2177
Шрифт:
Глава 3
Маркус проснулся рано. Ночь снова выдалась бессонной. Квартира напоминала сарай довоенных времен с одной лишь разницей – в помещении присутствовали базовые приборы для жизни. Холодильник, дверца которого периодически отваливалась, был расположен в углу пространства, именуемого кухней. Рядом стояла плита с двумя небольшими конфорками. Левее – столик, служивший как для готовки, так и для употребления пищи, и раковина. Само помещение занимало площадь примерно шесть на три метра, с одной стороны упираясь во входную дверь, а в другой в круглый оконный проем. Деревянную раму Маркус специально утеплил, дабы та не пропускала холод. Сделал он это сразу, как только мэрия выделила ему помещение. Хотя бы в этом спасибо правительству – бесплатные, пусть и тесные квартиры, закреплялись за каждым вернувшимся с фронта. Предыдущий владелец помещения, как потом узнал Маркус, умер в возрасте тридцати лет. От чего наступила смерть было абсолютно не важно. По действующему в стране Закону о праве собственности, в рамках которого любой демобилизованный солдат имел право
Кровать Маркуса располагалась напротив холодильника ближе к окну. Каждый раз, лежа головой на перьевой подушке, он смотрел на пролетающие по небу облака. Мечтая оказаться где угодно, лишь бы подальше отсюда, молодой человек тяжело вздыхал и поднимался. Любое неповиновение, отлучка или действие, которое не скоординировано с властями, воспринималось как предательство и каралось смертью. Маркус старался держать свои желания глубоко в душе, ведь каждый раз как он думал об этом, грудь словно сжимали металлические тиски, а в горле возникал ком. Вот и сейчас он быстро поднялся с кровати, подошел к плите и взял ржавую кастрюлю. Налив в нее немного воды из крана, поставил на огонь и открыл холодильник. Выдаваемая раз в месяц зарплата целиком уходила на оплату коммунальных платежей и закупку основных продуктов. Маркусу повезло жить рядом с рыночной площадью, куда порой приезжали торговцы. Среди разного рода товаров нередко можно было отыскать овощи и даже мясо. Правда, мясо привозилось ими специально для определенной группы лиц, именуемыми Викариусами. Это был зажиточный слой жителей Терриума, освобожденных от разного рода занятий и входивших в состав правительственной верхушки. Как правило, они служили маяком для контролирующих народ органов, были глазами и ушами для них. Ослушаться Викариуса означало «быть на карандаше» у патрульных, которые точно найдут причину поймать тебя и обвинить в совершении нечто противозаконного.
Сделав себе скромный завтрак и накидав в кружку немного заварки, Маркус залил ее кипевшей в кастрюле жидкостью. О существовании чая он узнал из истории. Когда его распределили в учебный отдел, выдали инструкцию и несколько растрепанных и древних книг, именуемых учебниками, Маркус с жадностью старался поглощать новую для себя информацию. Таким образом он многое узнал для себя, а некоторые факты вспомнил из своего детства. Мать часто рассказывала ему про то, как жили предки. На вопрос откуда она сама все это знает, женщина отвечала абстрактно, не придавая этому особого значения. Вероятно, это было как-то связано с последующими событиями в ее жизни. Но для самого Маркуса слушать рассказы матери, ее живописные объяснения и представлять те фантастические образы, корабли, дома, животных было прекрасным времяпровождением. Он любил, когда она садилась напротив него и заводила свое любимое «а вот раньше…». Эти разговоры могли продолжаться часами. Довольно часто они уходили спать далеко за полночь. Отец возвращался с работы около одиннадцати вечера, быстро перекусив, ложился в кровать и отключался. А Маркус с матерью вели беседы дальше.
Собравшись с мыслями, молодой человек накинул на себя старую куртку и вышел из квартиры. Спустившись вниз по лестнице, Маркус выбрался из темного помещения здания. Повстречать кого-то в столь ранний час практически невозможно, а потому парень шел медленно и уверенно, стараясь немного отдохнуть и прогуляться перед очередным рабочим днем. Расстояние до места, откуда его забирала развозка, было неблизким, а потому выходить стоило раньше. Повернув за угол, Маркус остановился. На него с высоты трех метров смотрел зоркий глаз патрульного дрона. Сканер пробежался по молодому человеку, а из динамиков раздался механический голос:
– Комендантский час еще не закончен, предъявите разрешительные документы на передвижение.
Маркус погрузил руку во внутренний карман поношенной куртки и извлек пластиковое удостоверение. Дрон отсканировал и его.
– Разрешение на передвижение объекта получено. Вы свободны, – суровый голос робота звучал на безлюдной улице немного инородно.
