Абвер

В горах зарядил холодный дождь, порывистый ветер тревожно шумел в кронах вековых буков и грабов, срывая пожелтевшую листву. По крутым, осклизлым горным тропам гуськом брели партизаны, продираясь через густые заросли кизила. У некоторых за плечами закинуты длинноствольные японские и бельгийские винтовки, с давних пор лежавшие на складах».

Описанная известным летчиком картина стоит до сих пор у меня перед глазами, а сцена моего спешного отъезда из Николаева во всех подробностях запечатлелась до конца войны. Вхожу в кабинет начальника Николаевского управления НКВД. Там находятся: подполковник Голубев – мой непосредственный начальник, и незнакомые мне – полковник, майор и седой моложавый мужчина в штатском. В углу кабинета устроилась миловидная машинистка в форме младшего лейтенанта. Подробности этого совещания запечатлелись у меня буквально в лицах, как сценка из телесериала. Вхожу в кабинет и докладываю:

– Товарищ, генерал госбезопасности! Старший лейтенант Шепеленко явился по Вашему приказанию!

Г е н е р а л. Присаживайтесь, пожалуйста, (показывает на единственный пустой стул за большим столом, а напротив трое незнакомцев).

Г о л у б е в. Товарищ старший лейтенант, доложите комиссии о своем участии в десантировании на румынский берег. Комиссию также интересует результаты ваших допросов румынских офицеров.

Ш е п е л е н к о. Мне было поручено с опер группой нейтрализовать часовых румынской погранзаставы в районе Килии. Затем на катерах высадился основной десант. Пленных румынских офицеров мы сразу переправили на свой берег Дуная. Я успел допросить румынского артиллерийского полковника, часть которого должна была захватить плацдарм на нашем берегу. Но их корабли еще не успели подойти.

Г е н е р а л. Потому, что наши корабли заблокировали румын в самой Констанце. Продолжайте, товарищ старший лейтенант!

Ш е п е л е н к о. (Смотрит, как печатает машинистка). Этот румынский полковник сообщил, что их армия слишком медленно провела мобилизацию. Призывников оказалось много непригодных.

М а й о р. Эти сведения подтвердили другие офицеры, которых вы допрашивали?

Ш е п е л е н к о. Я допрашивал только полковника.

Г о л у б е в. Расскажите о допросе немецкого советника.

Ш е п е л е н к о. Немецкий советник, наглый и буйный старший лейтенант Кунтц, на мои вопросы не отвечал. Он был застрелен при попытке к бегству.

М а й о р. Застрелив Кунтца, вы лишили нашу контрразведку ценных сведений. Потеряли бдительность! Почему окно в кабинете было открыто?

Ш е п е л е н к о. (Волнуясь).Не смогли сразу предвидеть его поведение, товарищ майор. Окно открыли потому, что было душно. И немец нагло плюнул мне в лицо!

М а й о р. Надо было в морду дать, но не убивать.

П о л к о в н и к. Вы с Кунтцем общались на немецком? Где вы овладели языком?

Ш е п е л е н к о. Я рос в поселке Кичкас, где было много немецких колонистов. Приходилось допрашивать немецких офицеров в Испании. Те были спокойными и вежливыми.

Члены комиссии смеются.

Г е н е р а л. Что вы делали в Испании?

Ш е п е л е н к о. Часть нашего Бакинского авиаполка была отправлена в Испанию на помощь республиканцам.

Г е н е р а л. Вы, военный летчик?

Ш е п е л е н к о. Да, я закончил Качинское летное училище. Летал на И-16. После Испании бомбил японцев на Халхин-Голе.

М у ж ч и н а в штатском. Как вам удалось захватить командира парашютного немецкого десанта?

Ш е п е л е н к о. По случайному совпадению командир диверсантов Гиря принял меня за командира их отряда Голуба. Здесь можно сказать нам повезло.

М у ж ч и н а в штатском. А если бы этот Гиря опознал вас? Что могло произойти?

Ш е п е л е н к о. Вероятно, были бы жертвы. Как в моей группе, так и среди гражданских, которые были на переправе. Но, к счастью, этого не произошло. Сработала наша внезапность.

М а й о р. Когда ваши оперативники стреляли по диверсантам из толпы, – они же могли подстрелить своих! Вы рисковали, вы понимаете это?

Ш е п е л е н к о. Риск был рассчитан. Жаль я не мог стрелять в убегавшего командира диверсантов.

М а й о р. Вас обучали стрельбе?

Ш е п е л е н к о. Я занимался в спортивной секции. Имею значок «Ворошиловский стрелок». На Халхин-Голе у нас было много трофейных пистолетов и патронов.

Голубев и полковник переглянулись.

П о л к о в н и к. Все, товарищ старший лейтенант, вопросов у комиссии больше нет. Идите в приемную, мы вас вызовем.

Ш е п е л е н к о. Слушаюсь, товарищ полковник. (Выходит из кабинета).

П о л к о в н и к. Ну, что товарищи, кандидатура подходящая?

Г е н е р а л. (Обводя взглядом членов комиссии). Все согласны!

П о л к о в н и к. Редкий экземпляр! Знает немецкий, не теряется в сложной обстановке, смел, решителен. Я думаю, товарищи, начальство одобрит нашу кандидатуру. Надо срочно отправлять его в Москву.

Г е н е р а л. (К машинистке) Верочка, пригласите старшего лейтенанта.

Ш е п е л е н к о. (Закрывая дверь смотрит в след удаляющейся Верочке).

Г е н е р а л. Поздравляю, товарищ старший лейтенант! Вы направляетесь в Москву на большую и ответственную работу. Надеюсь, оправдаете высокое доверие Родины. (Жмет руку Шепеленко и подходит к телефону).

П о л к о в н и к. Как вы считаете, товарищ старший лейтенант, какие качества должны проявить наши воины, чтобы противостоять немцам?

Ш е п е л е н к о. Необходима бдительность и преданность Родине. Каждый, где бы он ни был, должен бить врага до полного уничтожения.

П о л к о в н и к. Правильно думаете! Но, чекисту еще нужно действовать с горячим сердцем и холодной головой, как завещал Феликс Эдмундович Дзержинский.

(Подходит подполковник Голубев и обнимает недоумевающего Шепеленко).

Г о л у б е в. Молодец, Шепеленко! Жаль мы недолго с тобой поработали. Подойдем к карте, надо определиться с маршрутом.

(Подходят к настенной карте, к ним присоединяются другие члены комиссии).

М а й о р. Кратчайший путь до Москвы через Харьков опасен.

М у ж ч и н а в штатском. Под Харьковом уже идут бои.

Г о л у б е в. Военная ситуация быстро меняется. Безопаснее ехать через Мелитополь, дальше на Ростов.

Ш е п е л е н к о. (К Голубеву) Товарищ подполковник! Меня направляют в тыл к немцам?

Г о л у б е в. Точно не знаю. Приедешь в Москву, там все объяснят.

Г е н е р а л. Документы, наверное, уже готовы. Не будем задерживать нашего кандидата! (Пожимая руку Шепеленко), удачи, сынок!

Пока я добирался из Одесской области до Николаева, вероятно, в Кремле состоялась не менее важная для меня сцена.

Титры: Июль 1941 г. Положение на фронтах тяжелое. По всей Украине наши армии отходят на Восток под ударами немецких танков и авиации.