Ангел Бездны

Женщина стала раздеваться, приближаясь к Батогову. Слава поначалу изумился, но потом почему-то решил, что к нему явилась из прошлого одна из его приятельниц.

Когда за спиной красавицы появилась незнакомая дама, Слава поначалу испугался, подумал, что в номер зашла по ошибке соседка по этажу. Женщина молчала и только делала предостерегающие знаки. Но красавица заслонила собой незваную гостью и продолжала обнажаться, очаровательно улыбаясь. Когда она легла рядом со Славой, он вовсе перестал обращать внимание на окружающее. Объятия красавицы были столь жаркими, что Батогов забыл обо всем на свете. Свет попросту померк для него…

Наступившее утро было ужасным. Очнувшись, Слава увидел рядом с собой девушку. Не веря своим глазам, он протянул руку, прикоснулся к плечу незнакомки и тут же все вспомнил.

Батогов вскочил и лихорадочно стал одеваться, пытаясь сообразить, каким образом неведомая красавица ночью попала к нему в номер и действительно ли свидетельницей была одна из обитательниц гостиницы. При этом он не мог вспомнить ни одной пожилой дамы, которая жила с ним по соседству. Он был, как ему казалось, уверен, что в гостинице вообще не было ни одной представительницы женского пола старше сорока лет.

Но самое жуткое началось потом. Слава попытался разбудить случайную возлюбленную, легонько притрагиваясь к ней и приговаривая: «Девушка, вставать пора, утро уже…» Но вдруг он с ужасом обнаружил, что тело ночной гостьи леденит пальцы. Он попробовал потрясти ее, отчего с лица девушки сползла простыня, и Батогов увидел застывшую гримасу боли и страдания. Голова незнакомки была неестественно вывернута.

В панике Слава бросился из номера, сбежал в холл и потребовал, чтобы дежурная поднялась к нему в номер, потому что, как он сказал: «Кто-то подсунул мне мертвую девицу!» Недоумевающая дежурная пошла за ним, убедилась в наличии трупа и тут же вызвала милицию.

Батогов в оцепенении смотрел, как она набирает номер, потом стал кричать, что только в таком паршивом городишке могут с клиентами выкидывать подобные штуки. Дежурная разъярилась и в свою очередь стала доказывать, что после победы демократии она не только не обязана следить за тем, кого приводят к себе жильцы, но, напротив, должна приветствовать каждого посетителя, если, конечно, сам жилец не протестует против посещения. А раз девушка лежит в койке жильца, да еще голая, значит, гражданин Батогов ничего не имел против ее визита. «Небось сам же и затащил, а потом убил, маньяк проклятый!» — заявила она. Батогов вне себя от бешенства начал доказывать, что он и в глаза никогда не видел девушки, что он законопослушный гражданин Российской Федерации и будет судиться с гостиницей и лично с дежурной, потому что наверняка с ее ведома местные бандиты ночью подкинули труп ему в постель. В ответ на это заявление дежурная разразилась дьявольским хохотом, а Батогову стало казаться, что он в стремительном темпе лишается рассудка…

В это время в номер вошли представители закона. Медэксперт осмотрел тело девушки и констатировал смерть. У жертвы были сломаны шейные позвонки. Согласно заключению эксперта, смерть наступила между двумя и тремя часами ночи.

Батогов ничего не мог сказать в свое оправдание. Бормотал только, что все подстроили местные бандиты, труп ему подкинули, а он сам девушку в глаза не видел.

С шеи жертвы сняли отпечатки пальцев, которые тут же и сравнили с «пальцами» Батогова. Все сходилось.

Труп увезли в морг, Слава отправился в КПЗ. Днем, ввиду чрезвычайной срочности, его допросил сам старший следователь Сазонов. Батогов путался в показаниях, говорил, что видел девушку во сне, потом отказывался от своих показаний и утверждал, что вообще ее не видел, наконец, заявил, что все это происки все того же Чародея. Такому предположению Сазонов в данном случае поверить никак не мог. Хотя бы потому, что девушка была вполне материальной, никакой мистикой здесь не пахло.

Панкратов, которому сообщили об аресте друга, явился в Управление, рассказал о встрече в Доме Семи Духов с Браун Изабеллой Валерьевной и попросил вызвать ее для дачи показаний.

Сазонов нехотя согласился, хотя был уверен, что Батогов вдали от жены не выдержал одиночества и согрешил с местной путаной, потом по пьянке поссорился с ней и сам того не желая в порыве ярости свернул ей шею. Поскольку девушка, испугавшись его внезапного бешенства, притихла, Батогов, по мысли следователя, удовлетворился своей моральной победой и заснул. Утром обнаружил труп и начал нести ахинею, пытаясь списать преступление на счет мистической неразберихи, царившей в городе.

Таинственной колдуньи в Доме Семи Духов не нашли. Больше того, единственная из оставшихся в Доме служащих — Анохина — заявила, что ни о какой старухе не знает и в штате Дома вообще не было сотрудников по имени Изабелла. На вопрос: куда же подевались остальные сотрудники, Ева Анохина ответила, что все разъехались: кто в Петербург, а кто в Москву, потому что решили не оставаться в городе, где так часто происходят неприятные и необъяснимые события, в которых невежественное население может обвинить магов и колдунов, сотрудников Дома.

Дело принимало совсем скверный оборот, и, казалось, Батогову светил весьма длительный срок тюремного заключения.

Панкратов сходил к ведуну. Виктор Алексеевич согласился с тем, что все произошедшее — часть плана демонов, засевших в пещерах.

— Ты небось слыхал, что дьявол может овладеть любым телом, явиться в этом теле человеку, затем покинуть его. Так и со Славой произошло, — угрюмо сказал ведун.

— Где-то мне попадалось описание таких случаев, — подтвердил Панкратов. — Если враг является в образе женщины, это, кажется, суккуб, а если в образе мужчины, соблазняя женщину, — инкуб. Так, Виктор Алексеевич?

— Так-то оно так, да только не в научных названиях дело. Я думаю, надо подождать. Если та колдунья обещала помочь, то она вас в беде не оставит. Хорошо, что объявилась! — вдруг с удовлетворением сказал Шурлыгин. — Она покровительница здешних мест.

— Имя и фамилия у нее, прямо скажем, нездешние.

— Она только в этом бедовом Доме на этой фамилии появилась. А вообще фамилии у нее нет, и имя в тайне держится.

— Что же ваша покровительница раньше не вмешалась, не отвела беду от города, от леса?

— Я не раз с Лешей говорил, что в нашем мире все предопределено. Людям время было дано на испытание, для того чтобы выбрать могли между добром и злом. Потому Покровительница и не являлась. Но теперь дело далеко зашло, хотя люди пока испытание выдерживают, но колеблющихся все больше… К тому же не все нашей Покровительнице подвластно. Демоны круто завернули. И наконец, идол этот чужеземный…

— Я знаю. Бафомет, или Астральный свет.

— Вот-вот. Демоны знают, как на него воздействовать, чтобы силы добра в стороне от себя держать, не разрешать им действовать…

— Фантастика! Как можно астральным светом удерживать кого-нибудь на расстоянии?

— Так ведь идол этот сделан неизвестно для чего! Может, он тем, кто его мастерил, нужен был, чтобы какое-нибудь поле вокруг себя создавать… А демоны уже потом идола в своих целях использовали…

— Так, может, Бафомета можно и для добра приспособить? — сказал Панкратов и сам усмехнулся тому, как дико прозвучало слово «приспособить» по отношению к неведомому прибору. А что это именно прибор, сконструированный древними для каких-то своих целей, — в этом Алексей теперь почти не сомневался.