Амазонки / The Amazons

МИНЧИН. Что вы, как можно. Продолжайте, пожалуйста.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Ах, мне так приятен этот наш разговор. Хотите, я расскажу забавный – ну, мне он таким кажется – недавний случай, произошедший с Томми?

МИНЧИН. Само собой!

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Хотя… Теперь я больше не уверена, что об это стоит распространяться.

МИНЧИН. Милая, да как вам угодно. Не уверены – так не рассказывайте.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Да-да-да. Не буду, пожалуй.

МИНЧИН. Судите сами.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Ну хорошо! Итак, вы, конечно, знаете что мы с Томми недавно гостили в Драмдарисе у мидейшей леди Драм.

МИНЧИН. Правда?

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Там закатили большую вечеринку, и дети были и взрослые. (Он бросает многозначительный взгляд на ее гетры). О, по гостям мы всегда ходим в юбках, конечно же.

МИНЧИН. Да-да.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. И знаете что? Томми получил там предложение руки и сердца!

МИНЧИН (смеется). Ха-ха, ну и дела!

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Ну вот, я знала, что вам понравится.

МИНЧИН. Прекрасно.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. А знаете, ведь и со мной такое случалось. На краю сцены появляется ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН). Ой, я, наверное помешала вашему разговору.

МИНЧИН. Нет, нет, что вы. (Он все еще посмеивается).

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. В любом случае, мне уже пора. Передайте мне моих насекомых пожалуйста!

(МИНЧИН передает ей образцы, и случайно колет палец о булавку).

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН (обращаясь к МИНЧИНУ). Ваш смех было слышно издалека! Что же это вас так позабавило?

МИНЧИН. Ужас как больно! Укололся булавкой.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Ну что вы за неунывающий человек, даже приятно!

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. А вот и Томми! (Кричит). Том! Том! Привет!

(На ее зов к калитке подходит ЛЕДИ ТОМАСИН БЕЛТУРБЕТ – яркая, румяная, чрезвычайно хорошо воспитанная восемнадцатилетняя девушка. На ней элегантный, безукоризненный мужской дорожный костюм).

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Вот, а мистер Минчин так хотел с нами всеми встретиться.

ТОМАСИН (сердечно пожимает МИНЧИНУ руку). Очень рада вас видеть! А как поживает ваш жеребец?

(Она целует в щеку ЛЕДИ КАСЛДЖОРЖДАН). Мамочка, за завтраком тебя очень не хватало.

МИНЧИН (качает головой). Ах! Не сказать, что очень хорошо.

ТОМАСИН. Когда вы приезжали прошлым летом, у меня создалось впечатление, что он уже порядком ослаб. А может быть, устроим верховую прогулку прямо сейчас? Погода-то дивная. А мы дадим вам свою лошадь, здоровую.

МИНЧИН (Оглядев ее с ног до головы). Видите ли, милый друг, я никак не смогу составить вам компанию. Во всяком случае, пока вы одеты подобным образом.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Э-э-э, мистер Минчин… Томми, ступай-ка ты поговори с братом. (ТОМАСИН и ВИЛЬГЕЛЬМИНА отходят в сторону).

МИНЧИН (обращаясь к ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН, он говорит вполголоса). Леди Каслджордан, не скрою… не скрою, я немного шокирован.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Не понимаю, о чем вы?

МИНЧИН. Но позвольте, разве молодым женщинам подобает разгуливать вот в таком вот виде?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Все зависит от контекста. Так, бедная африканка, на которой надеты только бусы, может быть так же нарядна, как и светская львица в своем лучшем туалете. Поэтому, прошу вас, оставьте моих мальчиков в покое.

МИНЧИН. И вот еще что я вынужден вам сообщить. Окрестные жители свободными вечерами слоняются вдоль заборов вашего парка. Как вы думаете, почему?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Обычное пошлое любопытство, вот и все!

МИНЧИН. Но в вашем парке действительно можно увидеть женщин без юбок!

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. К счастью, я позаботилась о безопасности своего парка. Сюда никто не зайдет, кроме одного старого друга – вас. Ну, еще я открываю парк для гуляющих по четвергам, раз в две недели.

МИНЧИН. И тогда?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. И тогда парни ходят в юбках, чтобы никого не травмировать. Знаете, мало у кого есть такие изысканные платья, как у моих мальчиков. (ТОМАСИН и ВИЛЬГЕЛЬМИНА скрываются из виду).

МИНЧИН (убедившись, что он остался с ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН наедине). Хмм. Ну хорошо. Тогда вот еще вопрос. Если предположить, что ваши мальчики – все же частично девочки, могу ли я поинтересоваться, как вы отреагируете, если им однажды сделают предложение?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН (взволнованно). Ах! Милый мой мистер Минчин!

МИНЧИН (торжествующе). В точку, верно?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Вы ведь даже не знаете, до какой степени! Буквально вот сейчас, когда Вилли и Томми – ну то есть Вильгельмина и Томасин, – гостила в Драмдарисе, в них без памяти влюбились двое мужчин!

МИНЧИН. Но, собственное, чего тут невероятного?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Да только то, что мужчинами их можно назвать только с большой натяжкой. Насекомые они, вот кто. Один из них, вы подумайте только, вообще француз!

МИНЧИН. Так, а другой?

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Молодой лорд Твинвейз.

МИНЧИН. Твинвейз! Так это же Фицбреи – род в высшей степени почтенный.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Почтенный, скажете тоже!

МИНЧИН. Но ведь Годфруа де Фицбрей был одним из рыцарей Ричарда в крестовом походе.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН. Это сколько угодно, но ни один Фицбрей никогда не был выше пяти футов пяти дюймов, даже если в сапогах. Это род очень слабый, давно выродившийся. Худосочная, хилая линия. А нынешний их наследник вообще собрал все худшие черты, и вот он возомнил… (ТОМАСИН и ВИЛЬГЕЛЬМИНА вновь показываются у калитки).

МИНЧИН. Ш-ш-ш!

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН (обращаясь к МИНЧИНУ). Пойдемте, может быть, в гостиную, лорд Ноэль наверняка уже там. А по дороге я расскажу вам детали этой истории. Мальчики, вы пока тут побудьте, я так давно не видела мистера Минчина, нам многое надо обсудить.

ВИЛЬГЕЛЬМИНА. Конечно, мамочка.

ТОМАСИН. Разумеется.

ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН (на ходу). Это из Скрамли ведь колокол доносится? Похоже, мы уже опаздываем. (МИНЧИН и ЛЕДИ КАСЛДЖОРДАН скрываются из виду. ТОМАСИН садится на пень).