Адекватность

Канонир Радугдт вообще поселился наверху, где в самом центре площадки высилась сфера закрытой турели с установленными на ней четырьмя энергетическими пушками большого калибра. Эти пушки, с фронта защищенные мощным бронеэнергетическим щитом, были совмещены в единый блок с общей системой наведения. Запрограммированная очередность выстрелов позволяла выкроить для каждой отдельной пушки достаточно времени, необходимого для охлаждения стволов. А с учетом того, что среди невольников не было хороших стрелков, эта последовательность не позволяла неграмотному пользователю тупо перегреть орудия в истеричной горячке и суете боя. Однако гурянин был как раз из числа опытных, а потому просто радовался потенциальной возможности «косить», не вспоминая о термических предохранителях, которые, не спрашивая разрешения, отключают орудие до восстановления рабочей температуры. И сейчас у Радугдта буквально чесались руки. Не имея другой возможности реализоваться, он часами просиживал в подвеске турели, вращая стволами на 360 градусов по горизонтали и на 90 градусов по вертикали. Он ловил в перекрестия прицелов любую летящую цель вроде птички и, крутясь, не выпускал ее из прицела до тех пор, пока она не исчезала из поля видимости. Система автоматического наведения не годилась для более качественного слежения, поскольку ее невозможно было навести на чисто биологический объект. Но едва только в поле зрения оказывался летящий куда-нибудь бот, канонир давал системе возможность показать себя. Тогда турель захватывала отмеченную цель и вела ее опять же до момента исчезновения из поля зрения, наверняка пугая пилотов.

— Тебе пилоты точно морду набьют, — хохотнул в очередной раз Санчес, когда маркер автонаведения пушек прилип к летящему над самым горизонтом большому транспортному боту.

— Ничего, — ответил канонир, невозмутимо провожая цель, — им тоже тренировка нервной системы не помешает. Пусть привыкают работать в условиях, приближенных к боевым.

Над линией горизонта появилось еще несколько ботов. Турель закрутилась, отмечая всех вновь появившихся. Один из больших кургузых ботов, полого снизившись, опустился между двумя высотками, почти точно в том месте, где недавно выгружали бочонки с пивом.

— Может, еще подарочек притаранили? — предположил Санчес, с интересом рассматривая происходящее внизу.

— Ага, девок по твоему заказу привезли, — кивнул канонир.

Створы бота тем временем расползлись в стороны, и из темных недр, словно горох из прохудившегося мешка, посыпались разномастные существа.

— Это еще кто такие? — спросил Радугдт, переводя прицел на стоящий бот и давая максимальное увеличение.

В низине строились две группы пестрых как по своему составу, так и по вооружению существ. Тут топтались громоздкие и кажущиеся неуклюжими «звери» с громоздящейся гипертрофированной мускулатурой и рогатыми шлемами из кевлара. Все они, словно близнецы, похожие друг на друга, были вооружены ко всему прочему совершенно одинаковым оружием — висящими на растяжках «хэндкэннонами». В каждом отряде состояло также по нескольку зеленых солдат, подобных тем, что до сих пор охраняли невольников. Только экипированы и вооружены они были намного лучше своих соплеменников-надзирателей. И хоть внешне эти солдаты не отличались таким огромным ростом и жуткой мускулатурой, как «звери», но выглядели они не менее устрашающе. Этих солдат было большинство. Небольшую часть отрядов составляли существа из страшной сказки с почти человеческим туловищем, хвостом ящерицы и головой, похожей то ли на рыбью, то ли на лягушачью. Их хорошо развитые тела покрывала светло-зеленая или зелено-коричневая кожа. Они были вооружены «мак-файрами» или даже простыми скротчерами. В общем, в обоих отрядах набиралось до двадцати разномастных бойцов. Едва последние выбрались из бота, обе группы потрусили вперед — каждая к своей башне.

— Вот и ваши коллеги по окопу, — пояснил гурянин-надсмотрщик, когда все торопливо собрались у дверей.

Не особо-то наверху верят, что вы, даже боясь «призраков», будете хорошо воевать.

— Что происходит? — спросил Реззер, с изумлением и опаской рассматривая быстро приближающуюся группу. — Что это за твари?

— А ты что, их никогда не видел? — удивился в свою очередь канонир. — Вон тех, здоровых, зовут просто «зверями». Они, похоже, наименее опасные из всех, хоть и выглядят такими страшными. А вон те, хвостатые, — это пагры. Они раньше были элитой пехоты генных мутантов у Триона. Но теперь, судя по всему, времена меняются.

