Артефакт

Ее, самое совершенное создание во Вселенной, погрузят в трюм через люк, вместо того чтобы телепортировать! Ее охватило безумие.

Будь прокляты ааны! Будь проклята их идея унизить ее, подчинив Ключу. Она ненавидела их всеми фибрами своей измученной души. Неужели теперь Ключом станут управлять эти убогие существа?

Какое наслаждение — раздавить, уничтожить этих мерзких полуживотных! Она отомстит им за унижение, ввергнув их в пучину неслыханных страданий, а затем швырнет их в очистительное горнило извечного проклятия органической жизни!

Миша Гайтано ошеломленно смотрел на мониторы грузового отсека. Зеленые огоньки прыгали по его добродушному лицу, подчеркивая густые темные брови и угловатые черты.

— Антиграв не действует! Гордон! Иджима! Спускайтесь вниз. Торопитесь, пока арпеджианцы не обнаружили туннель. У нас нет времени. Обвяжите это чертово яйцо тросами и поднимайтесь обратно.

Конни сидела на мостике, закусив губу и следя за тем, как тросы оплетают чужой корабль. Два человека спустились к артефакту, поправляя петли на его сверкающих боках. Иджима стянул тросы узлом на верхушке, а Гордон скользнул вниз и исчез из виду.

В коммуникаторе послышался отрывистый голос Иджимы:

— Поднимай, Миша! Мы его зацепили!

Натянулись тросы, и артефакт шевельнулся — впервые за бесчисленные миллиарды лет. На скалистом основании не осталось даже следа его пребывания.

Конни невольно поежилась, словно безликое яйцо навевало ей мрачные предчувствия.

— Госпожа Спикер! — окликнула ее Брайана. — Арпеджианцы ускоряются и вот-вот будут здесь.

— Оружейный отсек! — произнесла Конни, поворачиваясь в кресле Сола.

— Мы готовы. — В глазах Фуджики отразилось нетерпеливое ожидание.

Конни бросила взгляд на белые точки, которыми были обозначены приближающиеся суда Арпеджио.

— Внимание пассажирам! По всей видимости, нам придется вступить в бой. Предлагаю закрепить подвижные предметы и укрыться в противоперегрузочных амортизаторах.

Артуриан оторвал взгляд от приборов и поднял лицо:

— Селлерс выйдет на нас, словно мотылек на огонь. Он не может не заметить концентрические окружности. Его могут привлечь даже лучи наших радаров. — Он понизил голос и пробормотал: — Этот туннель зияет у всех на виду, будто яблочко мишени.

Конни откинулась на спинку кресла.

— Окружности видны только в том случае, когда ты входишь в туннель ровно в полдень или в полночь. Мой отец рассмотрел их, лишь просидев несколько часов у телескопа. — Она улыбнулась и подняла руку: — Только не спрашивайте меня, отчего так происходит. Я не знаю. Артефакт окружают загадочные силовые поля. Впервые побывав на его борту, мы поднялись с поверхности спутника и не смогли вновь отыскать эти окружности. Они видны, только если ваше судно прямиком входит в туннель. Иначе окружности словно исчезают, а вместе с ними и артефакт. Однажды отец вошел на челноке в туннель, а я облетела луну вокруг. Я ни на минуту не теряла связь с отцом, видела его судно, но не могла к нему приблизиться. Создавалось ощущение, что его там не было. — Поймав скептический взгляд Артуриана, Конни добавила: — Я знаю, это кажется невероятным. Но ведь и сам артефакт — средоточие невозможных явлений. В сущности, известные нам законы квантовой физики не менее загадочны.

— Чужой корабль уже на борту, — доложил Гайтано. — Пожалуй, я не стану снимать с него тросы. Стандартное трюмное оборудование против него бессильно. Придется закрепить его по старинке.

