Алёнушка

– Маме это только в радость. Не каждый день она единственного сына женит, – сурово отрезал Костик и, немного подумав, обнял Алену. – Ты у меня глупышка, вот и не лезь в то, чего не понимаешь. Я сам во всем разберусь. А ты можешь пока простыни в квартиру выбрать.

* * *

Следующие несколько дней они провели как в сказке. Любезная девушка, похожая на картинку из модного журнала, показала им новую собственность, дала контакты обслуживающих компаний (Алена каждый раз жмурилась от удовольствия, вспоминая, что у нее теперь есть недвижимость, у которой есть собственная обслуживающая компания!).

Даже Костик, обнаружив, что никаких подводных камней не предвидится, повеселел, сбросил с себя груз ответственности и с удовольствием гулял с Аленой по столице, планируя их будущую жизнь.

– Дом продадим, зачем он нам? А квартиру можем оставить, будем приезжать иногда, детям столицупоказывать. Только никаких управляющих, отопление и газ можно будет временно отключить…

– Костик, а может, мы тут поселимся? Ты хороший специалист, гинекологи везде нужны…

– А маму куда мы денем? Она сюда не поедет, ей далеко на дачу будет ездить! – Костик непонимающе уставился на Алену, а она осеклась:

– Да… Да, конечно… – внезапный порыв прохладного ветра взъерошил волосы Алены, а по спине побежали мурашки. Девушке неожиданно захотелось оказаться как можно дальше от этого места. Ей вдруг показалось, что сказка сейчас обернется кошмаром.

– А еще мы можем квартиру сдавать, – рачительно продолжал рассуждать Костик. – А что? Посуточно, например, чтобы можно было в любой момент самим приехать. У мамы тут родственник есть дальний, попросим приглядеть.

Алена лишь вздохнула и покачала головой. Где-то внутри маленькая девочка воскликнула: «Но это мое, мое! Я не хочу ни с кем делиться и не хочу никаких дальних родственников!» И тут же прозвучал строгий мамин голос: «Хорошие девочки всегда делятся. Они не жадины. С жадинами никто не дружит».

Если она будет слишком много возражать, то Костик ее просто бросит. И останется она одна на свете, как самый богатый воробей из детской сказки, которую так любила читать ей перед сном мама.

Она попытается думать только о хорошем. Например, о своем Доме мод. В детстве ее любимым занятием было одевать бумажных кукол. Мама изредка покупала ей картонные фигурки, и Алена берегла их пуще зеницы ока. Мастерила для них наряды под каждый новый сезон или событие, мечтала, что когда-нибудь станет модельером и сделает красивыми всех женщин. Ее наряды будут доступны для всех, ведь сама она слишком хорошо помнила, как с завистью смотрела на новенькие платьица одноклассниц, когда у нее самой было одно «выходное» платье, которое она всегда носила несколько лет, пока то не становилось неприлично коротким. Помнила она и поздние вечера, когда мама, вооружившись швейной машинкой, мастерила наряды для себя и для маленькой Аленки из одежды, которую покупала на развес в хлынувших в страну секонд-хендах. А она, Алена, вырастет, и оденет всех в красивые и доступные одежды из натуральных тканей!

Вот только мама скептически отнеслась к мечтам дочери. И посоветовала ей идти учиться на художника-оформителя. Достойная профессия. Может работать учителем. Учителя всегда нужны, а дочка сможет реализовать свой талант.

В какой-то момент Алена забросила моделирование одежды, поняв всю тщетность и бесперспективность этого увлечения. А живопись у нее осталась для души. И если модели нарядов сами приходили ей в голову и оставалось только перенести их на бумагу, то с живописью магии не случилось. Собственный почерк Алене так и не удалось нащупать, зато она отлично копировала картины, да так, что местами было тяжело отличить от оригиналов. Особенно ей удавались традиционные пейзажи. Но вот уже несколько лет, как она не подходила к мольберту. Со смертью мамы и появлением в ее жизни Костика места для живописи не осталось. И теперь Алена была безумно рада, что осуществится ее самая заветная мечта – она снова сможет рисовать! Вопреки всему. По сравнению с этим квартиры и загородные особняки – это сущий пустяк. Пусть этим всем занимается Костик на правах будущего мужа. Она ведь все равно ничего в этом не смыслит.

