Артур

– В твоей пустой башке укладывается, что ты мне не нужен? Катись к черту со своими подарками, просто исчезни из моей жизни, козлина! Женись на своих Альбинах и Рузанах, а меня оставь в покое, гад!
– Я швырнула в него ключами и, поудобнее перекинув ремень от рабочей сумки, двинулась к своему подъезду.

– Это перебор, - послышался холодный тон Артура. О, мистер сухарь явился, давненько не виделись. Я обернулась и, сощурившись, прошлась по собеседнику взглядом.

– А судьи кто?

– Ты переигрываешь. Точнее, ты заигралась в своей истерике, Снежана. Пора бы угомониться.

– Может быть, ты и привык играть, а вот я другой человек. Если ты считаешь, что я играю, то тебе тем более пора ретироваться.

– Речь идет не только о тебе и обо мне. Речь идет о наших детях, - сухо выдал Диджев.

– И именно поэтому ты здесь, и именно поэтому ты меня не интересуешь. Просто потому, что если бы детей не было, ты бы сейчас здесь не стоял.

– Если бы, да кабы. Все так, как есть. И я тебе уже больше месяца твержу, что мы можем жить нормальной...

– У нас отличаются понятия нормальности!
– резко перебила его я.
– Для меня ненормально, когда любимый человек спокойно дает тебе уйти, а через три месяца женится на другой, будто бы тебя в его жизни и не было вовсе!
– Я повысила голос, меня начало потряхивать. Артур знатно и регулярно доводил меня до истерик. Если бы он на самом деле заботился обо мне, то давно оставил бы в покое.

– Для меня ненормально, что на мне хотят жениться только из-за детей, которые еще даже не родились, которые не могут определять мою жизнь! Для меня ненормально, что мой избранник не считает нужным любить в ответ меня, просто меня, ровно такую, какая я есть! Уж извини, если меня это не устраивает, вот такая я вот истеричная, перегибающая палку дура!

– Любимый?

– Это все, что ты услышал?!

– Я не хочу тебя ничем оскорбить, Снежинка… не знаю, почему каждое мое действие ты воспринимаешь именно так, но я хочу это исправить, понимаешь? Хочу быть с тобой и с детьми, и без них. Ну, пожалуйста, прости меня, своего мистера сухаря.

– Я... нет...
– Артур странно ухмыльнулся, а затем опустил голову. Поразмышлял о чем-то своем с полминуты, а затем решительно подошел ко мне. Молча, не произнося ни единого слова, он просто обнял меня и позволил разрыдаться. Без осуждения или попытки пресечь, успокоить мою истерику. Я и без того всегда была эмоциональной, это неоспоримый факт, но теперь, когда бушевали гормоны, я и вовсе плохо контролировала себя, но меньше всего мне сейчас нужно было осуждение.

Наверное, Артур каким-то образом это уловил, потому что так больше ничего за нашу встречу не сказал. Только продолжал еще долго обнимать и гладить меня по растрепавшимся на ветру волосам.

Девчонки прожужжали мне все уши о том, какой Артур замечательный. Заботливый, всепрощающий, красивый, терпеливый. Щедрый, как верно заметила Аля, готовый терпеть все мои тараканы, вставила свои пять копеек Аня.

В общем-то, они были правы. Артур так рьяно рвался в роль моего мужа и отца наших детей, что не похвалить его за правильность смог бы, наверное, только законченный грешник. Еще чуть-чуть и у Диджева бы засветился нимб над головой.

Но меня все равно многое смущало. Например, что у нас с Артуром были совершено разные темпераменты. Я не имела никакого представления о том, как мы будем уживаться вместе. И ведь нам было сложно в наш конфетно-букетный, самый легкий и простой период отношений. А теперь впереди маячила двойня, которая обещала поставить наш мир с ног на голову. Даже крепким, устоявшимся парам, порой, было сложно справиться с появлением в их жизнях детей. А у нас их планировалось не абы сколько, а целых двое…

А еще мне было интересно, как же так вышло, что у такого умного и трижды образованного Артура столько лет были закрыты глаза на его ближайшее окружение? То есть, как он мог не видеть очевидных вещей, связанных с Альбиной? И можно было ли верить его словам о том, что ее больше не будет в его жизни, что он вычеркнул ее отовсюду раз и навсегда? Раньше он говорил обратные вещи. Например, что она ему очень дорога, что он привык к ней, что она с ним всю его жизнь, и он любит ее, как сестру. Готов ли он был отказаться от нее навсегда или это было сказано просто, чтобы успокоить меня и получить нужное?

А еще я думала о том, что Артур собрался на мне жениться, но при этом я даже не была знакома с его родителями, и вставал резонный вопрос о том, а знали ли они вообще о моем существовании и том, что со дня на день станут бабушкой, да дедушкой?

Смущало, однако, я все равно не устояла.

Я не поняла, когда и как мы сошлись с Артуром. То есть, вроде бы мы вообще не сходились, но вместе с этим, я понимала, что уже не одна.

Мне было сложно его игнорировать. Странная смесь ощущений. Желание хорошенько побить его, глубокая обида, которая так или иначе рвалась наружу, острое желание оказаться в постели с ним, ну, и постоянная необходимость целоваться, обниматься со своим избранником.

Странный-странный мозг. Ученые верили, что партнеров мы себе выбираем никаким не сердцем, а именно мозгом. Так вот, что же с моим было не так, что я выбрала себе столь сухого и холодного мужчину? И почему мне так нравилось находиться рядом с ним даже после того, что он сделал и, самое главное, собирался сделать? Почему мозг или сердце, или неважно какой другой орган, выбрал именно из тысяч других?

Хороший вопрос, отличный, я бы даже сказала, но ответа на него у меня не было.

До родов оставалось относительно немного времени, и я старалась все успеть. Заработать, купить, прочитать. Правда, в какой-то момент Артур от работы меня все же отговорил. И не сказать, чтобы я очень сопротивлялась. На самом деле, ездить на заказы было тяжело, несмотря на подарок Артура в виде новехонького автомобиля, который просто летал по городским дорогам. Находиться стоя на ногах часами было непросто, часто болела спина и все больше мне требовались покой и отдых. Из салона я ушла раньше, договорившись с хозяйкой, что она ждет меня обратно через полгода, а заказы я просто перестала брать. Так я полностью сосредоточилась на предстоящей беременности.

Сегодня с утра мне привезли кроватку, и я успела ей очень обрадоваться, правда очень скоро моему бурному восторгу пришел конец. Ее ведь нужно было еще и собрать.

Девчонок дома не было, они были на работе, Аня вовсю готовилась к отъезду, а Артур торчал в полиции с утра до ночи. Но с последним я все же решилась выйти на связь во видео звонку.

Удивительно, но он не поднял трубку. Ни с первого, ни со второго, ни даже с третьего раза. Я звонила на обеде и думала, что он охотно со мной пообщается, возможно, даже поможет в сборах, но нет. Он не ответил и на обычный звонок, а также на сообщение в ватсапе. С тех пор, как мы сошлись, он демонстрировал другое поведение, Артур всегда отвечал, поэтому я напряглась. Сильно.