Алчность. Выбор

— Милосердный, — наконец-то выбрала будущая чародейка.

— Значит, милосердный, — покивал я, создавая огромное огненное копье над спящим оборотнем. — Поздравляю! Ты убила чудовище.

После чего я сделал вид, что отпускаю копье. Шеала смотрела широко раскрытыми глазами на происходящее. Изо рта девочки вырвался отчаянный крик «нет», а в глазах можно было прочесть осознание ошибки и неминуемости происходящего.

— Расслабься, мелкая, — я усмехнулся и развеял копье. — Я пошутил.

Пока она осмысливала ситуацию, а её шок переходил в стадию возмущения, я поспешил добавить:

— Я бы его не убил. Мне просто было интересно, что ты выберешь.

— Мастер Нокс! — начала уже было возмущаться девочка, но быстро замолчала под действием чар немоты.

Какое-то время она беззвучно открывала рот, словно рыба, пока до неё не дошло, что что-то не так. Поэтому все, что ей оставалось сделать, это удивиться, чтобы после уставиться с немым требованием снять чары.

— Так-то лучше, — довольно произнес я, нагло улыбнувшись возмущённой девочке, после чего, как ни в чем не бывало, продолжил. — Зато теперь ты понимаешь, к чему мог привести твой неосторожный выбор.

Шеала все ещё продолжала возмущённо дышать и смотреть на меня с осуждением, но все же начала прислушиваться к моим словам.

— Как ты уже поняла, — продолжил говорить я, начав как лектор ходить из стороны в сторону, — милосердный вариант — убить проклятого. Просто чтобы не мучился. Простой вариант, как понятно, самый простой. Всего лишь надо убить того, кто наложил проклятие. Но этот же вариант самый ненадёжный.

И вновь этот возмущённый взгляд юной магички.

— Не смотри на меня так, — отмахнувшись, сказал я. — Да, иногда такой способ срабатывает. Но я люблю точность, поэтому этот вариант отпал моментально. Остались у нас «сложный» и «справедливый». Догадаешься, какой из них правильный?

Задав вопрос, снял с неё чары. В этот раз ученица думала куда как тщательней, опасаясь снова допустить ошибку.

— Его нет, — решил я все же сжалиться над ней, когда её размышления затянулись. — Пойти по сложному пути — значит заняться долгим и муторным снятием проклятия. А справедливый — означает перекинуть проклятие тому, кто его наложил.

Заготовка под чародейку ничего не ответила, внимательно прислушиваясь к моим словам и следя за моими действиями. Я же, в свою очередь, начал планомерно расчищать для себя полянку, чтобы было достаточно места на начертания ритуального круга. В этом деле мне отлично помогало перекаченное энергией сэко, которым я срубил несколько ближайших деревьев. После чего с помощью нескольких бытовых заклинаний разровнял площадку, убрав лишний мусор, корни и пеньки, попутно в очередной раз убедившись, что бытовая магия — это, пожалуй, лучшее изобретение магической науки.

— Каждый сам для себя определяет правильность того или иного выбора, — продолжал я говорить, параллельно обозначая пределы ритуального круга. — Те же ведьмаки, например, поступят в зависимости от наибольшей выгоды и Школы, в которой прошли обучение. Например, «медведи» и «коты», скорее всего, убили бы волколака и, получив свою награду, ушли бы. В то время как «волки» и «грифоны», вероятнее всего, поступили бы по совести и сняли проклятие. И каждый из них думал бы, что поступил верно. Конечно, это все утрированно, но суть должна быть предельна ясна.

Замолчав, я оценил получившийся круг и приступил к нанесению рун. Уруз, как символ перемен и исцеления от болезни. Перт, руна поиска незримого, в связке с Манназ, руной человеческих взаимоотношений и связей. Это должно было позволить ритуалу обнаружить нить, связывающую двух братьев. Довершали картину руны передачи и завершения темного периода в жизни — Вуньо.

Придирчиво оценив работу, все же добавил руну Соулу, как олицетворение стопроцентного успеха.

— А вы, учитель? — внезапно задала вопрос Шеала, отвлекая меня от занятия. — Какой вариант вы считаете правильным?

Удивленно посмотрев на подопечную, увидел в ее глазах только живое любопытство.

— Все, — ответил я, возвращаясь к работе. — Все зависит от выгоды.

— То есть…

— Да, — кивнул я, не дав ученице договорить. — Если бы мне было выгодно, я просто убил бы этого проклятого или его брата. Поэтому тебе, мелкая, не стоит на меня равняться.

Замолчав, я подошёл к спящей туше волколака и удлинившимся когтем, который постарался спрятать от девчонки, нацарапал несколько стабилизирующих рун, а затем сцедил в склянку немного крови. Очень уж мне было интересно исследовать местных ликантропов и понять, чем они отличаются от тех, с которыми я был одно время очень близко знаком.

— Ладно, разговоры потом, — сказал я, отлевитировав тушу в центр ритуального круга. — Теперь смотри внимательно и запоминай. Сил в тебе, конечно, пока мало для подобного, но, может, в будущем пригодится.

— Будем снимать проклятие? — оживившись, спросила Шеала, подразумевая «сложный» путь.

Я косо глянул на девочку, что с блеском глазах смотрела на руны, пытаясь их запомнить.

— Нет, конечно, — скривившись, ответил я, чуть ли не покрутив пальцем у виска. — Вернем проклятие его братцу, ведь мы за справедливость!

После чего подал энергию в круг, запуская тем самым ритуал и игнорируя возглас ученицы.

— Очень уж мне не понравилось, что какой-то паршивый кмет посмел выпустить в меня стрелу, — уже значительно тише пробормотал я — И хоть я и не злопамятный, но я злой, и память у меня хорошая.

***

Я сидел за столом и мрачно смотрел на солтыса этой проклятой деревушки. Рядом с ним сидел избавленный от проклятия охотник Клод и за обе щеки уплетал какую-то паршивую на вид кашу. Задумчиво осмотревшись, увидел подпаленный и потрескавшийся, словно от удара молнии, участок стены.

«Значит все-таки пытались обокрасть», — мрачно усмехнувшись, подумал я, краем глаза замечая, как староста старается спрятать обожженную руку.

Собственно, я ни капельки не был удивлен. Такова уж природа людей, которые сильно подвержены своим порокам. И, так уж выходит, что алчности, как правило, людям поддаться куда как проще. Нет порока сильнее жадности, уж мне ли об этом не знать.

— Значит ты, кмет, говоришь, — вкрадчиво и тихо проговорил я, пристально посмотрев в глаза Арно, — что заплатишь только сотню крон, а не двести, как мы договаривались?

— Верно мыслите, мастер ведьмак, — пригладив бороду здоровой рукой, ответил этот хитрец.

Со стороны раздался возмущенный вздох. Посмотрев туда, увидел Шеалу, уже набравшую полную грудь воздуха для гневной тирады. Едва заметное движение пальцем — и в девчонку летит силенцио, не позволив ей сказать хоть слово. В этот раз мелкая быстро осознала происходящее и посмотрела на меня, на что я отрицательно покачал головой. Не стоит начинать бессмысленную разборку.

В ответ ученица насупилась и села на скамью, прижав к груди небольшой мешочек для личных вещей, который я ей отдал. С трудом сдержал улыбку, вспомнив, как Шеала пыталась незаметно убрать в него комплект артефактов, что я ей «одолжил». После чего она еще несколько минут ходила с гордо поднятой головой, словно сделала что-то невероятно сложное. Но сложнее всего было мне — сделать вид, что я ничего не заметил и вовсе забыл о комплекте.