1972

– Да иди ты в задницу! – неожиданно фыркнул Пресли и захохотал – Майкл, более черного юмора я не слышал! Ну русский, ну шутник! Хрен вам, а не легенды! Завтра же пойду к доктору и пусть назначит мне упражнения для поднятия тонуса! Бросаю пить! (Он выплеснул содержимое стакана в камин, дрова зашипели, пламя притухло и потом вспыхнуло с новой силой) И никаких лекарств! Никаких!

– Кстати, Элвис – не выдержал я – слушай, не шей больше этот дурацкий белый костюм в блестках! И не надевай уже сшитые! И с драконами не шей, ладно? Прошу тебя!

Пресли вытаращил глаза:

– А чем тебе не нравятся мои концертные костюмы? Красивые же!

– Вульгарные. Ужасные! – с искренним отвращением сказал я – Вот черный кожаный костюм у тебя был классным. Ты в нем настоящий мужчина! Крутой! Жесткий! А в этих дурацких костюмах ты как… хмм… прости… как педик! И эти глупые бакенбарды… Тьфу! Еще раз прости – знаю, что ты никакой не педик, что у тебя сотни девок, которые только и мечтают как бы прыгнуть к тебе в постель. И прыгают. Но черт подери, зачем тебе такие костюмы! Я на самом деле считаю тебя величайшим, королем рок-н-ролла. Ты певец вне времени. Тебя будут слушать и через пятьдесят, и через сто лет… но прогони своих чертовых модельеров! Палкой прогони! Пинками в зад! Что они из тебя делают?! И доктора прогони, который пичкает тебя лекарствами! Забудь про лекарства! Лучше приезжай ко мне в гости – я тебя потренирую в единоборствах. Это будут лучшие физические упражнения, какие есть. И постреляем вместе!

– Кстати, я тебе должен – слегка смутился Пресли – я сегодня столько патронов истратил – целое состояние!

– Перестань! – отмахнулся я – ну какая ерунда! Я могу себе позволить пострелять с друзьями, иначе зачем тогда держать тир? И я не беден. Я как и ты фанат стрелкового оружия, так что мы с тобой родственные души. И вообще, смотри как получается – мы на самом деле родственные души! Тебе нравятся мои книги – мне нравятся твои песни. Ты любишь пострелять – и я люблю пострелять! Ты любишь красивых женщин – и я люблю красивых женщин! Ну чем не братья?!

– Ха ха ха… – Пресли расхохотался и поднял большой палец вверх – Мой русский, потерянный брат! Теперь я тебя нашел! Нет, я все-таки не зря к тебе приехал! Кстати – приглашаю тебя к себе в поместье! Когда захочешь! Только предварительно позвони… я устрою такой прием – ты ахнешь! Будет много девушек! (он понизил голос) Не пожалеешь!

– Знаю о твоих оргиях, знаю… – усмехнулся я – только у меня столько здоровья не хватит! Но приехать – приеду. Почему бы и нет? Мне говорили, у тебя куча красивых автомобилей? Я люблю автомобили. Кстати, вот и еще один пункт, по которому мы с тобой сходимся!

– А ты любишь кадиллаки, Майкл? – мечтательно протянул Элвис.

– Не больше чем ты, точно! – улыбнулся я – ведь тебя будут называть не только королем рок-н-ролла, но и королем кадиллаков!

– Я обожаю кадиллаки – кивнул Пресли – мне было восемнадцать лет, я водил грузовик, и когда меня обгоняла красивая машина, а тем более кадиллак – я мечтал, что заработаю денег и буду ехать за рулем такой же красивой машины!

– Да, красивая машина – кадиллак. У меня их было два. Оба белые. Я люблю белый цвет у машин. Один кадиллак погиб – на нас с моим управляющим напала банда, так что… увы, он пришел в негодность. Это был кадиллак «Эльдорадо».

– У меня много кадиллаков! И «Эльдорадо» есть! И «Флитвуд»! Всякие есть! Я тебе покажу! Приезжай! Вот моя визитная карточка (он достал белый прямоугольник и положил на стол). Только обязательно позвони и приезжай! Я живу в Мемфисе.

