Антихрист

— Сиди, я разберусь, — сказал Ибрагимов.

Загородив собой семью, Рустам склонился к старику, что-то прошептал ему, с важным видом выслушал ответ — и вдруг обнял проповедника. А тот разрыдался. Проводив старика к его месту, горец усадил проповедника, похлопал его по плечу и сел в пустующее кресло рядом.

Двери закрылись, капсула начала набирать ход, перегрузка на несколько секунд вдавила Марка в анатомическое кресло. Через пять минут капсула преодолеет двести километров до берега Балтийского моря и остановится в Таллине, откуда всего ничего до населенного практически одними машинами города-порта Таллин-2, рядом с которым и должен был состояться обмен Стивенсон на Тэкс. Детали обмена утрясла сама Стивенсон, каким-то неведомым способом убедившая координатора, знавшего о ее провале, выкупить ее у ее спасителей. Марк, не веря, что все оказалось так просто и опасаясь подвоха, лишь назначил знакомое ему и безопасное место.

— Что будешь делать потом? — спросил он у сидящей рядом девушки. Та, облокотившись о ручку кресла, задумчиво пялилась на картинку горного пейзажа, транслировавшегося в окне.

— Продолжу свою миссию, — не оборачиваясь, ответила Кэтрин.

— Снова в тень? Менять личность?

Та наконец посмотрела на него:

— Ты правда думаешь, что смог скинуть Стражей?

— Почему нет? Я все продумал. Как только получим Тэкс, Носик и Коробейников исчезнут. Я верну себе свою настоящую личность и буду просто жить. Есть у меня одно местечко, куда бы я хотел вернуться, — там тихо, спокойно, Всевышний далеко и не достает. Прямо как у староверов. Ну, а Рус возьмет себе новую чистую личность, и что будет делать, это у него надо спросить.

— Как же Солярис, война?

— Желаю вам успехов в вашей войне, — просто ответил Марк. — Я не против, если вы грохнете Солярис. Все равно уже смирился, что мне никогда не прогуляться по Марсу. Надеюсь только, что у ваших властей хватит мозгов не уничтожить всю планету.

— И все? — удивилась Стивенсон. — Вот так просто забудешь обо всем, что узнал? Сможешь спокойно жить, зная, что Земле может прийти конец?

— А что мне остается? Что может сделать один человек, когда между собой сцепились два государства? Ничего. И, кстати, я не имею ничего против Азиатского Союза, но раз твой народ взял в заложники всю планету, то если придется выбирать, я выберу сторону САС и Всевышнего. Пусть лучше он уничтожит половину Азиатского союза, чем вы — вообще всех. Поэтому не пытайся перетащить меня на свою сторону.

— Пф-ф, больно надо, — фыркнула Стивенсон. — Ты, мальчик мой, сильно себя переоцениваешь.

