Аннабель
Шрифт:
Там её мама ещё была жива, и всегда приходила на помощь, если девочке было грустно или тяжело. Если кто-то обижал, если где-то поранилась. Она постоянно была рядом. Добрая, светлая, надёжная. И та противная злобная гарпия, её сестра, смотрелась на фоне светловолосой Марии настоящим порождением ада. В общем-то, с течением времени, как оказалось, она свой образ целиком оправдала.
А теперь не осталось практически ничего. Ни семьи, ни дома. Только эта белая шкатулка с позолотой, единственное, что сохранило в себе звуки маминого голоса, и теплоту прошлого.
От прикосновения тёплой ладони
Поняв это, Бель спешно вытерла непрошенные слёзы и закрыла шкатулку.
— Я в порядке. — соврала она голосом, не очень похожим на свой собственный. — Просто задумалась.
— Я заметил. — Деймос скептически кивнул головой.
Первый день корпения над книгами не принёс должного результата. Найти что-то полезное получилось разве что у кровавого духа. Но тот и читал текст последовательно, не пропуская ни строчки, в отличие от Вольфа и Бель.
По первой информации было понятно то же, что в целом до этого. Место сделки с Мёртвыми — это одновременно и слабость, и сила призвавшего, в данном случае Дженны. Но самое интересное было то, что в этом месте сами Мёртвые оказывались слабее, в то время как Дженна приобретёт больше мощности. На данный момент это было уже полезным знанием, так как позволяло выстроить какой-никакой, но план дальнейших действий.
Весь следующий день был практически не отличим от предыдущего. Разве что Вольф теперь зачем-то подсел с другой стороны к Аннабель, чем немало нервировал саму девушку, и вызывал некоторое любопытство у её призванного духа.
К вечеру стало понятно, почему Дженна остановила свой выбор именно на Мёртвых, а не, скажем, на том же кровавом духе. Первопричина, конечно, в их огромной силе и практически безграничных возможностях передвижения. Тогда как кровавые духи могли разве что ускорять перемещение по миру с помощью некоторых особо подходящих для этого мест. Жители же мира мёртвых шли сквозь саму структуру мироздания, оставаясь бесплотными сущностями. Они могли войти в свой мир в любой точке, и выйти из него в наш, где вздумается.
Ещё один день, прошедший в поисках информации, закончился небольшой перебранкой между Вольфгангом и Деймосом. Если сама Аннабель дипломатии ради не обращала внимания на всё более близко подбирающегося чернокнижника, то дух крови себе такой роскоши позволить не мог. Ревность в нём оказалась сильнее спокойного характера.
— А может ты прекратишь к ней приставать? — пока что ещё спокойно поинтересовался он у Вольфа.
— У тебя паранойя. — но мужчина всё же немного помрачнел.
— Ты уже полчаса трёшься о плечо моей девушки.
— Она не твоя девушка. Да, Аннабель?
Ведьме остро захотелось вжать голову в плечи, а лучше закопать её в песок, чтобы мужские разборки с их неудобными вопросами саму Бель никак не касались.
— Тебе мало того, что я попросил отстать от неё? — голос Деймоса всё-таки постепенно становился более холодным и менее расслабленным.
— Я тебе повторяю, у тебя паранойя. — Вольфганг отчего-то даже немного оскалился.
— А
я повторять не буду. — дух встал из-за стола, заставив Бель немножечко пригнуться. Мало ли, вдруг полетят клочки по закоулочкам, а она встанет на пути у одного из них. — Не трогай мою Бель.— С чего ты взял, что эта мышь мне вообще интересна? — чернокнижник тоже поднялся со своего места, и даже не поленился подойти к Деймосу практически вплотную. И всё это происходило прямо за спиной у сжавшейся в комочек девушки.
— С того что ты можешь делать каменное выражение лица, притворяться что тебе плевать, никак не выдавать своих эмоций, но от меня, будь ты хоть трижды загонщиком со своей ментальной защитой, настоящие эмоции скрыть не сможешь. — Деймос ткнул пальцем в грудь чернокнижника, за что тут же получил лёгкий удар по этому пальцу. — И знаешь, мне даже стало интересно, кого это ты пытаешься подменить моей ланью?
— Да пошёл ты. — с силой толкнув духа в плечо, Вольф быстрым шагом прошёл мимо и покинул гостиную.
— Можешь мне не верить, но мне правда его жалко. — мужчина вернулся на своё место, и снова открыл фолиант.
— О чём ты? — подала голос девушка, но тот прозвучал так пискляво, что ей пришлось прокашляться, чтобы не звучать смешно. — О чём ты говоришь?
— Я не думаю, что он бы хотел, чтобы ты узнала. — Деймос опять был совершенно спокоен и расслаблен, будто бы ничего и не произошло. Задавать дополнительные вопросы Бель не стала, даже несмотря на то, что было очень интересно. Но так уж она привыкла, что совать нос в чужие дела порой может дорогого стоить.
Да и какое-никакое уважение к чернокнижнику у неё всё-таки было. Если Деймос считает, что тот не хотел бы раскрытия подобной тайны, значит лучше прислушаться к своему призванному духу.
— Я тут кое-что нашла. — за чтением время летело незаметно, и Аннабель обратила внимание на то, что на часах около двух ночи только после этой фразы. — Ого, как поздно…
— Что там? — дух придвинулся немного ближе, заглядывая в пожелтевшие от времени страницы. — Ты знаешь этот язык? — удивился он.
— Было обязательным предметом в интернате. Мы все его знаем. Так вот… Это, похоже, и есть тот самый ритуал изгнания. Только о чём тут речь, я не понимаю. Какая-то кровь белой змеи, кинжал погребения, и… фа-а-тей…
— Книга судеб. Её так называли когда-то очень давно. А потом заменили на нормальное слово.
— Кстати, этот том должен был храниться в закрытой библиотеке СКИРа. — внезапное появление хмурого Вольфганга стало неожиданностью только для Аннабель. Дух вообще воспринял позднее возвращение чернокнижника как должное.
— Это книга моей семьи. — коротко бросила девушка, зачем-то вцепляясь в книжку так, будто её именно сейчас собираются у неё отнимать силой.
— Сейчас мне плевать. — чернокнижник снова зашёл за спину, и заглянул в текст ритуала. — Артефакты, которые нужны — очень серьёзные, не уверен, что их можно просто так достать.
— Ты объяснишь о каких предметах речь?
— Кровь белой змеи — скорее всего вода из реки в мире кровавых духов.
— Да, речь скорее всего о ней. — подтвердил догадки Деймос, рассматривая схематичное изображение на следующей странице.