2424

— Люська, покажи карту, где есть ближайший маяк Предтеч, — скомандовал помощнице, поднёсшей реальный огонь из виртуальной зажигалки к сигаре в моих зубах. Раскурил, выдохнул в задумчивости дым в потолок. Если сначала я хотел прыгнуть на Землю, то теперь мне там делать нечего. Надо выбрать другую точку.

Перед глазами возникла карта системы Проксимы Центавра. Так, ближайшие два маяка на четвёртой планете, где умеренный климат и можно спокойно дышать без скафандра. А ещё там колония Еката-3, где живёт сестра Усольцева.

— Прыгаем сюда, — я ткнул пальцем в ближайшую к поселению точку маяка. — Но не сам маяк, а на десять кэмэ к колонии.

— Я должна предупредить: контур находится под землёй на глубине четыреста метров. Подручными средствами добраться до него не получится, если ты рассчитываешь после посещения колонии попасть в контур своим ходом. Кроме этого, я проанализировала новостной фон, тебя обвиняют в пособничестве пиратам. В Управлении собственной безопасности Флота тебя ждёт разбирательство, грозящее понижением в социальном статусе и отправкой на каторгу.

— Отставить перенос! Не хочу на каторгу! Это как? Я же пацанов спас!?!

Вместо ответа помощница протранслировала выжимку из новостей.

— Вот ведь! А если меня здесь на поверхность переместить и подать сигнал бедствия?

— Без энергии в шагоходе ты замёрзнешь. Переношу? — безразлично пожала плечами с видом «хозяин — барин».

— Нет. А если отсюда сигнал подать? Меня спасут, и я смогу оправдаться, что не пират. Ты подтвердишь.

— С вероятностью в сто процентов в течение получаса после контакта последует орбитальный удар по маяку, когда информация о том, что кто-то попал внутрь контура, дойдёт до рептилоидов. Я не могу этого допустить, — глаза Люси сверкнули фанатичным блеском. — Моя задача — хранить наследие Предтеч!

— То есть, мне не вариант светиться перед любым представителем власти, и в то же время я не могу здесь отсидеться. Что же делать?

— Почему ты ограничиваешь себя только людскими поселениями? Существует куча мест, где ты никому не нужен, и где не достанет человеческое правосудие. Да и отсидеться ты не можешь только в этом контуре. Есть другие контуры, где с подпиткой энергии всё в порядке. Например, материнская планета орниподов. На ней маяки служат храмами, за которыми ухаживают и на ступенях которых приносят жертвы богам. Воздух с климатом для тебя там вполне подходящий.

— Давай туда, — я поднял с пола свой мешок. — Спасибо этому дому, пойдём к другому. Врубай свою гравицапу!

Глава 13

Шумит синяя листва незнакомых деревьев, цикады стрекочут… Какая же красота! — я загорал под ласковыми лучами местного солнышка на самой верхушке пирамиды. В тени плюс двадцать пять — после стужи пятой планеты системы Проксима Центавра, безымянная планета безымянной звезды под номером Р0137-МН на окраине нашей галактики показалась мне раем. А назову-ка я планету Птеродактиль на правах первооткрывателя! И звезду как-нибудь назову. Потом. Сейчас слишком лениво, — мысли текли неспешно, как облака над головой.

— Приближаются орниподы, через десять минут они смогут тебя увидеть, — рядом бесшумно появилась голограмма помощницы.

— Класс, опять куры пожрать несут, — даже не пошевелился на её слова. Когда я впервые вышел к птицеголовым, среди них случился переполох, и теперь они таскают растительную пищу по три раза на дню. Они предлагали ещё и органику в виде жучков-червячков, но я отказался.

— Мог бы и поуважительнее к разумным, считающим тебя божеством, — проворчала Люська.

— А кто мне посоветовал появиться перед ними не в комбезе, а в скафандре? — в местном контуре обнаружился не только саркофаг, но и действующий принтер, и скафандры, оставшиеся от цивилизации птицеголовых времён галактической экспансии. Они напоминали одеяния фараонов Египта, и были точь-в-точь с местными наскальными рисунками. Поэтому Страж посоветовал распечатать на принтере такой же разукрашенный скаф для меня, чтобы не пугать местных пигмеев-орниподов непривычным видом.

