Арден

— Вы уже в курсе сложившейся ситуации? — спросил Михаил ровным голосом, но в его тоне чувствовалась скрытая тревога. Его золотистые доспехи сияли на экране, словно он пытался удержать остатки порядка среди хаоса.

Баал кивнул, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась решимость.

— Да, — ответил он за всех своим глубоким, почти механическим голосом. — И выражаем соболезнования по поводу потери Кайроса Вариса и его команды.

Лицо Михаила потемнело, будто эти слова ударили его невидимым клинком. Он опустил взгляд на мгновение, затем снова поднял глаза, полные решимости.

— Мы зарегистрировали их вознесение несколько минут назад… — произнёс он медленно, словно каждое слово давалось ему с трудом.

Малтаэль переглянулся с Диабло II, который всё ещё стоял во главе зала, как древний монумент. Его желтоватые глаза сверкнули, но он молчал, позволяя другим говорить.

— Жатвы не будет, — продолжил Михаил, его голос стал жёстче. — Все нейтралы уничтожены. Без их помощи мы не сможем организовать процесс.

— Это правда, — согласился Баал, его пальцы задумчиво постукивали по подлокотнику кресла. — Но нам нужно разобраться с тем, кто уничтожил нейтралов.

Михаил кивнул.

— Мы отправляем на Землю свои силы быстрого реагирования. И флот.

— Мы тоже, — ответил Баал, его голос был твёрдым, как камень.

Михаил сделал паузу, обдумывая следующие слова. Затем произнёс:

— Предлагаю во главе объединённой группировки поставить Командующего Тираэля.

Баал чуть заметно улыбнулся, что было крайне редким явлением для него.

— Прекрасная мысль, — сказал он. — С нашей стороны будет Гримгор.

Михаил нахмурился, его брови сошлись на переносице.

— Но он…

— Поверьте, — перебил Баал, его голос стал увереннее, — он там, где он должен быть. И Люминария с ним в безопасности.

Михаил замолчал на мгновение, затем кивнул. Он явно хотел возразить, но что-то в тоне Баала заставило его принять это решение.

— Мы будем на связи, — сказал Михаил, его лицо исчезло с экрана, оставив после себя лишь мерцающую пустоту.

Зал погрузился в тишину. Три правителя Ада и Лилит остались одни, осознавая масштаб надвигающейся бури.

… Несмотря на то, что вход в пещеру был огромен, гигантский демон слегка наклонил голову при входе. Его массивные крылья скользнули за спиной, словно тени, а лезвия на их концах блеснули последними отблесками света, прежде чем он полностью скрылся внутри. Пещера была просторной, но его присутствие заполнило её целиком, словно само пространство сжалось под давлением его силы.

Как только он вошёл, произошло нечто странное. На него словно подул невидимый ветер, который начал разрушать его форму. Тело демона начало рассеиваться, как потоки чёрного песка во время бури в пустыне. Его массивная фигура, казавшаяся неподвижной и вечной, теперь растворялась в воздухе, превращаясь в дымку, которая кружилась вокруг него, словно живая. Каждая частица его существа двигалась с удивительной точностью, будто подчиняясь строгому ритму.

Через несколько мгновений чёрная дымка полностью рассеялась, и перед удивлёнными Гримгором и Люминарией предстало совершенно другое существо. Перед ними стоял стройный юноша, одетый в практичную чёрную одежду, покрытую сложным узором светящихся голубых и фиолетовых рун. Эти руны мерцали мягким светом, создавая эффект, похожий на звёздное небо в ночи. Каждая руна, казалось, рассказывала свою историю, её свет пульсировал в такт дыханию юноши, будто она была живой.

Его одежда была минималистичной, но продуманной до мелочей. Чёрный плащ с капюшоном ниспадал на плечи, его края были украшены тонкими полосами светящихся символов, которые переливались, словно жидкое стекло. Под плащом виднелась плотная рубашка из материала, напоминающего металлическую ткань, но при этом остававшегося удивительно лёгкой. На его предплечьях были закреплены наручи, также покрытые рунами, которые реагировали на каждое движение, меняя цвет от глубокого фиолетового до холодного голубого.

В руках юноша держал уменьшенную копию гигантского меча демона. Клинок теперь был меньше, но его форма оставалась узнаваемой. Он был выполнен из того же тёмного металла, испещрённого рунами, которые мягко светились, словно живые существа, заключённые в металл. Рукоять меча была обмотана чёрной кожей с серебристыми вставками, а гарда имела форму двух крыльев, повторяющих очертания тех самых лезвий на крыльях демона.

Юноша сделал шаг вперёд, его движения были плавными и уверенными. Он снял капюшон, открывая коротко остриженные тёмные волосы и глаза, горящие тем же холодным голубым светом, что и раньше. Его лицо было молодым, но в нём чувствовалась зрелость, будто он прожил тысячи жизней за одну.

— Меня зовут Арден, — произнёс он спокойным голосом, который звучал одновременно уверенно и доброжелательно. — Присаживайтесь.

Гримгор и Люминария переглянулись, всё ещё не в силах поверить в произошедшее. Они медленно опустились на каменные скамьи, которые стояли вдоль стен пещеры, продолжая наблюдать за юношей. Его присутствие больше не внушало страх, но в нём чувствовалась мощь, которую невозможно было игнорировать.

Глава 16. Прозрение

Арден заговорил тихим, спокойным голосом. Он не кричал, не грозил и не угрожал — он просто говорил. Каждое слово звучало так, будто было выверено самой судьбой. Его голос был ровным, почти ласковым, но в нем чувствовалась сила, способная пронзить разум собеседников насквозь.

Казалось, он точно знал, что и как сказать.

Перед взорами Люминарии и Гримгора начали мелькать образы. Не просто слова или мысли, а живые видения, которые проносились перед глазами, как кадры древнего фильма. Они видели рождение душ, их отрыв от материальных тел, их путь сквозь стратосферу и переход в более высокие измерения. Они видели, как эти искры, полные энергии и памяти, становились частью великой системы — системы, которую они, ангелы и демоны, использовали как ресурс. И теперь они понимали, что делают это неправильно. Непростительно неправильно.

Люминария ощутила себя школьницей, которая сидит на уроке физики и вдруг осознаёт, что её знания были лишь верхушкой айсберга. Она всегда считала, что Рай — это порядок, божественное равновесие, святость. Но сейчас, под напором этих образов, она почувствовала, как её уверенность начинает рушиться. В тоже самое время, будто открывая ей новые слои реальности, Арден стал говорить о темной материи, о её роли в поддержании энтропии, о том, как демоны используют этот процесс. Информация хлынула к ней потоком, который раньше был закрыт для восприятия. Это было как внезапный доступ к чужому языку, к чужой истине.

Гримгор переживал то же самое, но с другой стороны. Ему открывались тайны светлых искр, их структура, их влияние на вселенную, их роль в поддержании жизненного цикла миров. Он чувствовал, как его собственные знания, ограниченные годами службы Баалу, рассыпаются в прах. Он не мог отвести взгляда от видений, которые Арден вызывал прямо из воздуха.

Когда Арден заговорил о душе-искре, Люминария затаила дыхание. Её лицо побледнело, зрачки расширились, как будто она получала удар за ударом. Один за другим перед ней возникали образы, объясняющие, что происходит с искрами после смерти. Как они движутся через поля и волны, как дают жизнь новым мирам, как заряжают угасающую энтропию. И как Рай, как и Ад, перекрывает этот процесс.