— А ты нет? — съехидничал Марк. — Ты отлично законспирировалась, я бы никогда не допер, что ты из Азиатского Союза. Но ты ничего не успела сделать, тебя раскрыли. Как? — Девушка пожала плечами. — Ты представляешь, что такое Всевышний и насколько он хорош в прогнозировании? Нет? Давай объясню. Когда-то давно, триста лет назад, жил один ученый и писатель Айзек Азимов. Он сформулировал три закона робототехники, три принципа. На заре программирования считалось, что эти принципы неприменимы к созданию искусственного интеллекта, так как их невозможно объяснить мыслящей двоичной логикой машине, она не поймет. Потом появились исследования, доказавшие, что интеллект это ни что иное, как способность нейронов головного мозга выстраивать цепочки связей. Чем больше таких цепочек способен построить мозг, тем выше уровень интеллекта. И примерно тогда же были созданы нейросети, в них была заложена возможность создавать такие цепочки. По сути, нейросети были первой попыткой сымитировать работу мозга, и, самое главное, они могли обучаться. Поэтому для создания искусственного интеллекта, оказалось, нужно не так уж много — всего лишь напихать в код побольше нейронов и начать скармливать этому коду как можно больше информации, чтобы стимулировать образование цепочек. То есть учить машину так, как обучают детей. Первый шесть версий Иджис оказались не слишком хороши, седьмая попытка завершилась успехом, Иджис-Семь стал полноценным человеком, правда без тела. Он даже оказался способен понимать чувства людей, сам, однако, чувствовать не мог, только имитировал этот процесс. А так как Иджис был обычной программой с открытым кодом, в него можно было напихать еще неограниченное количество нейронов, что и сделали. Со временем он стал очень умным, логические цепочки, которые он создавал, стали чрезвычайно сложными. Количество мыслительных процессов, которые он мог одновременно поддерживать, было ограничено лишь оперативной памятью его первого сервера, но все равно было большим, чем у любого самого гениального человека. Иджис буквально стал способен предвидеть будущее. — Марк пощелкал пальцами, подбирая пример поточнее. — Я часто играл с дедом в шахматы. И выигрывал одну партию из десяти. Потому что я был способен просчитать ходы на два шага вперед. Дед просчитывал на три, поэтому всегда выигрывал. Иджис просчитает любую партию на десять ходов. Это миллиарды возможных комбинаций. И его способности к прогнозированию применимы во всех сферах человеческой деятельности, он почти человек. Сначала его использовали как игрушку, очень интересную функцию социальных сетей. Любой мог скормить ему информацию о себе, и Иджис, которого стали в шутку звать Всевышним, подбирал этому человеку идеальную пару. Причем, он был настолько точен в своих прогнозах, что эти пары редко когда распадались. Было целое поколение людей, сведенных вместе Всевышним. Он даже смог «поженить» христиан и умеренных мусульман после того, как один студент-теолог задал ему задание найти общие моменты в Библии и Коране и опубликовал результаты. Потом его начали использовать генетики для прогнозирования изменений в организме при включении-выключении какого-либо гена. Так как опыты на людях были запрещены, генетикам не оставалось ничего иного, кроме как обратиться к Иджису. Так возник гендизайн. А потом один очень предприимчивый брокер нанял кодеров, и те переделали одну из копий Иджиса для махинаций на рынках валют и ценных бумаг. Естественно, этот брокер озолотился, но он своими действиями сильно напряг банкиров, финансистов и разных магнатов, которые, в свою очередь, напрягли прикормленных ими политиканов, и те подсуетились и быстренько прикрыли проект Иджис. Для чего использовали сам Иджис. Власти в качестве основополагающих принципов скормили ему конституцию САС, обучили праву, законам и назначили его помощником замминистра САС по информационным технологиям. Сначала он просто помогал отлавливать свои копии, потом ему начали делегировать полномочия исполнительной власти. И чтобы Всевышний не лез в их дела, Азиатский Союз и Арабская Лига физически отделили свои сети от сетей САС. Некогда единое информационное пространство распалось на три отдельные части. Потом постепенно распались рынки, и три государства, союзы, утратили точки соприкосновения, отделились друг от друга даже на уровне культур. Теперь мы имеем то, что имеем — три враждующих между собой государства и изумительно сложную, почти равную богу, машину, которая училась понимать и править людьми на протяжении полутора веков. Теперь ты понимаешь, против кого тебя послали воевать? — Марк с сочувствием поглядел на внимательно внимавшую ему девушку. — Моего ума хватило, чтобы понять, где искать тебя, но я даже близко не представлял, кого мне нужно искать. Всевышний, будь уверена, знал и где, и кого. У него был круг подозреваемых, поэтому тебя так легко повязали. Он всегда на несколько шагов впереди. Поэтому вы уже несколько лет ведете тут свою маленькую диверсионную войну, но почти ничего не добились. Поэтому если стратеги Азиатского Союза не припасли крайне неожиданный финт, ваша война обречена. Фактически вы все просто мясо, которое кинули в мясорубку в надежде, что она подавится. И мясо без костей, потому что никто из вас даже близко не сравниться по своим возможностям со старшим оперативником Корпуса Стражей. Вы просто люди, а они настоящие монстры, за которыми стоит Бог. Не думай, что я пытаюсь оскорбить тебя, просто не хочу, чтобы ты погибла ни за что. Вот тебе мой совет: возвращайся домой.

Стивенсон отвернулась к окну и некоторое время молчала. Капсула начала постепенно замедляться, когда она наконец прошептала:

— Не могу. Если вернусь, меня заклеймят позором. Те люди, которых я пригласила в убежище, будут изгнаны. Все. Я не могу подвести их.

— Вот как, — пробормотал Марк. — Крепко же тебя подцепили. Тогда… Независимые воды. Я на всякий случай уже проверил канал туда. В Талине у меня есть знакомый старовер, он занимается контрабандой из САС в Мариам-Бэй. Сядешь на рыболовецкий траулер, потом тебя подхватит подлодка. Всплывешь уже рядом с Мариам-Бэй.

Стивенсон повернулась к нему и как-то слишком осторожно, нерешительно спросила:

— А ты и Рустам?

— Что я и Рустам?

— Не хотите сбежать в Независимые воды?