— Но ведь сработало! Вместо возможной агрессии, почёт и уважение, — как и предполагал Страж, меня приняли за бога, спустившегося на землю, и устроили праздничный танцевальный марафон с плясками вокруг костров на целые сутки. Пришлось птичий базар разогнать и объявить пирамиду запретной зоной, разрешив посещать только три раза в день.

— Сработало, только у меня от их гвалта голова начинает болеть. А когда приходится с важным видом чирикать по-ихнему, отвечая на вопросы жрецов, ощущение, что скоро сам перья отращу… Домой хочу и мяса. Жареного. Женщину нормальную, а не это вот всё.

— Терпи казак, атаманом будешь, — искин всё больше очеловечивался, общаясь со мной.

Я и терпел на фруктово-овощной диете. А ещё учился. Уже почти месяц, как здесь оказался. Отдохнув после приключений, задался вопросом «что дальше делать?» Вариант остаться на Птеродактиле отмёл сразу — без нормального человеческого общения я с ума здесь сойду. Поэтому поставил себе цель вернуться в человеческое содружество, летать между звёздами и зарабатывать деньги. Со временем купить собственный корабль, жениться на нормальной девушке, настрогать детей, остепениться и осесть на какой-нибудь планете земного типа. Жить около океана и, глядя вдаль, думать о вечном.

К этому я пришёл после тщательного взвешивания своих сил. Ведь сначала я себе поставил Цель — освободить Человечество от власти рептилоидов! «Неужели, имея доступ к самым совершенным технологиям этой вселенной, я не смогу это сделать? Давно хотел чего-то эдакого, грандиозного, а здесь такой шанс!» — думал я. Правда Страж отморозился, заявив, что в этом помогать мне не будет. Потому как одинаково хорошо относится и к рептилоидам, и гуманоидам. Скафандр высшей защиты или гаванский ром напечатать на принтере, благо пример ещё остался — пожалуйста. Базы пилотов закачать в башку, в саркофаге похмелье убрать — не вопрос. А всякие атомные бомбы и плазмоганы — хрен вам. Делай за пределами контура сам, только не на этой планете, ибо нефиг заниматься здесь прогрессорством. Вот я и урезал осетра. Живут же спокойно люди без всяких революций, а чем я хуже? Нет, конечно же приятно быть спасителем Человечества в сверкающих доспехах, но большинство освободителей жило ярко, но мало, и плохо кончало, начиная от Жанны д’Арк, заканчивая разными Троцкими и Ульяновыми. Нет, это не мой путь. Мой путь — летать между звёздами и осваивать мирный атом!

Поэтому ударился в учёбу, закачивая себе все доступные человеческие базы, связанные с космосом: пилотов, операторов тяжёлых орудий линкоров, суперкарго, навигаторов, инженеров-механиков и прочей мазуты. Точнее, закачать-то получилось сразу, а вот усвоение и виртуальные тренировки требовали время. Отдыхал сёрфингом по новостям, изучением истории и наблюдением за баром «Старый пират».

Дело Матвеича не зачахло — Эля взяла себя в руки, уволилась с флота и с головой погрузилась в общепит, стараясь заработать себе на жизнь с маслом. Даже одеваться стала с претензией на старину.

Злость на неё притупилась, но обида осталась. Поэтому пусть занимается. Кто знает, что будет через три года? Может, я всё-таки случайно победю всех рептилоидов с пауками, стану Императором вселенной, устану, вернусь на Землю, дам развод этой хитромудрой обманщице и сам продолжу стричь купоны с процветающего предприятия. А пока что вернусь в цивилизацию под другим именем, потому как возвращаться на военную службу не собираюсь — меня записали в без вести пропавшие, что только в плюс: деньги на моём счету можно будет направить не на выкуп контракта, а в кубышку на покупку корабля.