Ангел

Немножко разлеглись.

135

(29 ноября 18:40) Особняк семьи Пак.

Малый женский совет семьи Пак собрался в беседке у обширного водоема. Вид на хвойные деревья и голубую поверхность пруда с белыми лебедями восхитителен. Свежий воздух загородного поместья можно вдыхать часами, забывая про неприятный смог Сеула.

Троицу на мягких подушках не смущает зимняя прохлада за широкими окнами беседки. Горячий чай из древнего китайского сервиза и уют живого огня не дают замерзнуть. Потрескивают дрова в камине, растопленном слугами.

По центру низкого столика расположилась супруга президента «Лоте Групп» — Пак Тэён. В прошлом популярная телеведущая. Женщина интеллигентная и по-прежнему обворожительная. Идеальная пара для создания публичного облика главы семейства. Жемчужные бусы и меховой воротник украсили хрупкую шею, кремовый бархат костюма оттеняет белизну драгоценностей.

Рядом с Тэён сидит подруга и жена младшего брата президента «Лоте Групп» — Пак БоРа. В прошлом популярная актриса. Тоже идеальная кандидатура для замужества в кругу чеболей. Высокий статус подчеркнул накинутый на плечи тигриный пиджак от «Шанель» и сумочка «Луи Виттон» на подушках.

Компанию дамам составила ЙуМи. В громадном особняке девушка чувствует себя дома, поэтому сменила строгость костюма от «Армани» на вязаный свитер красного цвета и свободные штаны.

Обаяние двух моложавых дам не сильно уступает красавице рядом, хотя они и старше. Но такова красота корейских женщин, во многом не подвластная времени и страстно поддерживаемая любыми способами, в среде чеболей особенно.

— А он, паршивец, взял и обосрался!

— Ах, малышня такие проказы…

— Изгадил эксклюзивный костюм от «Валентино»!

Дамы мило щебечут, обсуждая недавнее пополнение в семье дальних родственников, а ЙуМи хмурит точёные брови и тоскливо рассматривает поверхность пруда. Недовольный прищур изучает белых лебедей, оценивая насколько быстро грациозные птицы отплывают от берега, словно замечая угрозу в чарующих глазах.

— Когда нам ждать пополнение? — спросила БоРа.

Услышав очередной вопрос, ЙуМи тихо выдыхает в сторону. Намек тётки понятен. Главная роль женщины в патриархальной Корее по-прежнему продолжение рода и воспитание потомства.

— ЙуМи ещё слишком рано, — смеётся Тэён. — Она сама поступила в «Сеульский Университет». Без всякой протекции! Обязательно его закончит, — похвасталась Тэён, защищая родную дочь.

— ЙуМи слишком много времени уделяет непристойному дерганью ногами, — фыркнула БоРа и важно советует: — Нельзя откладывать семейные отношения в долгий ящик!

— Имо, постоянные физические нагрузки помогают следить за фигурой, — ЙуМи улыбнулась несколько полноватой БоРа.

(Имо [??] — Тётенька.)

Спокойная тональность ответа и мягкая улыбка девушки заставляет любопытную тётку сменить тему разговора: — Где этот мальчишка? Давно его не видела! Пусть объяснит ужасные слухи о поездке в Японию…

— Сейчас подойдёт и всё узнаем, — успокаивает Тэён, — ЙуМи-я, кто эта полукровка, которая посмела поднять руку на нашу семью?

— Обычная сирота из трущоб Токио. Заявилась к нам в надежде, что её заметят. Глупая. Провалилась везде, где только можно… Осталась ни с чем. Детская придурь в голове.

— Обычные сироты остаются там, где им самое место. В своих трущобах. Если она здесь, значит, не совсем обычная, — заметила Тэён.

Рядом навострила ушки БоРа, вникая в дела старшей семьи и прихлебывая чай из фарфоровой чашечки.

— Не беспокойся о ней, омма. У калеки не было шансов, — нахмурилась ЙуМи.

— Почему калека ломает нос одному из нашей семьи? — напомнила Тэён. — Куда смотрели твои цепные псы?

— Сложно опекать не желающего опеки, — тихо фыркнула ЙуМи и хмуро объясняет: — Донсэн самостоятельно сорвался в Японию. Нам пришлось половину клубов Сеула на уши поставить, прежде чем он объявился на архипелаге!

— Потеря ЧонХи сильно на него повлияла, — задумчиво кивнула Тэён.

— Потеря ЧонХи на всех повлияла, — тихо согласилась ЙуМи.

Упоминание девичьего имени погружает беседку в грустное молчание.

— Полукровка! — воскликнула БоРа и озвучивает внезапную догадку: — Ган пустился во все тяжкие и уехал в Японию к ней? Они влюбились!

— Вздор! — фыркает ЙуМи. — Донсэн встретил Ангел по пути назад.

— Ангел… — задумалась Тэён, — необычное имя…

— Аньён хасимникка, — вежливо поздоровался Ган, заходя в беседку.

Вид у парня недовольный. Он долго сидел за компом и решил наверстать упущенное на вечерней разминке, от которой его оторвали, на что указывает спортивный костюм синего цвета и белое полотенце на шее.

— Омони… Имо… Нуна, — Ган поклонился каждой из сидящих на подушках по старшинству. Поклон в сторону сестры самый слабый и ЙуМи это не по нраву, она вздернула изящный подбородок.

(Омони [???] — Мама. Формальное обращение.)

— Ган-а, почему официально? — улыбнулась Тэён. — Мы так редко встречаемся?

— Нет, омма, — нахмурился Ган, — просто некоторые без ума от официальных обращений…

— Я не або-ним, Ган-а, — рассмеялась Тэён. — Чего столбом встал? Присаживайся и поведай нам, как угораздило подхватить такую гадость? — женщина проводит по своему аккуратному носику пальчиком: — Вот это, прямо у тебя на носу.

— Неудачно стукнулся об косяк, омма.

— Впредь будь осторожнее с двуногими косяками, — едко вклинилась в разговор ЙуМи, — бери с собой охрану, их носы покроет страховка.

— Приму к сведению, нуна.

— Ещё кое-что усвой! Биться лбом в столы, полные соджу, вредно для печени и здоровья, — насела на брата ЙуМи. — Весь день отлеживаешься! Неужели опять надоел «перспективный отдел»?

Красавицу сильно уязвила недавняя критика матери, вызванная непутевым братцем. Девушка считает, что имеет право задавать неудобные вопросы. Кто, если не старшая сестра.

— Нет, нуна, — подумав, отвечает Ган, — отдел работает согласно плану. У меня очень хороший персонал и заместители.