Адаптация

— Охренеть, ты даже такое видела в своих снах? Они точно всегда были связаны только с тобой, а то не очень-то и похоже? — я нервно хохотнул. Черт возьми, кажется, что эта девка знает про меня абсолютно все.

— Да, они всегда были связаны со мной. С моим будущим. Но это было до первого сна, в котором появился ты.

— Ладно, так что там с разломом? — я решил сменить тему. Хотя бы на время.

— Ты описал обычный разлом. Некоторая информация, правда, является чем-то новым даже для меня, но… — София развела руками. — Сейчас мы столкнулись с редким явлением. Ты когда-нибудь слышал про взаимосвязь между временем и пространством?

— Допустим, — мне, почему-то, в первую очередь пришла на ум синяя телефонная будка с эксцентричным хозяином оной.

— Было всего одно обращение про подобный разлом. И о нем знают лишь семья императора. И то не все, — девушка выпятила вверх указательный палец, словно учительница. — Царская семья и несколько высокопоставленных аристократов слышали этот рассказ. Наемника, который был внутри разлома и сообщил нанимателям, казнили.

— Да мне как-то плевать на подобное, я же просил рассказать кратко.

— Кхм, — София многозначительно посмотрела на меня и детей на моих руках. — Главное — никому не рассказывайте…

— София, глупая ты аристократка, — я нагло перебил ее, начиная злиться. — Ты знаешь значение слово «кратко»? Мы, в любом случае, или скоро умрем, или сами узнаем все тайны такого разлома! Какого черта ты тут начинаешь сыпать угрозами и предупреждениями? Переходи к делу!

— Мы можем только войти внутрь разлома, — насупилась и явно расстроилась девушка. — Около него особое состояние пространства — время не течет, а конец пути ведет лишь к его началу. Около входа в разлом наемники провели три дня, не найдя выхода из этого магического измерения. А из всего отряда наемников, в котором было голов шестьдесят, выжил лишь один — все они столкнулись с толпами монстров внутри.

— Вот так бы сразу! Один хрен умрем! А то император, казнь, еще какая-то чушь…

Я поставил детей на землю и начал раскладывать скромные пожитки. У нас была еда на неделю, если есть маленькими порциями. Четыре полных склянки с зельями лечения. Некоторое количество бинтов и тряпок. И всякий бесполезный, в данной ситуации, мусор.

— Ешьте, — я поставил перед спутниками коробку с едой. — После еды отдыхаем, спим и готовимся войти в разлом. Быть может, еще и не все потеряно, — я посмотрел на черную дыру на месте двери барака.

— Ты что-то придумал?

— Да, Огонек, придумал. Мы зайдем и выживем. Более того — совсем не факт, что встретим там врагов. Когда я попал, — я сделал небольшую паузу, собираясь с духом, и крепко сжал кулаки, — …Я попал сюда, в этот мир, пройдя через подобный разлом.

— Ну вот, а так долго отрицал, что являешься иномирцем, — мило улыбнулась София. — А что именно произошло?

— Я… Шел по улице, как обычно. Внезапно, как ты и говорила, наступал конец пути и приводил меня к началу, в каком бы направлении я ни шел. И потом я провалился в подобный… Портал, наверное? — я жестом указал на чернущий дверной проем. — И так я оказался в этом мире. Да и в этом лесу.

— Все будет хорошо, господин. Мы обязательно выживем, — успокоила то ли меня, то ли всех нас Фиа. Впервые, чертовка, подала голос за столь долгое время и то, в попытке утешить!

— Не господдиничай мне, мелочь, — я тепло ей улыбнулся и потрепал по голове. — И спасибо за поддержку. Все, теперь ужин, сон, завтрак и вперед, в неизведанную тьму, что нас ждет!

***

Хоть это и было удивительно, учитывая обстоятельства, но я прекрасно выспался. Небо над головой не изменилось ни на йоту — как ярко светило скрытое перьевыми облаками солнце, так и продолжало светить. Дети, вновь развалившись на моей мантии, посапывали. Фиа, при этом, причмокивала губами. А наша госпожа принцесса, вопреки своему происхождению, спала совсем не аристократично: лежа на животе, она раскинула руки и ноги в форме звезды, уткнулась лбом в золу на земле и пускала слюни. Спасибо, что не храпела — это только моя прерогатива.