Марк пожал плечами:

— Я когда-то хотел туда. Когда жил вне закона. Сейчас не знаю. Не особо. Все-таки мой дом здесь. Рус, наверное, хотел бы туда, но сейчас он немного не в себе. — Он вытянул шею и глянул поверх голов впередисидящих на беседовавшего с проповедником Ибрагимова. Старик уже не плакал, улыбался. — Гормональный чип пошел ему на пользу. Но не все изменения к лучшему. Я должен сначала привести его в норму.

— Дом, — грустно улыбнулась Стивенсон. Тряхнула головой, плотно сжала губы. Из голоса исчезла нерешительность. — У меня тоже есть дом. И долг перед теми, кто живет в нем. Даже если моя смерть ни на что не повлияет, я должна сражаться. Спасибо тебе, что хочешь помочь, поэтому вот тебе мой совет: когда получите Тэкс, бегите из САС. Как можно быстрее.

Марк напрягся:

— Я что-то упустил? Что я не знаю?

Капсула остановилась. Пассажиры начали подниматься, снимать с полок сумки и рюкзаки.

— Просто сделайте, как говорю, — посоветовала Стивенсон.

Глава 15. Террор

Стивенсон с ее координатором определенно что-то запланировали. Но вот что — Марк даже не мог вообразить. Да и какой вообще смысл выручать засветившегося агента? Для координатора, понимал Неклюдов, разумней и безопасней было бы вообще не выходить на связь и оставить девицу на попечение ее спасителей. Чтобы задействовать ее в другом задании? Это вряд ли — сама Стивенсон понимала, что долго на воле ей не продержаться, даже если она снова сменит личность. Перед захватом Стражи должны были собрать максимум информации о цели, если кто-то с ее скелетом, походкой и манерой двигаться и говорить хоть на километр приблизиться объекту, представляющему интерес для диверсии, Иджис моментально пометит этого человека как подозрительного и установит за ним наблюдение. Хотя, размышлял Марк, Стивенсон могла знать координатора лично, что маловероятно, но не исключено, тогда координатор мог согласиться на встречу, чтобы… устранить девушку. Или чтобы добраться до ее киберочков, где он был в контактах. Правда, ему проще было бы избавиться от своих очков-терминала, которые могли бы вывести Стражей на него. Вряд ли он выходит в сеть под своей основной личиной, он обязан использовать фейка и вирусный протокол. А еще координатор не мог не подозревать, что вместо двух странных типов, которые отбили его агента у Стража, этого агента могли сопровождать сами Стражи.

По всему выходило, что этот обмен Стивенсон на Тэкс — полный бред. Либо координатор клинический идиот, либо их с Рустамом собираются использовать для чего-то. Они, сами того не подозревая, стали пешками в противостоянии двух умных и хитрых игроков. А пешкам не положено знать, какая судьба им уготована — выведут в ферзи или пожертвуют ими.

Успокаивало одно — Стивенсон была уверена, что обмен состоится и что он и Рустам будут после него дышать достаточно долго, чтобы иметь возможность сбежать из САС. Марк верил ей. Она могла быть жестокой, но не подлой. А еще он отлично знал место, где назначил обмен. В свою бытность продавцом запретов именно из Таллина-2 он собирался отправиться в Независимые воды и хорошо изучил все входы и выходы из роботизированного города-порта.

Ветка вакуумной трубы, которой они воспользовались, обрывалась в Таллине, и вокзал находился на поверхности. Перед входом выстроилась небольшая очередь проходящих через досмотровые сканеры, но выход практически не контролировался. Так, стояла камера, чтобы никто не проскочил на вокзал без досмотра и идентификации, но камера обычная, оптическая, не подключенная напрямую к Всевышнему.

Пройдя через турникеты и раздвижные двери, троица вместе с потоком покидающих вокзал пассажиров оказалась на квадратной площади со стелой посередине. Почти все стоящие у тротуаров машины были автоматизированными такси, но у входа кучковалось несколько мужчин — к ним-то Марк и направился. Не успел он приблизиться и на десять шагов, как от компании отделился молодой парень и с ходу спросил:

— Машина?

— Нужно такси, — подтвердил Марк.

— Только перевозка? — Парень хитро прищурился. — Экскурсия нужна?

— Нет.

— Могу провести по интересным местам. Популярным и не очень. Легальным и не очень. Познакомлю с кем надо. Есть контакты девочек. — Он глянул на Стивенсон. — И мальчиков.

— Успокойся, мы не туристы. Нужно в Таллин-2. К старому терминалу. Плачу два счетчика.

— Окей, — кивнул таксист и больше ни о чем не спрашивал. Он был смышлен и знал правила.