Абвер

В конце своей книги Ю. Мадер приводит хронологию диверсионно – разведывательных операций Абвера с 1933-го по 1944-й гг. Операции охватывают чуть ли не все страны на всех континентах. И вот Сталинградский фронт – с октября 1942-го по сентябрь 1943-го. Читаем: «Абверкоманда 104» забрасывает в глубокий тыл Красной Армии около 150 разведгрупп, от 3 до 10 агентов в каждой. Через линию фронта возвращаются только две!».

Что означает этот восклицательный знак? Недоумение? Отсутствие своевременной информации? Ответ мы находим в следующих записях, сделанных в начале 1943-го года: «На восточном фронте действуют около 130 диверсионно-разведывательных опорных пунктов, 60 разведшкол и учебно-тренировочных лагерей Управления Аусланд (Абвер) ОКВ.

За линию фронта заброшены 19 разведывательных групп Абвера (115 агентов). Контрразведка «Смерш» и органы НКВД арестовывают 15 развед групп непосредственно в момент высадки».

У германцев был Канарис, а у нас – Берия с Судоплатовым. Именно они отвечали за разведку, контрразведку и диверсионные операции в тылу у немцев. Летом и осенью 1941-го года было заброшено несколько групп парашютистов. Многих из них по неопытности немцы выловили. Но военное счастье улыбнулось и нам. В районе Винницы в плен попала немецкая команда «Абверштелле Украина 202». Это была абверовская школа на колесах. Сто двадцать членов команды и их машины-лаборатории были погружены на железнодорожный состав возле Умани и доставлены в Москву. Эти события случились где-то в июле 1941-го года. П. А. Судоплатов предложил Сталину создать свой советский дубль этой команды и отправить ее обратно немцам. Возникла проблема в кадрах и их подготовке. За подготовкой следил сам Сталин. В мае 1942-го года команда «вписалась» в немецкую армию в период проведения Барвенковской наступательной операции. Сама военная операция особого успеха не имела, но «дублеры – энкаведисты» немецкой команды стали действовать на Сталинградском фронте, как «настоящие» абверовцы.

Теперь обратимся к нашим советским документам. В пятом томе 12-томной истории 2-ой мировой войны на странице 192 представлена фотография членов Сталинградского городского комитета обороны. Среди них Воронин Александр Иванович – начальник Управления НКВД на Сталинградском фронте. Это он и его оперативники вылавливали абверовских парашютистов. Центр точно информировал Воронина о том, где, в каком районе будут выброшены вражеские диверсанты. Шифровки от наших «абверовцев» шли в Центр, а оттуда – в Сталинград Воронину. Как нашли и как обучали советского командира этой подставной абверкоманды, читайте далее в этой книге.

Подготовка и все последующие действия команды курировались опытными специалистами. Непосредственно шеф внешней разведки Павел Анатольевич Судоплатов регулярно докладывал Сталину о работе команды. 1 мая 1942 года Сталин лично напутствовал команду в Георгиевском зале Кремля.

Повествование о событиях не такого уж далекого прошлого идет от первого лица, командира подставной абверкоманды Шепеленко Александра Дмитриевича. Его правительственные награды заслуживают уважения, а его решимость и смелость в описываемых им операциях вызывают восхищение.

Награды за Испанию: Орден Ленина, Орден Красной Звезды, медаль «За храбрость»; за Халхин-Гол: Орден Красной Звезды, медаль «За отвагу»;

Награды ВОВ: Ордена – Ленина, Красной Звезды, Отечественной Войны 1-й и 11-й степеней; французский орден Почетного легиона.

Керчь, февраль 2020 В. Гринев

Фронтовым разведчикам

Великой Отечественной

Войны посвящается

ОЦЕНКА НЕМЕЦКИМ ГЕНШТАБОМ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ НА ЮГЕ

Шла вторая неделя войны. В составе войск НКВД, выполнявших роль передовых заградительных отрядов, мне пришлось участвовать в качестве командира подразделения по борьбе с мародерами. Потом под командованием подполковника Голубева я участвовал в напряженной работе по осуществлению плана срочной мобилизации населения. В этот период основные войсковые части отходили в сторону Одессы. Одесса и Севастополь подвергались непрерывным воздушным налетам.

Чтобы полнее представить читателю стратегическую роль мостов и общую картину первых дней войны на юге Украины, чьи и какие армии перешли нашу границу, мне придется обратиться к дневниковым записям генерала – полковника Франца Гальдера, – начальника генштаба сухопутных войск Германии.

«22. 06. 1941 г. Воскресенье, первый день войны. Утренние сводки сообщают, что все армии, кроме 11-й (на правом фланге группы армий “Юг” в Румынии), перешли в наступление согласно плану. Основные военные события в первый день войны развернулись в приграничных районах от Балтийского моря до Карпат, где наступали группы армий “Север.” Южнее, до Черного моря, с территории Венгрии и Румынии военные действия начали силы группы армий “Юг”, в состав которых входили: 11-я немецкая армия (7 пехотных дивизий), 3-я и 4-я румынские армии (13 пехотных дивизий и 9 бригад) и 8-й венгерский корпус (4 бригады). Главной задачей группы “Юг” являлось, наряду с активными действиями против Красной армии, прикрытие нефтеносной румынской территории. В случае успеха группы “Юг” необходимо было во взаимодействии с авиацией воспрепятствовать организованному отходу Советских войск за Днестр. Поэтому в первые дни войны интенсивной бомбежке подверглись все переправы через большие и малые бассейны Днестра.

Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. Пограничные мосты через Буг и другие реки были захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать…

Командование ВВС сообщило, что наши военно-воздушные силы уничтожили восемьсот самолетов противника. Нашей авиации удалось без потерь заминировать подходы к Ленинграду с моря. Немецкие потери составляют до сих пор десять самолетов. Командование группы армий “Юг” доложило, что наши патрули, не встретив сопротивления, переправились через Прут между Галацем и Хуши и между Хуши и Яссами. Мосты были в наших руках. Представляется, что из-за своей неповоротливости русское командование в ближайшее время вообще не в состоянии организовать оперативное противодействие нашему наступлению».

«23. 06. 41 г. Понедельник, второй день войны. Более трудной я считаю обстановку на фронте группы армий “Юг,” так как отказ от первоначально запланированной операции из Румынии не дал взамен никаких выгодных оперативных возможностей. Командованию группы “Юг” будет указано нащупать слабое место противника и ударить по нему танковым клином. В настоящий момент таким слабым местом представляется участок в районе автострады (Броды-Ровно-Житомир) севернее Тернополя (центральный участок танковой группы Клейста).

…На юге русские атаковали. В Румынии наши плацдармы на реке Прут произвели ряд разведывательных поисков из района Черновиц против румынской кавалерии»

«24. 06. 41 г. Вторник, третий день войны. Войска группы армий “Юг”, отражая сильные контратаки противника (особенно сильные на фронте 4-го армейского корпуса северо-западнее Львова), успешно продвигаются вперед. 17-я армия своим правым флангом достигла возвышенности в районе Мостиска. Танковая группа Клейста, имея теперь в первом эшелоне четыре танковые дивизии, вышла к реке Стрый.