— Так в фильмах про мутантов Триона не врут? — опешил Дан, передернув плечами. — Я думал, они что-то вроде имперских киборгов.

— Ничего, дружок, привыкай! — ухмыльнулся Сан-чес, хотя ему самому было совсем не смешно. — То ли еще увидишь.

* * *

— Это везение, замешенное на безрассудстве, — ворчал шеф-инструктор, выбираясь из кабины тренажера-симулятора. — Какого дьявола, курсант, ты тут устроил?

— Сэр!.. Я только что уничтожил вашу группу и группу старшего курса майора Рордгта, сэр, — ответил Ленокс, с трудом сдерживая довольную улыбку.

— Ты поставил в опасное положение всю свою боевую группу, курсант.

— Сэр, задание выполнено, а вражеские штурмовики прикрытия полностью уничтожены, — спрятав наконец улыбку, доложил Пип.

— Но если бы все сложилось иначе при их отходе на запасной рубеж обороны? Тогда бы вы потеряли всю группу.

— Тогда бы я действовал иначе, сэр!..

— Довольно. Спасибо, курсант!.. — оборвал пикировку старший курса. — Отличная работа, лейтенант Ленокс… Вы в очередной раз подтвердили звание лучшего ученика курса.

— Сэр, означает ли это, что я могу написать рапорт с просьбой о распределении по моему выбору? — взял быка за рога Пип.

— У вас, как у входящего в десятку лучших курсантов курса, есть такое право, лейтенант, — согласно кивнул майор.

— Спасибо, сэр, — гаркнул Ленокс, который в последнее время с упорством маневрового паровоза тянул ситуацию в нужную ему сторону.

— Всегда пожалуйста, лейтенант, — натянуто улыбнулся Рордгт. — Вы честно заслужили эту привилегию. Свободны.

Ленокс, не заставив долго себя уговаривать, бросился писать заветный рапорт. А старший курса, проводив его взглядом, повернулся к шеф-инструктору. — Куда, по-вашему, он попросится?

— Думаю, на передовую. Вряд ли он станет писать рапорт о возвращении на старую базу. Не для того он стал лучшим. У него есть какая-то цель. Только я пока не разгадал какая, — ответил тот. — И мне кажется, что эта цель важна только для него самого.

* * *

— Господин, к вам Камаев, — произнес сгорбленный слуга, который, казалось, просто жил в состоянии постоянного поклона своему хозяину.

— А что, от Зауэрвальда нет новостей? — поинтересовался Бергштайн, только что вылезший из аппарата общей регенерации, но не чувствовавший в последнее время ощутимого облегчения от этой процедуры, как это было ранее.

— Нет, господин, — ответил слуга, еще ниже сгибаясь в поклоне. — Мне найти его?

— Нет. Пусть занимается своими делами. Раз не идет с докладом, значит, доложить ему пока не о чем. Пусть Камаев пройдет в кабинет. Я сейчас буду.

Не торопясь, Халил Амат оделся и прошел в свой просторный рабочий кабинет. Там его уже ждал, не решаясь даже присесть, коренастый лысый разумянин, принадлежащий к расе людей. Он был облачен в помятый и не очень свежий костюм, вытянутый на локтях и коленях, а от тела исходил стойкий запах пота.

— Здравствуйте, господин Бергштайн, — поздоровался посетитель с заискивающими нотками в голосе.

— И ты не хворай, — ответил генетик, проходя за свой стол и плюхаясь в уютное кресло. — Присаживайся. В ногах правды нет.

— Спасибо.

— Итак. Меня известили о том, что ты создал какую-то новую форму. Это правда? — спросил Бергштайн и внимательно посмотрел в глаза присевшему на стул гостю.

— Ну, я не могу сказать сейчас однозначно, что работа, бесспорно, удалась, — заволновался Камаев. — Нам еще нужны полевые испытания.

— Проведешь. В подопытных кроликах, я думаю, у тебя недостатка не будет. А что это за вид?

— Это что-то среднее между спорным растением и нематгельминтом. Оно является мощнейшим доминирующим паразитом-симбионтом.

— Звучит занятно, — соврал Халил Амат, которому на самом деле было немного скучно. — И для чего, интересно, нам может понадобиться такой глист со свойствами растения? Вы решили заразить неприятеля аскаридами?

— Нет, господин. Мы практически готовы к тому, чтобы провести показательные выступления этого образца.