– Я знаю.

Пресли кивнул, и вдруг спросил меня, слегка смущаясь:

– Скажи… а каким ты видишь мой концертный образ? Ну как, по-твоему, я должен выглядеть на сцене?

– Мужественным. Романтичным. Про черный костюм я тебе уже сказал. А можно было бы – шелковая черная рубашка, узкие брюки. Или белая рубашка и брюки. Рубашка свободная, знаешь, какие были в средние века – не стесняющие движений, как для дуэли. Ты – мачо! Ты – кабальеро! Ты мужчина! И слегка похудей. Ты красивый мужчина, но… отяжелел. И лекарства, что ты принимаешь – категорически запрещены! Откажись от них. Иначе… ну ты знаешь. И сбрей ты эти чертовы бакенбарды! Ну что за уродство?! Они тебя так старят, так портят – просто ужасно!

Мы расстались с Элвисом уже поздней ночью. Говорили обо всем – о жизни, о музыке, о женщинах, о политике. Иногда он был наивен как ребенок (в основном, когда говорил о политике), иногда мудр, как старик (когда дело касалось мира шоу-бизнеса). А вообще, он мне понравился. Он был приличным парнем и не скурвился даже тогда, когда стал очень богат. Впрочем – я это знал и раньше, но теперь вот убедился в том, что современники о нем не врали. Приятно не обманываться в людях.

Я оставлял Пресли переночевать в моем поместье, но он отказался, косясь на Ниночку. Шепнул, что сегодня ему обязательно нужна парочка девушек, потому он вернется домой, и как можно быстрее. У него зафрахтован самолет, стоит, дожидается.

Мда… надо будет рассказать Ниночке, как она возбудила Короля своим видом. И смех, и грех… А в гости к нему я съезжу. Но… позже. После поединка с Али. Сейчас мне не до того. Тренировки и тренировки. Хорошо хоть Стив помогает, приходит через день. Пабло пока что восстановился не до конца.

На следующий день притащилась Сьюзен, и мне пришлось в подробностях объяснять ей принцип шоу «Выживший». В конце концов, она уселась за печатную машинку и начала все подробно записывать – благо что печатная машинка с английским шрифтом у меня была. Печатала Сьюзен с пулеметной скоростью, так что проблем с тем, чтобы успеть за моими словами у нее не было.

Потом мы обсуждали, уточняя детали, определяя примерный состав участников. В конце концов мне пришлось выписать чек на два миллиона долларов для внесения на счет продюсерского центра «Страус и Карпофф». В самом начале мы договорились со Страусом о том, чтобы внести по миллиону каждый, но этого явно не хватало для развития дела. Купить аппаратуру, нанять людей для работы – это требует денег, и немалых. Само собой – Страус тоже внес два миллиона. Он мне звонил пару дней назад, и мы все обговорили.

Работать со Сьюзен было легко. Я забыл о том, как мы с ней кувыркались в постели, забыл, что она вообще женщина – в работе Сьюзен была жесткой и требовательной, как три самых жестких мужика. Все по делу, все конкретно – настоящая американская бизнес-вуман, бесполая и работящая. Вот чего не отнимешь у американцев – отрабатывать свои деньги они умеют. А зарплата у Сьюзен была очень недурная, плюс обещанные проценты от дохода. Именно от дохода, а не от прибыли – она была совсем неглупым человеком.

Конечно же, я не возражал против высокой оплаты топ-менеджеру. В конце концов – вся работа лежит на ней. Я подаю идеи и финансирую, Страус налаживает контакты, рекламирует, проталкивает шоу на ТВ – и тоже финансирует. А вся самая мерзкая работа, вся текучка, все организаторские работы – на Сьюзен. Меня лично от одной мысли, что я мог бы заниматься такой мерзкой работой, просто начинало подташнивать.

Я вообще по сути своей одиночка – как и положено снайперу. Я рассчитываю только на себя, ну или еще на одного-двух автоматчиков, прикрывающих мне спину. Но не более того. А тут… съемочная группа, хозяйственное обеспечение, участники игры – ой-вэй… да шоб я так не жил!