Аллоды

Зизи скрестила руки на груди и капризно надула губы.

– Похоже, ты не особенно страдала в своем притоне, - поддел Кузьма.

Лоб загоготал.

– Тихо, тихо, вы что?!
– замахала руками Матрена, потому что Око Праведных недовольно поднял голову от карты станции и уставился на нас сдвинув брови. Мы сразу же изобразили на своих лицах максимальное внимание.

– Диверсанты угрожают взорвать ХАЭС, если мы не выполним их условий. Надо помешать им, товарищ Санников, - сказал генерал.

– Ведь ты - Имперец-Который-Выжил! Придется тебе выжить еще раз, ничего другого не остается.

– Есть!

– После того, как вы проникнете на территорию ХАЭС через Зэмово Городище, займетесь поисками магических мин, установленных диверсантами.

Я уже открыл рот, чтобы поинтересоваться, каким образом должен разминировать мины, о которых не имею ни малейшего представления, но генерал меня опередил, словно прочитав мои мысли:

– У тебя в группе есть квалифицированный маг. Их этому учили.

Грамотин с готовностью кивнул и я замолчал.

– Наши мистики сообщают, что мин всего шесть. Их точное местоположение определить невозможно, но примерный ареал...

Генерал снова уткнулся в карту станции, водя по ней указательным пальцем. По плану, разработанному Хранителями и одобренному Комитетом, шесть штурмовых групп должны проникнуть на территорию и обезвредить установленные мины - на каждую группу по одной. Та, которую предстояло обезвредить нам, находилась ближе всех.

– Ни на что больше не отвлекаетесь. Ищете мины и деактивируете их, в бой без необходимости не вступать, на рожон не лезть. Захват неприятеля начнем только после того, как все мины будут обезврежены. Понятно?!

Мы синхронно кивнули, позабыв о надлежащем "Так точно!", но генерал не стал обращать на это внимание.

– Разминировать их не сложно, - шепнул Миша.
– Сложно найти.

– Давай покороче и без заумных слов, - попросил Орел.

– На таких минах всегда очень сильный отпечаток магии, который сразу заметен, - пояснил Грамотин.

– И в чем тогда проблема?
– спросил я.

– Проблема в самой ХАЭС, - вмешалась Матрена.
– Там повсюду магия.

Ну что ж, по крайней мере мы хотя бы примерно знаем, где искать, подумал я. Остается только надеяться, что наши мыслители не ошиблись.

– Сейчас нет задачи важней, чем разрешение кризиса на ХАЭС...
– продолжал генерал, расхаживая перед нами взад-вперед со сложенными за спиной руками.
– Ар-ргх! Проклятая должность! Как бы мне хотелось самому ворваться на станцию и разметать этих канийских ублюдков!

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, отвлекаю от важных дел...

Око Праведных остановился и с таким удивлением посмотрел на невысокого, смущенного переминающегося с ноги на ногу, хадаганца, как будто это был сам глава Лиги - Айденус.

– Товарищ Ступин, - наконец произнес генерал.

– Это директор ХАЭС, - шепнул нам всезнающий Миша.

Ступин мало походил на главу такого большого серьезного предприятия. Бледный и взъерошенный, в грязной рубашке, нервно выдергивающий волосы из своей бородки, он находился в крайней степени отчаянья.

– Кругом такая неразбериха, никому нет дела до моей проблемы. А между тем, последствия могут быть очень печальными.

– Нет дела?
– возмутился генерал.
– А мы по вашему сейчас чем тут занимаемся, как не вашей драгоценной станцией?

– Эээ... да... спасибо, - растерянно произнес Ступин и его борода лишилась целого клочка волос.
– Но я не об этом. Речь идет о чертежах планируемой модернизации ХАЭС. Дело в том, что магической мощности уже не хватает, потребности города растут... Я сам стал готовить предложение по перестройке ХАЭС, готовясь выступить с рацпредложением. Ничего удивительного, что мне понадобились чертежи, которые, м-м-м... могут многое рассказать врагу о принципах проектирования ХАЭС.

– Так. Дальше, - сбавил тон Праведных.

– Чертежи захватил один из шпионов Лиги. Или то был лазутчик... Я видел, как он сгреб всю стопку бумаг с моего стола. Имени его я не знаю - он не представился, а мне было м-м-м... не до того. Если вдруг в процессе решения возникших проблем будет возможность м-м-м... отыскать эти чертежи...

– Бойцы по возможности будут осматривать тела противников на предмет каких-либо документов.

– Спасибо, товарищ Хранитель. Моя благодарность не будет знать границ! Жена уже вся извелась, знаете ли... У меня ведь могут быть м-м-м... определенные неприятности, если чертежи попадут в руки врага.

Добираться до входа в усыпальницу Зэм штурмовым группам предстояло по отдельности и наша шла последней. Око Праведных как-то совсем по отечески стучал по спине каждого бойца, прежде чем тот отправлялся к месту назначения. Это несколько разнилось с теми суровыми взглядами, которые бросала на нас представитель Совета Ученных Номарх Кахотеп.

– Это так несправедливо, что в руины Зэм, которые простояли нетронутыми почти три тысячелетия, первыми спускаются не ученые!
– сокрушалась она.
– А ведь это наша история!

– Сейчас не самое подходящее время, - заметил генерал.

– Можно попросить ваших подопечных осторожнее ступать по древним плитам, чтобы ни одна песчинка не шелохнулась, - не успокаивалась та.
– Прах и тлен! Я представляю себе, что они там устроят сейчас...

– Этого не избежать. Всему городу грозит опасность.

– Я это понимаю, но прошу хотя бы быть аккуратнее и не нарушить скрижали Тэпа. Они очень важны для нас. Сама Негус Хекет, наместница Нефер Ура, хочет видеть эти скрижали. Кто знает, быть может, с их помощью мы наконец сможем дать ответ на главный вопрос - жив ли он? Жив ли Тэп, наш создатель и наше проклятье!

– Я бы на вашем месте помолчал, товарищ ученый, - прорычал Праведных, - учитывая, что гробница сейчас кишит его последователями, с которыми моим подопечным еще предстоит столкнуться.