7Я

– Как же ты задрала орать, бешеная сука.

Оба выкинули огнестрельное оружие подальше, достав из карманов только кастеты. Джек сбросил пиджак Желтой Мафии, а шляпу порвал голыми руками, чтобы спровоцировать Дарью напасть первой.

– Рви хоть десять, хоть сотню таких! Но только попробуй пальцем тронуть хоть самого низшего брата или сестру, и тебе конец!

– Я бы всё равно это сделал рано или поздно. Мне это ничего не стоит!

– И ради чего ты всё это делаешь? Что тобой движет?!

– Надежда на спокойную жизнь! Вот что!

– Не может быть… – с печалью ответила Дарья, вспомнив свои собственные мечты. Желание спокойной жизни, собирать в пустом тихом ангаре своих роботов. Всё это забылось под грузом ответственности и привязанности к другим людям, возможно, даже не ценящим ее труды. Всё это всплыло из-за одной фразы Джека. «Вот и открылась, дура!» – с этими мыслями Джек атаковал мощным замахом с правой. Он нацелился прямо в челюсть, чтобы быстро избавиться от цели. После он бы ее заставил навсегда молчать. Но Дарья была из тех, кто умеет контролировать эмоции в критичное время. Именно поэтому реакция мафиози сработала как надо. Немного присев, Дарья уклонилась от удара, а затем незамедлительно контратаковала хорошим ударом тяжелым свинцовым кастетом в живот. Джек нагнулся от боли, а тем временем Дарья не желала останавливаться на одном ударе. Тогда она решила ударить локтем по плечу, чтобы Джек потерял равновесие и желательно свалился с поезда. Но этот ход был слишком ожидаемым, поэтому Джек упал раньше, чем Дарья успела ударить. Быстро поднявшись с колен, Джек с огромного размаха ударил по виску предплечьем настолько быстро, что Дарья не успела заметить всё движение. Она думала, что будет боковой удар, который она называла «молотком», поэтому держала блок ниже, чем обычно. «ТВОЯ ЖЕРТВЕННОСТЬ ТЕБЯ И ПОГУБИТ!» – это выкрикнул Джек перед мощным ударом, что должен был оглушить Дарью. Джек был уверен на все 100 в успех атаки, голова осталась совсем без защиты. А после такого удара человек на пару секунд дезориентируется в пространстве и не сумеет увернуться от следующей атаки. Успех был обеспечен. Дарья получила мощный удар в висок, а затем Джек старался нанести как можно больше ударов, комбинируя разные приемы между собой, чтобы у соперницы не было и шанса предугадать следующее действие. Жизненно важные органы были исколоты колючими кастетами Джека. Дарья не могла встать и истекала кровью, пока в один момент из живота Джека не вылетела пуля. Кровавое пятно на месте раны всё дальше расползалось по желтой рубахе, а Джек успел достать запасной однозарядный пистолет и застрелить Дарью Шорохову, чтобы та никогда не смогла сдать Пэйта. Но всё же Дарья успела сказать последние слова: «Змило давно ангельский сад, хочу назад…» Джек обрадовался тому, что смог спасти брата от этой сумасшедшей, пока сам не упал без сознания. Кровь текла по крыше вагона и быстро улетала из-за высокой скорости. Поезд уносил тела, пока Пэйт выполнял безумно опасную миссию. Но всё же им удалось вернуться в Желтую Башню, хоть что-то позитивное…

Миссия с поставкой оружия в Новосибирск была выполнена, но Дарью Шорохову убили до того, как поезд прибыл в точку назначения. Боссу доложили о том, что рядом с трупом Дарьи лежал без сознания Джек Даблбуллет. Его схватила Желтая Мафия, вылечила и бросила в комнату для допросов. Все члены Желтой Мафии стали подозревать заодно и его брата – Пэйта Томпсона. Они боялись, что подобный случай повторится вновь, если не избавиться от всех предателей на корню. Поэтому Иосиф решил разобраться с предателем, чтобы успокоить своих людей, пока те не устроили массовую паранойю и подозревали всех подряд. Раньше положенного срока, Пэйт Томпсон явился на вызов Иосифа. Страхом и напряжением веяло во всей Желтой Башне, но не в кабинете Босса, разве что для Пэйта, ожидающего часа наказания или спасения Джека.

– Мой новоиспеченный сын, Пэйт Томпсон, надеюсь, ты не предашь меня так же, как и тот жалкий неблагодарный сынишка. Джек Даблбуллет мне был совсем как родной, я заботился о вас, не жалея ни денег, ни сил. Он вонзил мне нож в спину, так нагло и надменно. Но я до сих пор не могу в это поверить. Надеюсь, на самом деле мои дети не могут быть изменниками. И Берет на самом деле не виновен. Уже долгое время он твердит одно и то же: «Я не виновен, оставьте нас». Будто совсем забыл другие слова… Я хочу, чтобы ты разобрался с этим вопиющим случаем. Как-никак ты знаешь Берета лучше желтой семьи. У тебя точно получится вывести его на чистую воду, только тебе он скажет истину. Иди в комнату для допросов, я буду следить за всем действом и лично отдавать приказы. Надеюсь… В конце допроса мне не придется дать приказ убить брата… Но если до этого дойдет, убей его из этого пистолета. – Иосиф достал из выдвижной полки серебряный кольт с цифрой 4 на деревянной рукояти.

– Я не знаю сколько лет прожил этот пистолет… Кажется, он не из нашего времени, но это только ощущения. Человек, у которого я когда-то его отнял, называл его: «Четвертак», а свой золотой кинжал: «Златоуст». К сожалению, у меня остался только Четвертак с самым невезучим числом на рукоятке, а Златоуст куда-то исчез, наверное, мне его никогда не вернуть.

