Алхимики
Шрифт:
– Если где-то убыло, значит где-то прибыло, и химик решает, где убавится, а где прибавится.
– хором ответили дети, зачем-то гундося при этом. Маленькие пародисты, я совсем не так говорю.
– Именно, зайцы.
– мрачно ответила я.
– И вот теперь мне дико интересно... ЭТО Ж ГДЕ ПРИБЫЛО?! Куда этот говнюк смылся?!
– Скорее, спалился.
– хихикнула девочка, наматывая черную прядь на пальчик.
– Не, это из другой серии.
– усмехнувшись, поправил ее брат.
– А я думаю из этой. Он спалился во всех смыслах. Наааасть?
– позвала меня Ниалира.
– Я думаю, он вернется.
–
– обиженно пробурчала я, вставая с пола и поправляя юбку.
– А я ему пока теплый прием организую.
– Знаешь, - шепотом сказал Малтаэль сестре, наклонившись к самому уху, - я бы на его месте десять раз подумал, прежде чем возвращаться.
– Согласна.
– кивнула она.
– Согласен.
– прошипел динамиками корабль.
– Я его в блондина перекрашу за такой стресс. Сразу после допроса.
***
Спустя три часа
– Насть, мне кажется, что-то пошло не так.
– хмуро глядя на меня, высказался Малтаэль.
– Все под контролем.
– пропыхтела я, активно орудуя половником.
– Насть, оно горит.
– зачем-то указала мне на очевидное Ниалира.
– Я вижу.
– огрызнулась я. Зря что ли косынку надела? Зелья и химикаты частенько горят в процессе синтеза.
– Но ведь так не должно быть.
– с сомнением протянул Малтаэль. Может, добавить в зелье мальчика? Хм, а что? Все нормальные ведьмы добавляют в зелье мальчика. Или девочку.
– С чего ты взял?
– едко спросила я, с остервенением перемешивая зелье в кастрюле.
– Нууу... Мне так кажется.
– почесав нос, протянул он.
– Нет. Это зелье. Пусть горит.
– процедила я, кипятясь сильнее, чем это бромово варево. Ууу!!! Как я зла! Где можно гулять три часа? Именно это я и собиралась выяснить, устав ждать с космоса погоды.
– Вообще-то ты уже три часа кипятишь обычную воду.
Да? Не порядок.
– И что?
– насупившись, еще активнее заработала я поварешкой. В кастрюле образовался небольшой водный смерч.
– Так почему она горит?
– допытывался маленький алхимик.
– Еще и черным пламенем.
– поддакнула его сестра.
– Это ее личные трудности.
– зло сплюнула я, и оценив результаты своей деятельности, приступила к основной части колдовства.
– Подайте мне триметилборат.
Я требовательно протянула руку в сторону детей, не отрывая взгляда от кастрюли и продолжая помешивать свое варево. Они дали мне требуемый пузырек с веществом, и он тут же полетел в огонь.
– А почему теперь горит зеленым пламенем?
– с восторгом спросил Малтаэль.
– Потому что борнометиловый эфир.
– пробурчала я. Зелье действительно поменяло цвет горения с черного на зеленый.
– Емко, ничего не скажешь.
– тихо прошептал мальчик, а потом подался вперед, протягивая руку.
– Мы тут читали, что этот эфир горит холодным пламенем, и если засунуть в него руку, то пламя не обожжет.
– А ну, кыш! Не читай больше фантастику на ночь.
– прошипела я, шлепнув его по протянутой руке.
– Запомните, мои юные колдуны, если пламя светится, значит, в нем есть возбужденные частицы (атомы, молекулы, свободные радикалы). А переход в возбужденное состояние требует высокой энергии. Мерой средней кинетической энергии молекул является
– Это я сейчас чуть руку себе не поджог?
– со священным ужасом в глазах Малтаэль прижал к себе чудом уцелевшую конечность.
– Вроде того.
– что-то я стала такой же многословной и жизнерадостной, как наш сгоревший друг.
– Эй, вы Харона не видели?
– частично просунувшись в дверной проем пищеблока, крикнул нам Ник.
– Он переработал!
– сказала Ниалира.
– Буквально сгорел на работе!
– весело отозвался Малтаэль.
– Так бы и сказали, что не знаете.
– обиженно пробурчал Ник и закрыл за собой дверь.
– А зачем мы варим это зелье?
– все-таки спросила у меня Ниалира.
– Я надеюсь, это не наш ужин?
– еще веселее спросил Малтаэль.У кого-то слишком хорошее настроение. Слишком.
– Терпенье не входит в число моих добродетелей.
– зловеще протянула я.
– Он уже три часа где-то шляется за пределами корабля, и я намерена выяснить, где именно. Дайте мне ацетилен. Спасибо.
– О! А теперь оно горит таким же белым пламенем! Харон сгорел именно в таком. Э... Настя... Погоди. Ты же не собираешься...
– Собираюсь.
– рявкнула я, снимая зелье с плиты и выливая его в ведро. Оно продолжало гореть белым пламенем, и это значит, что я все сделала правильно. Помимо химических ингредиентов я забросила туда носок Харона (пусть скажет спасибо, что не трусы, а то я собиралась, да и вообще был соблазн закинуть туда весь его гардероб, пусть бы потом с голым задом бегал), который сгорел раньше, чем коснулся поверхности горящей жидкости; выписала себе из дедушкиной книги заклинание, которое активирует зелье; и надела защитный химический костюм, обработанный противопожарным составом. Все-таки пламя в ведре горит настоящее, не смотря на то, что магическое.
– Ладно, мы вас двоих помянем.
– признала меня окончательно свихнувшейся Ниалира.
– Чтоб к моему приходу сделали домашнее задание.
– огрызнулась я, зачерпнув специальным стаканом зелье из ведра.
– То есть ты собираешься вернуться? А как?
– полюбопытствовал Малтаэль, отходя от меня в сторону.
– Мелкие, тут зелья хватит чтоб весь эсминец отправить туда и обратно.
– кивнула я на ведро, и перехватила его поудобнее. Не смотря на то, что Харон у нас умеет перемещаться таким вот образом, я намерена лично притащить его задницу на этот корабль.
– Все, я пошла. Не забудьте сделать домашнее задание.
– Ага, хорошо.
– подозрительно послушно сказали мне дети хором напоследок и отошли подальше, с интересом наблюдая за мной.
А я в последний раз сверилась с бумажкой, перехватила поудобнее ведро, закинула в него стакан и поварешку, что бы потом не искать их (все равно алюминий в этом огне не горит), и произнесла заклинание:
Белое пламя
Пронзает пространство.
Сгоревший в огне,
Перенесется к тебе.
Вылив на себя стакан горящего зелья, я зажмурилась. Все-таки это больше эксперимент, чем обоснованный поступок. И я уже не видела, как стремительно охватив меня полностью, белый огонь полыхнул еще ярче, что бы тут же потухнуть, не оставив на месте ни меня, ни ведро, ни поварешку.