Патрульный дрон продолжил свое движение, устремившись туда, откуда Маркус явился, а сам молодой человек, проводив того взглядом, двинулся дальше. Погрузившись в свои мысли, парень миновал один сквер, а за ним и второй. Просторная тропа проходила рядом с расположившимися тут зданиями Координационного центра, отвечавшего за транспортную систему Терриума, и ремонтной мастерской, служившим точкой технического обслуживания всей патрульной техники. Посреди широкой автомобильной дороги была огромная дыра – след от авиаудара во время очередной поломки купольной защиты. Стоявшее рядом здание чуть покосилось и уперлось в другое. Перекошенные рамы на фасаде давно потрескались, а стекла лежали прямо под ногами прохожих. Маркус спрятал замерзшие руки в карманы и ускорился. Небо постепенно затягивалось тучами. Чернота сгущалась, предвещая в скором времени начало проливного дождя. Хоть жители города и были защищены от всякой непогоды благодаря куполу, но от холода не спастись. Для поддержания постоянной циркуляции воздуха в прозрачном куполе располагались специальные отведенные участки, пропускающие
воздух. На поддержание защиты уходила большая часть энергии, производимой в городе. Моторы работали на полную мощность и являлись главным источником шума. Их рев давно стал привычным для большинства людей, и только Маркус постоянно обращал на него внимание. Путь до места сбора проходил через множество каналов, которые судя по рассказам имели большое значение для Санктума в прошлом. Когда-то каждый из них носил собственное название и имел историческую ценность. На проводимых собраниях порой говорилось про необходимость вернуть истинный облик государства, а потому вновь в своих речах власть делала упор на победу в войне. Миновав очередной мост, раскинувшийся над давно высохшей траншеей, Маркус повернул направо и направился вдоль заброшенной территории, именуемой в народе «забытая земля». Здесь проживали те, кто остался без крыши над головой и был вынужден выживать, не имея иных возможностей. Руины зданий покрывали площадь, что способен охватить глаз. Кое-где виднелся яркий огонек разведенного костра. Люди встречали начало нового дня в привычной для себя атмосфере безысходности. Запрет на массовые скопления людей касался и их, а потому патрульные часто отлавливали здесь нарушителей, устанавливая за ними маячок. Еще один проступок мог привести к неминуемому суду. Сам запрет был установлен правительством в прошлом. Согласно ему жители не могли собираться в группы более двух человек, за исключением созданных Союзов, внутри которых есть дети, а также общих городских собраний и прочая рабочая деятельность.Город постепенно начал просыпаться. Навстречу Маркусу попалась женщина, еле волочившая левой ногой по тротуару. Облаченная в тряпки, она опиралась рукой на покосившийся металлический забор. Ее обнаженные кисти были покрытые ожогами и трещинами. За собой она волокла телегу, в которую погрузила все нажитое имущество. Маркус успел разглядеть один рваный сапог, несколько кирпичей, видимо служивших для разведения костра, разбитый горшок и нечто, похожее на голову свиньи. Женщина не спеша шла по своим делам, даже не взглянув на молодого человека. Спустя некоторое время, Маркус добрался до точки сбора. На месте уже стояло несколько коллег в ожидании развозки.
– Слава Императору! – произнес один из них, завидев Маркуса.
Это был молодой паренек по имени Яков. Он был на три года младше Маркуса и тоже недавно был распределен на должность учителя для новобранцев. Его задачей было познакомить их с чтением и письмом, дать базовые знания о языке и картографии.
– Императору слава, – голос Маркуса выдавал его слабую заинтересованность в продолжении беседы, но этого, казалось, никто не заметил.
Второй же коллега, женщина шестидесяти лет, кивнула головой в знак приветствия и продолжила разговор с Яковом.
– И как все прошло? – обратилась она к нему с вопросом.
– Все отлично! Мы с Викторией посетили Департамент, где оформили наш Союз на добровольной основе, – Яков светился от счастья, – Конечно, перед тем, как подтвердить документально, нам зачитали инструкцию: Союз, заключенный на добровольной основе, является таким же нерушимым и бла бла бла. Ну а в случае, если мы захотим разорвать отношения, то нам грозит суд. Но это все ерунда, ведь мы не собираемся делать этого! Я так счастлив, что встретил ее! Подумать только, любовь сейчас встречается все реже, никто не ищет свои половинки, а мне она попалась совершенно случайно!
– Погоди, ты кого-то встретил? – Маркус с изумлением смотрел на своего коллегу.
Союзы, заключенные самостоятельно, и правда встречались все реже. Люди доверяли свою жизнь слепому выбору Департамента.
– Да, именно! Это случилось на позапрошлом собрании, – Яков не думал останавливаться и готов был выложить все подробности своей личной жизни, – Мы столкнулись на Центральной площади, когда люди уже начали расходиться. Немного поболтали и договорились встретиться возле Департамента, чтобы подать прошение на регистрацию.
В этот момент подъехал грузовой транспортер. Тема разговора была любопытна Маркусу, что он не заметил этого. Из кузова выскочили пара крепких ребят в защитных костюмах и с автоматами. Они достали специальные маски и, натягивая каждому сотруднику на глаза, пропускали по одному. Сделано это было специально, чтобы расположение учебного центра оставалось засекреченным даже для своих. Загрузив всех, солдаты заняли свои места. Кузов был обтянут плотным тентом, который не пропускал ни одного солнечного луча. Маски на глазах служили, скорее, дополнительным инструментом защиты от любопытного взгляда. Транспортер сначала резко дернулся вперед и остановился, а потом мотор заревел вновь и машина тронулась в путь. Маркуса не отпускали мысли о Якове и его избраннице. Создание Союза по любви – это некая легенда неустанных романтиков прошлого. И тем удивительнее, что подобное происходило в настоящее время. Будучи ребенком, мать часто рассказывала ему басни про времена, когда отношения являлись абсолютно независимыми от постановлений правительства. Маркус прекрасно осознавал, что Закон о восполняемости так или иначе появился в какой-то момент. Тем не менее эти рассказы про брак по обоюдному согласию никак не могли уложиться в голове.
Дорога до учебного центра занимала всегда примерно тридцать-сорок минут. За это время никто не смел вести беседы. Каждый сидел смирно, ожидая прибытия. Лишь солдат нарушал тишину в кузове, щелкая предохранителем на своем табельном оружии. Громила так и норовил пустить его в ход. Спустя время транспортер остановился.
– Снять маски и на выход! – прозвучал голос одного из военнослужащих.
Маркус стянул тряпку с головы и протянул ее надзирателю. Выбравшись наружу, молодой человек огляделся. Похоже, что сегодня на занятия придет группа новых учеников. Это было понятно по стоявшему рядом с их транспортером фургону. Такие возили только детей.