Алчность. Выбор

— Эрланд, он… как бы это помягче сказать… пиздит, — со снисходительной улыбкой обратился я к своему спутнику.

— И без тебя понял, — отмахнулся от меня ведьмак. — Одно только понять не могу. Зачем?

— А не все ли равно? — спросил я. — Ведь и так ясно, что он пришел добить ослабленного ведьмака, чтобы правда не вскрылась. Но мне, если честно, плевать на его мотивы. Лучше скажи, что будем с ним делать? Может отдашь его мне на опыты? У меня как раз появилась пара интересных идей.

Эрланд не ответил, о чем-то крепко задумавшись. Похоже, что в его голове тоже сложилась картина произошедшего.

— Нет, — процедил сквозь зубы ведьмак. — Сначала я хочу услышать от него правдивую историю.

— Боюсь, что у тебя нет на это времени, — став серьезнее, сказал я, почувствовав изменения в атмосфере.

По сознанию ударило целой гаммой чувств — безбрежная скорбь, тоска и злоба. Тусклый лунный свет стал ярче, пока перед нами не появилась главная виновница происходящего. Парящая над землей, изможденная и скорбная девушка с бледной, как мел, кожей и длинными темными волосами. Глаза ее были зашиты грубой ниткой, но сквозь веки пробивался потусторонний свет, очень похожий на свет луны. Одета она была в изодранное темно-синее платье.

— Сука, — выругался Эрланд, встав в боевую стойку и выставив перед собой меч. — Нихера это не мара.

Ведьмак был прав. Перед нами предстала самая что ни на есть настоящая полуночница — проклятый дух убитой женщины. Прямое доказательство тому, что невестка корчмаря не наложила на себя руки и что мое предположение было верным. Пазл сложился. Становилось понятно, почему Огол решил сам оплатить заказ, равно и то, почему захотел добить ведьмака.

В какой-то момент призрак посмотрел на лежащего на земле мужчину, который, казалось, от страха успел обделаться. Придержав ведьмака, собиравшегося рвануть в бой, я с интересом наблюдал за происходящим.

— Убийца, — завыла полуночница, ринувшись на корчмаря.

В миг оказавшись возле него и став материальной, она вцепилась в его перекошенное от ужаса лицо и завыла еще сильнее, слегка размыкая свои сшитые веки. К вою призрака присоединился и корчмарь, в ужасе крича и всячески пытаясь отбиться. Только все было тщетно, так как атаки проходили насквозь. Да и что может сделать обычный железный топор против призрака.

Вдруг из разинутой пасти чудовища полился лунный свет, и в тот же миг зажатый в ее лапах мужчина начал стремительно усыхать, превращаясь в иссохшую мумию. В истинном зрении было прекрасно видно, как призрак вытягивает жизненную энергию из тела своего убийцы.

В этот момент Эрланд все же вырвался из моего «захвата» и помчался в сторону полуночницы, на ходу накладывая на округу Знак Ирден. Но стоило ему только достигнуть цели и сделать выпад мечом, как призрак отпустил свою жертву и лопнул, осыпавшись осколками лунного света. В последний миг можно было увидеть вполне себе живое лицо девушки, которая смотрела на меня с благодарностью.

— Лучший способ изгнать мстительного духа, — заговорил я, подходя к иссушенному телу корчмаря, пока ведьмак пытался понять, что же произошло, — это позволить этому самому духу отомстить.

— Ты знал, — проговорил недовольный ведьмак, не спешивший при этом убирать оружие.

— То, что он убийца? — спросил я, потыкав носком ботинка труп и присев возле него. — Догадывался. Будет ли изгнан призрак после того, как совершит свою месть? Нет, но предполагал.

Перевернув мумию, я начал шарить у того по карманам в поисках ценностей.

— А если бы не сработало? — все так же недовольно спросил мой спутник, все же убрав оружие. — Если ты ошибся, и призрак бы не ушел? Или бы убийцей оказался кто-то другой?

— Так дух сам назвал корчмаря убийцей, — пожав плечами, сказал я, но увидел лишь непонимание в его глазах. — Ты не слышал?

— Я слышал только этот мерзкий вой, — поморщившись и странно посмотрев на меня, ответил Эрланд.

— Интересно, — задумчиво протянул я и, отвлекшись от мародерства, сделал в сознании заметку изучить этот феномен. — Но во всяком случае, если бы не получилось, у меня всегда есть запасной план. Да и, в конце концов, ты тут на что?

На это уже ведьмак не нашел, что ответить, а я продолжил шмонать тело. В одном из карманов я все же кое-что нашел — небольшой ключик.

— Во всяком случае, в деревне нам лучше не задерживаться, — проговорил я, встав в полный рост, и, показав ведьмаку находку, продолжил. — Но перед этим… Не хочешь все-таки получить свои деньги за работу? Или тебе твое благородство не позволяет?

Ответом мне был только тяжелый вздох ведьмака и бормотание, полное скорби: «О боги, с кем я связался?».

Глава 8. Каэр Серен

***

Аварис.

— И все же, — продолжал Эрланд, когда мы уехали достаточно далеко от деревни, — зачем ему понадобилось убивать свою невестку?

Я скосил взгляд на ведьмака с весьма задумчивым видом. Похоже, что все время с инцидента на поле он думал только об этом. Теперь хотя бы становится понятным, почему он сильно возмущался, когда я, вместо обещанных пятидесяти монет, забрал все, что успел скопить наш заказчик.

— Не все ли равно? — усмехнувшись, спросил я, вновь смотря на дорогу. — Не ищи логику там, где ее нет. Корчмарь убил девицу, ее дух захотел отомстить. Это все, что нам нужно знать.

Но мой спутник все так же был задумчив. К этому моменту пейзаж успел кардинально измениться. Засеянные поля сменились дикой местностью, плавно переходя в леса и предгорье. Населенные пункты, даже самые маленькие, больше не попадались. По словам того же Эрланда, покинутая нами деревня была последней на нашем пути, далее — только длительный переход к твердыне ведьмаков. Переход, большую часть которого мы уже успели пройти. Осталось только преодолеть каменное ущелье, что вело прямиком к Каэр Серен.

— И все же, — вновь повторил свои слова ведьмак. — Зачем? Почему?

Не выдержав, я закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Вот зачем тебе это знать? — немного раздраженно спросил я. — Для чего? Хочешь успокоить свою совесть или что?

— Просто пытаюсь понять мотивы поступка, — угрюмо и недовольно ответил убийца чудовищ.

— Мотивы, ха-а, — издав смешок, повторил я за спутником. — Ты вроде уже с сотню лет разменял, а все никак не поймешь.

Эрланд недоумевающе посмотрел на меня.

— Что я должен был понять? — нахмурившись, спросил он.

— Мир — жестокое место, — холодно ответил я, не глядя на собеседника и просто продолжая путь. — И таким его сделали люди. Не чудовища, как бы это не пыталось доказать общество. Люди привыкли винить во всем монстров, в то время как сами ничуть не лучше, а иногда даже хуже. Пьянство, разврат, насилие, воровство — все это характерно только людям, но они упорно продолжают твердить, что монстры не они, а привидения, бродящие по хатам, или какая иная тварь. Так им проще жить.