Альда

— Я его как человека почти совсем не знаю. Как он мне может нравиться или нет? Как герцогу я ему благодарна за все, что он сделал для меня и для отца. А если он и дальше будет так прятаться от тех, кто вызывает в нем чувства, но не выказывает в ответ своих, то рано или поздно столкнется с какой-нибудь стервой, которая его раскусит и использует в своих интересах. Но мне все это неинтересно. Я на его внимание не претендую, а вскоре с отцом вообще отсюда уеду. Может быть, тогда все вернется к тому, что было до нашего появления.

— Иногда твой ум меня поражает. Если не видеть твоего лица, можно подумать, что говорит женщина в летах, а не четырнадцатилетняя девушка.

— Мне почти четырнадцать с половиной!

— А иногда, вот как сейчас, ты рассуждаешь как ребенок. В реке нельзя дважды войти в одну и ту же воду. Поверь мне, ничего не вернется.

— Давайте возвращаться, а то я что-то замерзла. Спасибо за разъяснение, но понимание происходящего не добавило мне счастья.

— А я тебе счастья не обещал. За счастье человек должен бороться сам. А знание причин и мотивов поступков людей, от которых ты зависишь, может и не добавить счастья, но бывает очень полезным.

После злосчастной охоты отношения с Лани заметно улучшились. Она охотно общалась с Альдой, время от времени забегала к ней поболтать или повозиться с Алексом, даже опять приглашала к себе. Но этим приглашением Альда воспользовалась только один раз, когда зашла взять почитать книгу. Сегодня книга была дочитана, и девушка решила ее вернуть. Был уже поздний вечер, но Альда знала, что герцогиня ложится поздно.

Еще только свернув в ту часть замка, которую занимали герцог и его сестра, девушка услышала необычную чарующую музыку, и мужской голос, который пел под нее песню на незнакомом языке. Альда подошла ближе к покоям герцога, чтобы лучше слышать, и застыла, долго слушая и музыку, и певца. Сколько песен герцога она тогда прослушала, девушка потом так и не могла вспомнить. Хорошо еще, что за все то время, пока она столбом стояла в коридоре, никто не прошел мимо. Когда все закончилось, она развернулась и пошла к себе. В душе почему-то осталось щемящее чувство тоски и ощущение потери чего-то важного и дорогого.

— Этот герцог, наверное, просто колдун, — думала она. — И песни у него такие же. Ну не любит она его. Тогда почему все с ним связанное так сильно ее задевает и мешает спокойно жить? Нет, отсюда нужно уезжать, и побыстрей, тем более что отец уже ходит по лазарету почти нормально и на днях хотел переехать в свою комнату. А по утрам уже слегка подмораживало, так что и дорога не должна быть такой трудной.

На следующий день Лани выглядела грустной и на вопрос Альды в чем дело ответила:

— Брат выйдет в поход уже через несколько дней. И это не на день-два, а надолго. Сатхемцы здорово воюют, так что все может случиться. А я его смерти просто не переживу.

— Зачем себя расстраивать заранее? Когда твой брат воевал с мятежниками, он их победил так быстро малыми силами, что у нас многие в такое просто не поверили. Я говорила с Арденом, который рассказывал о своем полке и обо всей армии в целом. По его словам, теперешняя армия по своим возможностям многократно превосходит ту, что была тогда. А врать мне ему никакого смысла не было.

— Может быть и так, — вздохнула Лани. — Но мне все равно за него страшно.

— Я с отцом и Алексом тоже через два-три дня уеду.

— Тебе-то куда так спешить? И отец еще не долечился, и на дорогах грязь еще не промерзла. Тебя отсюда гонят? Или мы чем обидели? Или ты, как и мой брат, считаешь, что бегство отсюда может что-то решить?

— Это ты о чем? — стараясь не смотреть на сестру герцога, спросила Альда.

— Сама знаешь о чем! Вы меня все еще считаете ребенком, а сами что творите? Хотя, если так хочешь уехать, насильно тебя никто держать не будет.

На следующий день после этого разговора отец покинул лазарет и почти самостоятельно в сопровождении дочери перебрался в свою комнату. Помощь ему потребовалась только для того, чтобы подняться по лестнице.

— Ничего, — слегка задыхаясь после подъема, сказал Буше. — Еще пару дней, и я тут буду козлом скакать.

Комната отцу очень понравилась.

— Даже жаль, что и пожить-то в ней толком не придется.

Вечером к нему неожиданно зашел сам герцог.

— Вижу, что вы устроились, — сказал он. — И уже почти поправились. Когда собираетесь в путь?

— Я думал дня через три-четыре, но дочь торопит. Так что, наверное, послезавтра после завтрака и поедем.

— Ну что же, через пару дней после вас выйдем и мы. Вам приготовят экипаж, и барон Лишней обеспечит охраной. Когда обустроитесь и поправитесь окончательно, я серьезно рассчитываю на вашу помощь в деле подготовки своих людей.

— Приложу все усилия, милорд.

Герцог кивнул, попрощался и ушел.

Наутро отец самостоятельно добрался до трапезного зала и завтракал рядом с дочерью и Алексом. Но подобные походы с преодолением лестницы были ему пока в тягость, так что обедал он в своей комнате.

— Вы все-таки уезжаете, — с сожалением в голосе сказал Альде Джок на следующий день за завтраком. — Жаль, мне будет вас не хватать. Я надеялся, что вы задержитесь до холодов, а то и перезимуете во дворце. На днях герцог уходит в поход вместе со многими здесь присутствующими, а тут еще ваш отъезд. Лани будет скучно и одиноко. Но я вас понимаю. Охрана для вас будет готова. Возможно, если позволят дела, я вас навещу и посмотрю, как вы там устроились. Я обещал проверить конюха и слово сдержал. Похоже, он ни в чем не виноват, и постарался кто-то из слуг. В любом случае инициатива исходила от старого барона, и с его смертью опасность для Алекса исчезла. Вас, Альда, я попрошу после завтрака пройти ко мне, хочется сделать вам на прощанье подарок.

Подарком оказался небольшой легкий меч в богато изукрашенных ножнах. Альда взяла в руки меч и, потянув за рукоятку, наполовину выдвинула его из ножен.

— Это очень хорошая сталь, — сказал стоящий рядом Джок. — Пробовать на остроту не советую: порежете пальцы. Пока ваш отец не научил вас им пользоваться, будьте осторожны. Очень советую при отъезде нацепить его на пояс и начать путь верхом. Потом можете пересесть к отцу в экипаж.

— Это вы к чему? — с подозрением спросила девушка.

— Вообще-то это сюрприз, но так и быть, скажу. Барсы решили устроить для своего кумира торжественные проводы. Не удивлюсь, если вы удостоитесь воинских почестей. Ваши хвосты уже висят на их знамени. Вам тоже не стоит удивляться. Эти ребята очень ценят личное мужество и верность долгу, а вы этими качествами одарены в избытке и не раз это доказали. А еще вы очень красивая, хрупкая и молодая девушка, так что не удивлюсь, если окажется, что как минимум половина этих оболтусов в вас влюблена. Их командир попросил у герцога разрешения на это мероприятие и, естественно, получил. Но места там мало, так что это только для барсов. Остальные теперь им желчно завидуют.