— Оружейный отсек! — Конни повернула лицо. — Кэл, поставьте у артефакта охрану. Ни один человек, я повторяю — никто, кроме меня и капитана Карраско, не должен приближаться к нему. Вы меня поняли?

Кэл кивнул, на его лице застыло бесстрастное выражение.

— Так точно, госпожа Спикер.

— Арпеджианцы появятся через пять минут, кэп… то есть госпожа Спикер, — поправилась Брайана, не спуская взгляда с прицелов орудий.

— Нам нужно пространство для маневра. Подайте корабль на двадцать градусов к левому борту. — У Конни мелькнула мысль, что им, возможно, удастся спрятаться за горизонтом, прежде чем начать разгон для прыжка, но она тут же с сомнением покачала головой. Белый корпус «Боз» сиял не хуже самого спутника. Каждая скала, каждый кратер были видны словно на ладони.

Окруженный фиолетовыми всполохами, «Охотник» занял высокую орбиту, а остальные корабли Селлерса опустились к планетоиду, ощупывая его датчиками.

— Они исследуют поверхность акустическими волнами, — сказала Боз.

— Должно быть, ищут туннель, — предположила Конни. — Селлерс не тратит время попусту. Боз, выключите оборудование, которое может выдать наше присутствие. Установите на борту нулевую силу тяжести и снимите гравизащиту. Внимание пассажирам и экипажу! Приготовиться к невесомости! Закрепить все подвижные предметы! — Брайана бросила на нее пристальный взгляд и, закусив губу, отвернулась. — В чем дело, старший помощник? Я что-то упустила?

— Никак нет! — отчеканила девушка. — Я сама должна была догадаться отдать этот приказ.

Пучок акустического излучения взрыл почву в трехстах метрах от «Боз», высоко взметнув над ним тучу песка и камней.

— Пресвятые угодники! Как бы не пришлось включить защиту на полную мощность, — чуть слышно пробормотал Артуриан, озадаченно глядя на экраны и тщетно пытаясь проглотить застрявший в горле комок.

— Только если хотите превратиться в мишень, — заметила Конни. — Находясь у самой поверхности, мы поднимем огромный смерч, арпеджианцам останется лишь нацелить бластеры на острие его конуса… и нам придет конец.

Арт медленно кивнул. Его зеленые глаза с тревогой следили за кораблями, продолжавшими поиски.

Брайана смотрела на экраны, все более мрачнея. Она шевельнулась, ее кресло скрипнуло. Медленно тянулись секунды, вместе с ними ускользала надежда. Даже шум корабельных систем, казалось, стал громче и пронзительнее.

«Боз» медленно скользил к горизонту, уклоняясь от хлестких ударов акустических волн.

Конни нервно поглядывала на мониторы.

«Он там, наверху, его холодные глаза прикованы к экранам. Что, если он доберется до меня? Что тогда? Опять насилие, грубое, мучительное, на иное он не способен. Да, опять боль, много боли. Я вновь буду принадлежать ему, пока он не превратит мою душу в выжженную пустыню, а тело — в комок дрожащей плоти. О, у него хватит сил! Могу представить, каким возбуждением вспыхнут его бесстрастные глаза при мысли о мщении! Попытаться смягчить его? Забеременеть? Быть может, у него не поднимется рука на женщину, носящую его ребенка?»

Конни поежилась, чувствуя, как в ее душу забирается леденящий страх.

— Уж лучше смерть!

— Что вы сказали? — срывающимся от волнения голосом спросила Брайана.

— Не обращайте внимания.

Напряжение на мостике возрастало. Констанция физически ощущала неторопливое течение секунд, складывавшихся в минуты. Лоб Артуриана блестел от пота, кончики его усов шевелились, словно у мыши, почуявшей опасность.

Над кораблем проплыла черная громада, закрывая звездное небо.

— Как только мы окажемся за горизонтом, включайте двигатели на полную тягу. Мы сможем сразу включить гравизащиту, чтобы ускорение не размазало нас по палубе?