Звонок в дверь прозвучал в тот вечер, когда Алена с Костей собирали чемоданы, чтобы вернуться домой и продолжить подготовку к свадьбе.

Костик беспечно распахнул двери, ожидая увидеть управляющего недвижимостью покойного Вишневского, которому он собирался торжественно объявить о разрыве договора. Он, Константин Гаев, сам сможет прекрасно позаботиться о своем имуществе. Никакие посредники между ним и элитной недвижимостью ему не требуются.

На пороге стоял мужчина средних лет, одетый в легкую рубашку с короткими рукавами, джинсы и мокасины. Мужчина выглядел серьезным и спокойным, но в глазах у него плясали чертики, словно сама мысль о предстоящем разговоре доставляла ему неслыханное удовольствие. Был в нем лоск и особая снисходительность, присущая столичным жителям, когда судьба сводит их с залетными птицами из провинции.

– Я могу видеть Васнецову Алену?

– Вы хотели сказать Елену Викторовну? Вы из «Кэпитал Эстейт»? – деловито поинтересовался Костик, отходя в сторону и приглашая мужчину войти.

Тот усмехнулся одними глазами и сделал шаг в роскошную прихожую, оформленную в классическом стиле. Светлый мраморный пол отражал потолок и множился до бесконечности в зеркальных стенах, отчего создавалось впечатление, будто прихожая квартиры размером с лобби гигантского отеля:

– Можно и так сказать.

– Я Константин, будущий муж Елены Викторовны. Это я вам звонил.

– Нет, звонили вы не мне, – по губам мужчины скользнула улыбка, и он уставился за плечо Костика прямо в глаза Алене, выглянувшей из комнаты. – И я бы хотел переговорить с Еленой Викторовной наедине, если вы не возражаете.

Ей сразу же стало холодно. Внутренний голос вдруг закричал «Беги. Такие люди не приносят хорошихновостей».

А мужчина тем временем ужом скользнул в квартиру и, высказывая хорошее знание планировки, просочился в гостиную, где тут же устроился в широком удобном кресле, стоявшем возле камина (подумать только, в квартирах бывают камины! Алена об этом даже не подозревала). Девушка послушно последовала за ним.

– Возражаю, – голос Костика внезапно сорвался на фальцет. Он вдруг понял, что перед ним вовсе не представитель агентства недвижимости. Подтвердила это и вновь разлившаяся в прихожей трель дверного звонка, а затем и мужчина, зашедший в открытую дверь.

– Константин? – деловито представился он и протянул Костику визитную карточку. – Эдуард из «Кэпитал Эстейт», мы договаривались о встрече.

Растерянный Костик перевел взгляд с Эдуарда на незнакомца, вольготно расположившегося в уже его, Костика, кресле.

– Но позвольте… – начал он, а незнакомец поднял руку, одним жестом заставляя Костика замолчать.

– Вы вполне можете побеседовать с Эдуардом, молодой человек, пока мы поговорим с Еленой Викторовной, – тоном, не предполагающим возражений, распорядился нахал. После чего встал и закрыл дверь в гостиную прямо перед носом остолбеневшего Костика.

– Вот, это вам в качестве презента, – Алена услышала энергичный голос Эдуарда, а также характерный звон «подарка», который тот захватил, чтобы направить переговоры в нужное русло. – Где мы можем расположиться? Я принес с собой все отчеты и подготовил вам предложение…

– Меня не интересует ваше предложение, а вот отчеты я детально проверю! – взбешенным тоном ответил Костик, не решившийся устроить скандал, но оскорбленный до глубины души поведением незнакомца, отдающего распоряжения в его собственном доме. Было нечто такое в скользком человеке, что давало понять – на ссору с ним лучше не нарываться.

А мужчина тем временем перевел смеющийся взгляд на Алену, застывшую столбом возле окна и не знавшую, что сказать.

– Присаживайтесь, – любезно предложил мужчина, как будто это он был настоящим хозяином квартиры, а она, Алена, самозванкой.