Апатрид

– Ну побесились, и хватит, – сказал Фархад, – собирайте вещи и давайте к нам домой, будете жить с нами, одним вам будет трудно.

К тому моменту у Агаевых уже была трехкомнатная квартира. Вскоре у молодых родилась дочка – Айлин. Арсен, благодаря своей настойчивости и амбициям, к тому времени уже работал в Госплане Азербайджана. Молодого специалиста, азербайджанца, студента третьего курса, выделили среди других претендентов на место, увидев, с какой легкостью он решал поставленные вопросы во время собеседования. Через год он уже занял место зам.начальника отдела.

Глава 9

В то время видеомагнитофоны только стали появляться. Более богатые могли себе позволить приобрести такой аппарат, но большинство удовлетворяли свое любопытство, взяв такой аппарат напрокат. Видеобум охватил всю страну. Арсен желая подзаработать, писал для богатеньких однокурсников курсовые работы, раз в месяц организовывал танцевальные вечера в кафе и продавал билеты на них в институте. Имея доступ к модной и хорошей музыке, он вел такие вечера сам, очень часто сам выходя на танцпол, чтобы завести гостей. Собрав необходимую сумму, хватающую на два видеомагнитофона отечественного производства, Арсен решил официально открыть видеосалон. Взяв в аренду списанный автобус, оформив его как кинозал, он наняв работника, занялся бизнесом. Водитель ездил в основном по окраинам города и проводил видео сеансы. Видеокассеты с записями фильмов Арсен покупал с рук у спекулянтов на Кубинке*.

Вскоре дела пошли в гору. Он решил купить еще видеомагнитофоны и полетел в Воронеж. В то время там на радиозаводе стали выпускать отечественные ВМ-12, это было тогда очень круто для нашей промышленности. Позвонив знакомому прапорщику из части, где служил, он договорился о встрече. Выйдя из здания Аэровокзала в Воронеже, он взял такси и поехал к месту указанной встречи. Отпустив такси, присел на лавку возле остановки автобуса и стал ждать. К нему подошел крепкого вида парень и попросил прикурить…

Его вырубили ударом арматуры и сломали челюсть. Украли норковую шапку и все деньги. Очнулся Арсен в больнице, на операционном столе… Голова страшно кружилась и мутило. Что-либо сказать было невозможно, челюсть ходила ходуном и слушаться отказывалась. На вопросы следователя, приехавшего в больницу, он ничего толком сказать не мог, и от него вскоре отстали. Вскоре его отвезли в хирургию и провели операцию на челюсти. Очнувшись после наркоза, и найдя в потайном кармане спрятанную сотню на всякий случай, Арсен уехал из больницы в аэропорт и вскоре приземлился в Баку. Во время посадки он потерял сознание, и с аэропорта его отвезли сразу в больницу… Есть нормально он долго не мог, челюсти после операции были стянуты шинами, но вскоре молодой крепкий организм взял свое.

Глава 10

В один из жарких летних дней в Баку, Арсен, проходя по пассажу возле Армянской церкви увидел что-то предлагающего прохожим иностранца африканского происхождения. Подойдя к нему поближе, он увидел несколько часов иностранного производства в его руке.

– Почем часы? – спросил Арсен на английском.

– 40 рублей, но это настоящие, не подделка, – ответил африканец.

– Я возьму, но только за 35, это хорошая цена.

Так началась дружба Арсена и студента международного факультета из Эфиопии Зевдынеха, ( Зэд-как позже всегда называл его новый друг). Шли дни, месяца, и друзья занимались всякими коммерческими операциями. Тогда это называлось спекуляцией, и каралось по закону, но имея дефицитный, редкий товар, Арсен быстро обзавелся нужными знакомствами и в органах милиции. То Зэд привозил заказанные Арсеном аудио- и видеотехнику, дорогую фирменную одежду западных марок, то Арсен доставал для друга запасные части для автомобилей ВАЗ, технические детали и устройства, которые имели спрос в Эфиопии. Бизнес процветал, а с ним и благосостояние друзей. Позже они уже вовсю занимались перепродажей иностранной валюты. Они были молоды и страха не было вообще, тем более, что Арсен всегда одевался как иностранец, многие студенты и работники общежития думали, что он араб, и зная английский, он всегда проходил за своего на проходных в общежитиях иностранцев в Баку. Вскоре он познакомился со многими из них – арабами, африканцами из множества других дружеских СССР стран, чьи студенты учились в вузах Баку.

– Я женюсь, – обрадованно произнес Зэд, хочу тебя с женой пригласить на свадьбу, надо найти ресторан, человек на сто хватит. Арсен не ожидал такой новости, он даже ни разу не видел друга с девушкой. Вскоре Зэд их познакомил. Невесту друга звали Эмебет, и они были прекрасной парой.

