведи[4].

Девушка закрывает глаза и под её монотонный голос, слушает песню из титров.

— Несчастные влюблённые.

«Почему же? Очень даже счастливые…» Ведь для них время всё же пришло и они снова вместе, а их с Итаном, возможно, больше не настанет.

Вчера ей приснился Эйден. Ей все снятся. Все, кроме Него.

Её слёзы из-за этого.

«Ну не глупо ли?»

— Пора спать. — вырывая из дремоты, шепчет тётя.

— Иду…

— Иди, пора спать. — говорит Итан Люси, которая мотая головой, только крепче цепляется за его одеяло. — Перестань капризничать. Уже поздно.

— Нет! — упрямо раздувает ноздри, лохматая капризуля. — Если я лягу и усну, ты уедешь, и я больше тебя не увижу.

— Что за глупости.

— Не уедешь?

— Увидишь!

— Ну, вот! Я права. Ты не умеешь обманывать, а правду сказать боишься. Я не уйду!

«Господи…» И так весь вечер, стоило ей услышать их разговор с Джеем о завтрашнем отъезде Итана во Францию. (Вернее сказать крики.) «Любопытная непоседа». Даже поплакать успела, еле угомонили.

— Ну и сиди, — передразнил её он. — Плохая девочка!

«Нашла с кем спорить».

— Правду тебе подавай? Слезами проблем не решить — вот тебе правда, запомни! Мне нужно уехать. Не могу я больше здесь быть.

— Что? Как это… Как это никуда не летим? Но, я думал, что всё решено!

«Я тоже так думал».

— Это из-за того, что я рассказал тебе за столом?

— Нет, да нет же! Просто… я передумал. Прости.

— Нет! Нет, Итан, стой. Как тебя понимать? Передумал, ни с того ни с сего? Не верю… Что-то случилось?!

— Не хочу я больше лететь, пойми. Точка.

— Тупизм какой-то… Самолёт через час!

— Не кричи. Успокойся.

— Я спокоен! Я хочу спокойно обсудить твоё это внезапное озарение! Ты опять сходишь с ума… Давай поговорим, Лив права, Нура простит нас…

— Перестань.

— Простит, сын! Не нужно бояться её ненависти…

— Хватит!!!

Хватит, просил же. Не так хотел, чтобы вышло.

Рассчитывал на более тихое восприятие, а в итоге получил целый скандальный допрос.

«И вовсе не в Её ненависти дело».

«Как же им объяснить?» Все эти их крики вчера на весь дом, бесполезно, всё зря — Итан твёрдо решил. Необратимо. И не мог, упрямо не хотел ничего говорить. Да даже если б захотел, горло спазмой от злости свело.

«Может, чуть позже».

— Ну, что смотришь? Так надо! Прекрати психовать. Ты же всего-навсего ребёнок, как я вообще могу тебе что-то рассказывать?!

— Сам ты ребёнок! — кричит в слезах сестрёнка и, вскочив на кровати, хочет убежать, но Итан ловит её и, повалив обратно в одеяло, крепко обняв, прижимает к себе.

— Ну, перестань, перестань… не кричи. — лихорадочно бормочет, пытаясь утешить. — Достаточно, не будем расстраивать маму. Я ведь из-за них с папой уехать хочу, чтобы им было лучше. Им плохо со мной.

— Но они из-за этого и сердятся.

— Да, но перестанут. А когда уеду, успокоятся.

— Тогда пусть успокаиваются без нас двоих, возьми меня с собой!