Я сделал легкую разминку, разогрев закостеневшие от ночевки на земле мышцы, перекусил вяленой рыбой и сухофруктами, съев лишь один ломтик мяса, и разбудил детей. Они очень мило мялись и жались друг к другу, не желая покидать сладкие объятия Морфея, но я был непреклонен. С Софией я поступил проще — потыкал в ее филейную часть ногой с хлопками и громким криком: «Рота подъем!». Она резко подлетела на месте, глупо озираясь по сторонам, и, выйдя из сонного оцепенения, надулась на меня.

В ожидании окончания трапезы спутников, я взял дневник и начал вносить в него новые записи. Если уж сегодня суждено погибнуть, то оставлю свой след в истории, хотя бы так. Но, конечно же, в глубине души я надеюсь на иной исход.

— Огонек, а в обычные разломы кто-то заходил?

— Нет, а что?

— Да так. Запишу в дневник, — я посмотрел на Софию и покачал ручкой из стороны в сторону, словно гипнотизировал ее. — Да и любая новая информация лишней не будет.

— А мне можно его посмотреть?

— Да, без проблем, — я протянул ей свой мол*скин.

София начала трепетно перелистывать страницу за страницей. С особым интересом она разглядывала нарисованные мной карты. Точнее, накарябанные, учитывая мои нулевые художественные навыки, но и я не в Третьяковке ее выставлять собрался. Закончив листать мои рукописи, она собралась вернуть мне дневник, но вдруг остановилась и спросила:

— А это что за карта? Насколько я знаю — наш континент выглядит иначе, — она показала мне разлинованную карту с часовыми поясами Земли, которая располагалась в начале записной книжки.

— А, моего мира. В разных местах земли у нас разное время, и подобные вещи помогают в них ориентироваться.

— Интересно… Да и книжка твоя… А можешь побольше рассказать про свой мир? И что за язык ты использовал? Я впервые вижу подобные буквы.

— Если выживем — может что-то и расскажу. Ну, и если заслужишь такой «великой» чести, конечно же. Ты мне лучше объясни, как герцогская дочь докатилась до такой жизни?

— Ммм. Я же говорила, что хотела добраться до столицы империи, так? И что мою стражу перебили разбойники?

— Э, может, и говорила, да я тебя в этот момент не слушал, — я забил трубку и начал курить. София нахмурилась. — Но сейчас я тебя слушаю, так что ты говори, говори.

— У меня с принцессой Мелиссой очень хорошие отношения. Мы, можно сказать, близкие подруги и соратницы.

— Обожди, что за Мелисса? Я только траву такую знаю.

— Принцесса Мелисса — дочь императора, — скривилась София, словно не хотела объяснять очевидные вещи глупому ребенку. — Единственная дочь, в которой тот души не чает. Она, как мне кажется, тоже обладает неким даром предвидения, но я не уверена… Она никогда не отвечала на мой вопрос прямо, всегда уходила от него. Но она знает многое, что скрыто за пеленой будущего, и, обычно, не ошибается в своих предсказаниях и выводах.

— И ты с ней хотела обсудить свои сны про меня, так, что ли?

— В том числе. Наши отношения немного… Сложнее. Ее братья претендуют на престол, и, в случае их успеха, ей не выжить.

— Ладно, не важно. Вряд ли я с ней когда-нибудь встречусь. Да и желания не имею, если быть честным. От вас, таких веселых и богатых, будет хорошо держаться подальше. Лучше продолжай свою историю.

— Ммм… — София запрокинула голову и посмотрела на небо, продолжив рассказ. — По плану мы должны были выйти на корабле из портового города, но пошли слухи о пиратах, что грабят прибрежные деревни. Поэтому мореходство, на какое-то время, приостановили. И даже если бы кто-то из торговцев ходил по морю, то, по словам моей охраны, это было бы слишком опасно. Поэтому мы решили двинуться в сторону Делфиоса.