– Я берусь за дело… – пытался Пэйт не показывать страха, чтобы дальше казаться верным боссу. Пэйт изначально знал, что его отправят на такое задание, Аппарат Президента проинформировал его. И казалось, Пэйт был во всеоружии, но страх потерять дорогого человека поглощал разум. Вдохновляющие мелодии скрипки в его голове переменились на томные струны, что вот-вот были готовы издать крик. Но Пэйт не показал боссу своих настоящих эмоций, оставаясь для него непоколебимым.

– А теперь иди, я верю в тебя, Ливень. Пэйт молча взял Четвертак и спустился на лифте на самый низкий этаж Желтой Башни. Там стены больше не были такими уютными и дорогими. Отовсюду воняло бензином и ржавчиной. Вечно мокрый пол в широком коридоре, который вел к клеткам с изуродованными и замученными телами тех, кого схватила Желтая Мафия и бросила на дно. Кровь вперемешку с гнилью и бензином, который был самым любимым инструментом для пыток преступников. А в отдельных шкафчиках хранились энергетические винтовки для расстрела виновных и невиновных. Местным судьям было всё равно чьи органы жечь энергетическим оружием до состояния биомассы. Которая потом выходила сгустками крови изо рта пленников. Пэйт шел вперед не обращая внимания на весь этот ужас. Для него целью было лишь спасти Джека, судьбы всех остальных его нисколько не волновали. В конце коридора был лишь приваренный к полу железный стул, с которого медленно стекала кровь небольшими каплями. На этом стуле и сидел Джек Даблбуллет, теперь в собственной одежде, но совсем без сил. Его окружали десяток камер с прослушкой и динамиками. Иосиф не хотел пропустить ни писка этой мерзкой сцены, заставив подчиненных расставить столько камер вокруг еле дышащего Джека. Всё тело было в синяках и небольших ожогах, которых не было во время задания с защитой поезда. Джек поднял глаза из-за топота туфель о мокрый пол, что остановились перед ним. Тогда он увидел злобное лицо Пэйта, Джек не думал о том, почему брат не показывает радости. Джеку было достаточно того, чтобы увидеть напоследок самого ценного человека в его жизни. Пэйт хотел кричать о том, что никто не тронет брата, но не мог. Иосиф надменно наблюдал за каждым шагом, пока в один момент Пэйт не услышал сигнал об отключении камер из микрочипа связи, который ему передали Аппарат Президента.

– Джек, Аппарат Президента сумел взломать системы безопасности Желтой Мафии, у нас есть три минуты, не больше! Я вытащу тебя отсюда. Когда слежка продолжится, тебе нужно будет только убедить меня и Иосифа в том, что

ты не виновен. Нас отпустят, и тогда…!

– Пэйт… – начал смеяться сквозь слезы Джек.

– Да, Джек, говори всё что хочешь, не плачь только, мы с тобой вернем сестру и отомстим этим хуесосам за то, что сделали с тобой! Слышишь, брат!

– Все… Всё бесполезно… – нервно смеялся Джек. Будучи привязанным к стулу, он всей душой хотел обнять брата напоследок, но даже если бы руки были свободны, Джек не смог бы их поднять.

– НЕ НЕСИ ЧЕПУХИ! – Пэйт до последнего не хотел верить в то, что из-за него погибнет брат. Он не хотел прощаться с ним навсегда, только не сегодня, не в этом году, тысячелетии. Пэйт не хотел отпускать и тем более лишать

жизни и всех целей самого родного человека.

– Тот мужик, что пытал меня… Он всё рассказал… Все давно знают, что я убил Дарью. Если ты объявишь меня невиновным, нас обоих ждет казнь энергетическим оружием…

– Нет… Нет… Джек, это же шутка, да? Тебе соврали, чтобы ты упал духом, точно! Так всё и было!

– Если всё так… Кто тогда меня подстрелил на том поезде…

– Нет…

– Если предатель не я, то мы… Скоро время пройдет, тебе нужно будет забить меня до полусмерти, а потом пристрелить, только тогда Иосиф поверит в то, что ты не со мной…

– Джек…

– Обязательно вытащи сестру, иначе моя смерть будет напрасной.

– Брат… – за пол минуты до включения камер, Пэйт почувствовал чего хотел Джек перед смертью. Тогда Пэйт крепко обнял Джека и чуть не расплакался на месте. Он бы не отпускал так Джека никогда, но уже слишком поздно что-либо менять. За десять секунд до включения камер, Джек с полным спокойствием на душе сказал: «I know, you would make me happy»

Камеры вновь включились, тогда Джек перестал что-либо замечать. Он уже в тот момент поверил, что отдал за мечту Пэйта жизнь. Джек был этому несказанно рад и спокоен. Пэйт пытался выдавить из себя агрессию, чтобы кричать Джеку: «Ты убил Дарью Шорохову?!». Но Джек с улыбкой на

лице уже ничего не слышал. Пэйт избивал Джека, пытаясь выбить из него ответ на вопрос, чтобы как можно быстрее покончить с его пытками одним выстрелом в лоб. Но Джек понимал, что слишком быстрый ответ вызовет много подозрений, поэтому несколько минут держал все удары Пэйта. От ярости, что разрывала душу Пэйта, он порвал на себе белый пиджак, а кровь стала лететь на потрепанную одежду Пэйта, настоящую. Ведь убивал Джека не мафиози, а сам Пэйт Томпсон. В один момент Джек сказал: «Я убил Дарью, давай, пристрели меня!». Пэйт не мог позволить себе колебаться, но стрелять раньше времени тоже будет слишком опасно, ибо Иосиф не дал приказа. Пэйт лишь приставил ко лбу Джека Четвертак в ожидании приказа босса. Пэйт