Как странно, чем дальше, тем ближе.Уходим, чтоб сбыться опять,И осени пламя все ниже,И листья, как пепел, летят.И пусть тот костер был потушенХолодною, белой рукой,Но если кому-то он нужен,Недолго продлится покой.И там в глубине тлеют угли,Раздует их ветер весны,И снова в зеленые кудриВпорхнут соловьиные сны.И ярким теплом вспыхнет лето,Помчится куда-то, звеня…Без ночи нет тайны рассвета,Без долгой метели – огня.
«…И падал снег, и в хаосе круженья…»
…И падал снег, и в хаосе круженьяМне
вдруг открылись смысл и глубинаЗаложенного вечного движенияЧастиц и атомов земного бытия.И я смотрела, словно через лупу,На ставший близким сокровенный мир,А снег кружился, белый, мягкий, хрупкий,Как легкий и пленительный эфир.
«Все чаще весеннее солнце…»
Все чаще весеннее солнцеВрывается в хмурые дни,И март-шалунишка смеется:«А ну-ка февраль, догони!»Да где уж ему, не догонит,Лишь белой тряхнет головой,Бураны седые завоютИ вспомнит, как был молодой,Поднимет бессильную рукуИ выронит посох – беда,Затихнет – и больше ни звука,Лишь капают слезы – вода…
«А небо, голубее не бывает…»
А небо, голубее не бывает,А солнце – дивным яхонтом горит,Весна – от сна природа оживает,Рождаясь заново, тревожит и манит.Без наслоений, без ненужной скорби,Как малое, прелестное дитя,Что мать – земля уберегла в утробеИ выплеснула в первобытность дня,Где небо, голубее не бывает,Где солнце – дивным яхонтом горит.Малыш на землю талую ступаетИ с птицами о вечном говорит.
«Вот и снова звенит полнолунье…»
Вот и снова звенит полнолунье,И откуда-то тянет дымком,И, смеясь, обдает ночь-шалуньяСеребристым своим холодком.Верно, банька затоплена где-то,И осталось водицы принесть,Прошагав от колодца поллета,Ночь устала, решила присесть.И сверкает луною ведерко,Серебристою влагой полно,И вдали в приоткрытую створкуСлавно тянет дымком на гумно.
«И опять холода…»
И опять холодаХлопья снега роняют,И опять городаСвет и солнце теряют,Опускается вечер,Засыпают дома,Серебристые свечиЗажигает зима.
«О, Боже, скажи, что ты есть…»
О, Боже, скажи, что ты есть,Скажи мне, что ты существуешь,Подай долгожданную весть,Утешь, ты ничем не рискуешь.Скажи, где конец, где начало?В чем смысл и секрет бытия?Но звездное небо молчало,Сулив бесподобие дня.
«Робко выглянул первый подснежник…»
Робко выглянул первый подснежник,И раздался ликующий звон,И с проталин, чернеюще-снежныхТут и там прокатилось: динь-дон…И от этого чистого звонаПо углам расползалась зимаИ ручьями сбегала со склона,А весна настигала, звеня.
«Тобой к окну пригвождена…»
Тобой к окну пригвождена,Но неужели среди тучЯ жду напрасно, о, Луна,К влюбленной снизойди, не мучь.Дождь кончился, но ночь темна,Ах, наконец-то ты нашласьЗа облаками, так бледна,Вступленьем мраморным прошлась.Дай угадаю: там ступениХранят непрочные следы,Но вьется плющ, и пляшут тени,Туман струится от воды.Ах, нет, прошу, не убегайВдаль серебристою дугой,Моленьем не пренебрегай,Мне не угнаться за тобой.Вернулась, глыбы и осколкиПодобрала, замкнула в круг,И взгляд и пристальный, и колкийКоснулся сердца как-то вдруг.
«Так
бывает – вспоминаю осень…»
Так бывает – вспоминаю осеньВ летний разгорающийся день,В осени дождливой – неба просинь,Глаз июльских молчаливый плен.И всегда чего-то не хватает,Даже если вдоволь и всего.Вам знакомо – бабочка порхает?Но зачем, когда всю ночь мело.
«Тополиным пухом белый снег…»
Тополиным пухом белый снегНевесомо в воздухе кружится,Словно дерзкий совершил побег,Вырвался из сумрачной темницы,Чтоб одним глазком взглянуть на лето,Тополиным пухом проскользнул,Призраком проплыл и скрылся где-то,И, спокойный, до зимы уснул.
«Заплутала осень в паутине…»
Заплутала осень в паутине,Загрустила в вихре желтых листьев,Хмурый дождь ронял косые нити,Ветер жег рябиновые кисти.Отпустило, стихло, отгорелоИ под вечер поднялось волной,Хлынуло на берег вьюгой белой,Закружило пеплом и золой.
«Бессонница, как уханье совы…»
Бессонница, как уханье совы,Как шорох мыши в закутке за печкой.Бессонница – осенний плач листвыИ оплывающий огарок свечки.Бессонница, как перекрест окна,Как выстрел в сердце, нестерпимо меткий,Как волчий вой, как полная луна,Как скрежет по стеклу засохшей ветки.
«Котенком свернулось лето…»
Котенком свернулось летоВ корзинке с клубками пряжи,Комком золотистого цвета,На носике – пятнышко сажи.Пушистая, рыжая шерстка,Вздымалась и злилась зима,Не смея проникнуть в окошко,Где пела теплом тишина.
«За горизонтом рвано-серым…»
За горизонтом рвано-серымБлеснул весенний караван,Как тайна сказочной пещеры,Как отголосок дальних стран.Он вез с собой сокровищ груды,Сапфир, алмазную слезу.Шагали дивные верблюды,Несли янтарь и бирюзу.Волнительные ароматыКурились в амфорах на дне,Таились черные агатыВ парчовой, пыльной глубине.Вот-вот подступит, вот нахлынетУсталый странник – караван,И сердце, не торгуясь, приметБогатства теплых дальних стран.
Летний ливень
Барабанит по крышам,Барабанит по стекламИ ни слова не слышит,Только сразу вдруг смолкнет,Тишиною нахлынетИ, дрожа среди луж,Вдруг на плечи накинетТеплый солнечный плюш.
«Созвездия яблок в садах…»
Созвездия яблок в садах,В огромной вселенной из листьев,Под солнечным светом кружатИ светятся, кажется, близко.Как звездный пролившийся дождь,Что в тесных запутался ветках,На небо уже не вернешьОкругло-прохладные метки.Лишь руку к ветвям протяни,Сорви молодильное чудо,И яблочным соком в кровиВдруг вспыхнет любовь, как простуда.
«А ты стал такой же, как все…»
А ты стал такой же, как все,Смешался с безликой толпой,И только порою во снеЕще промелькнет облик твой.Какой ослепительный лучНас поднял из небытия,Но скрылся, волшебный, средь туч,Нет, я не узнаю тебя.
«Осень плещется, как океан…»
Осень плещется, как океан,В смутных шорохах, в древних преданиях.Бабье лето, короткий обман,Вдруг нахлынет воспоминанием,А потом закружится метель,Станет тихо, просторно и пустоИ уснет до весны акварельВ мягких впадинах зимнего хруста.