Свадьба шла в театральном ресторане с красивым залом в стиле ампир. Гости были все из числа студентов, из разных стран. Музыканты вскоре ушли на перерыв, и Зэд подошел к Арсену:

– Можно мы сами сыграем на их инструментах? Попроси их, ведь это твои знакомые.

Разрешение было получено, и под сводами старинного строения зазвучал настоящий африканский джаз, никогда до этого не звучавший в этом заведении. Музыканты из труппы ресторана были в восторге, и вскоре в зал стали заходить любопытные из фойе театра во время антракта. Такая музыка была в диковинку в восточном городе. Свадьба закончилась, и Арсен в последующие годы часто вспоминал звучание саксофона в руках эфиопского парня.

Жизнь продолжалась, и ничего не предвещало бури…

Глава 11

Арсен ни разу не видел своего родного отца. Из разговоров Аиды о Роберте, его родном отце, он знал только, что тот с семьей живет в Ереване, куда переехал в семидесятых годах. Мать всегда ему говорила, что не стоит видеться с отцом, если тот за столько лет ни разу не поинтересовался сыном. Но желание его увидеть не покидала Арсена никогда. Он только ждал момента, чтобы показаться отцу на глаза успешным и самодостаточным человеком, выросшим без отца, но ничего от этого не потерявшего. Сыновья обида сидела в нем, сколько он себя помнил. От маминой двоюродной сестры он узнал, что тетя Роберта работает в Сумгаите в книжном магазине. В один из жарких летних дней он, собравшись духом, поехал в город, где он родился и в котором 22 года назад разворачивались события, предшествующие его появлению на свет.

Найдя книжный магазин, он с любопытством разглядывал не книжные полки, а продавщиц, которые то и дело пробегали мимо него от одного стеллажа к другому. Он никогда не видел родственников отца и не знал, чем может закончится эта встреча.

– Роберт!?, – вдруг одна из женщин остановилась и с какой-то растерянностью тронула его за плечо.

– Нет. Я-Арсен, сын Роберта, – гордо сказал молодой человек, а вы-наверное, тетя Генофья?

Женщина вдруг разрыдалась и обняла Арсена.

– Я никогда себе этого не прощу, никогда. Мы не верили твоей маме, говорили, что она забеременела не от Роберта, и соврали ему. Теперь я понимаю, как мы все ошибались, ты так сильно на него похож, копия молодого Роберта.

Через минут тридцать Арсен, получив от новоиспеченной тети телефон отца в Ереване, уже возвращался в Баку. Он решил в скором времени найти Роберта, поехав в Армению. Ни матери, ни жене он ничего не сказал. У него к тому времени ухе была машина, «Жигули» шестой модели, но он всем говорил, что друг уехал за границу на некоторое время и оставил ему машину. Чтобы избежать лишних нравоучений от матери и Фархада, он вообще мало распространялся про свой род деятельности: Фарцовка и купля-продажа валюты были вне закона, и он не хотел, чтобы мать лишний раз нервничала, у нее и так забот хватало с двумя младшими детьми.

Собравшись в дорогу, взяв с собой денег и подарок отцу и его семье, и сказав родным, что дня на три едет по делам на границу с Ираном в Джульфу, – он поехал на машине в Ереван. Насмотревшись по дороге красот равнин родного края, монументальных гор Кавказа с горными селами и одетыми в снега вершинами, он въехал в Армению. От скорой возможности увидеть отца у него захватывало дух и он прибавлял скорость, стараясь быстрее сократить расстояние. Проехав мимо Севана, он вскоре увидел показавшиеся дома Еревана, амфитеатром разбросанные по горам. Ереван представлял собой выдолбленный из горного камня и мрамора город, своим древним величием расположенный в расщелинах и разрезах окружающих гор. Въехав в город, он стал спрашивать проезд до центра города и был неприятно удивлен. Его армянский с акцентом был воспринят очень негативно. Его не принимали за своего, а некоторые даже принялись недружелюбно склонять его рождение под турками и персами. Он стал спрашивать на русском. Ему тут же ответили и указали, как проехать. Припарковав машину на стоянке, Арсен наконец-то получил возможность спокойно оглядеться. Он был в центре Еревана, около музыкального фонтана и небольшого сквера. Ощущения того, что он находится в родной по национальности и языку стране, постепенно покидали его. Знание армянского языка, того, на котором общаются в Азербайджане, еще больше отдаляло его от местного населения. По их представлению, если ты родился в Азербайджане, и ты – армянин, означало только одно: ты такой же, как турки и персы, которые живут в этой стране, и никогда не станешь армянином чистой, арцахской крови, какими они сами себя считают. Особого желания понравиться Арсен не испытывал, и вскоре отогнал мысли о напрягающей его несправедливости к армянам из Азербайджана.