Аспирант. Часть вторая

лужайке, постояла словно прислушиваясь к какому-то своему внутреннему

чувству потом тряхнула головой и заявила:

— Это убийство не имеет никакого отношения к тем предыдущим.

– Вы уверены?
– встрепенулся дядя Герман.

– Уверена.

– Полностью уверены?
– дядя Герман не скрывал, казалось, своих

сомнений.

– Полностью и бесповоротно, - утвердительно ответила ему Заварзина, -

эта женщина вообще погибла не здесь. Ее привезли сюда значительно

позже, уже после наступления смерти.

– А у вас не было сомнений сразу в том, что это дело рук нашего маньяка?
–

спросил дядю Германа Павел Трофимович.

– Да как сказать, - ответил ему он, - сначала может быть и не особо

сомневался, а утром узнал результаты вскрытия, да, действительно убили

ее в другом месте, а потом привезли сюда в лесополосу и здесь бросили.

Кто-то решил под маньяка сработать. Вопрос кто?

– У нее был муж?
– спросила Юлия.

– Разведена.

– Все равно. Возможно, были какие-то конфликты с бывшим мужем.

Любовник? Но главное не в этом. Тот, кто все это организовал явно в курсе

темы про серийного убийцу. Слишком хорошо он знает все детали. По-моему, Герман Валентинович вам надо искать этого “икса” где-то среди

своих.

– Да уж, - с досадой в голосе произнес дядя Герман и сплюнул на снег.

– Я так понимаю, что Юлии Сергеевне больше нечего добавить нового?
–

высказался Дмитриев, - может быть тогда поедем отсюда?

Обратно мы возвращались молча. Дядя Герман высадил меня с Юлией во

дворе ее дома, попрощался и укатил к себе на службу. Павел Трофимович

слез еще раньше.

– Зайдешь ко мне?
– спросила меня Заварзина.

Я пробурчал себе под нос нечто невнятное утвердительным тоном и

согласно кивнул головой.

Дома Юлия пристально посмотрела на меня и потом спросила:

– Ну что Санечка все продолжаешь выказывать мне свое

нерасположение?

– Да ничего я не выказываю.

– Выказываешь, выказываешь. Обижаешься на то, что я никак не

соглашусь с твоими аргументами?

Я промолчал в ответ. Юлия продолжила:

– Видишь ли Санечка я вполне понимаю тебя, но и ты должен понять, что

моя позиция не есть плод простого бабьего упрямства. Ты думаешь я не

думала обо всем этом? Думала еще как думала. Не забывай то, о чем ты

знаешь из моих рассказов о будущем, к тому же весьма скупых я пережила

в своей жизни. И ты должен и видеть, и понимать, что я пытаюсь в меру

своих сил, конечно, хоть в самой минимальной степени уменьшить

количество трагических событий, ожидающих нас в ближайшем будущем.

Кое-что я уже предотвратила причем с твоей помощью.

– Не знаю как-то это все ничтожно и мизерно, особенно если учесть то, что

ожидает и страну и всех нас совсем скоро, - возразил я.

– Откуда ты знаешь, как отзовутся наши действия в грядущем? Пусть даже

сейчас они видятся ничтожными и мизерными! Ты читал рассказ Рея

Брэдбери “И грянул гром?”.

– Не люблю Брэдбери. Люблю Янга.

– О “Девушка - одуванчик”! Прекрасный рассказ! Кстати, в какой-то мере

перекликается с рассказом Брэдбери. Так вот у Брэдбери путешественник

во времени случайно раздавил в далеком прошлом бабочку. А вернувшись

назад не узнал свое настоящее, изменились даже правила орфографии. Ты

понял к чему говорю это я?

– Понял не дурак. Изменения правил орфографии, конечно, не хотелось

бы. Я в старых то если честно не очень-то волоку, а если еще и новые

появятся боюсь совсем зашьюсь.

– Кстати учти мы уже и так, как я полагаю, весьма ощутимо влияем на

будущие события, правда не могу понять в какую сторону. Вон уже под

покровительство комитета попали, хотя я этого пыталась избежать всеми

силами. Ну что мир?

– Мир, мир. Ты мне лучше вот, что скажи этого маньяка, все-таки поймали в

итоге или как я понимаю он, так и остался неизвестным?

– Какого маньяка?

– Ну что ты Заварзина ей-богу дурочку-то включаешь?
– возмущенно

воскликнул я, - а за кого сейчас разыскивают в том числе и с твоей

помощью? Или дядя Герман ошибается и никакого серийного убийцы на

самом деле нет?

– Никакого маньяка в это время в Величанске и его окрестностях не было. И

убийств этих не было.

– Ты, что шутишь?

– Отнюдь. Собирая материалы для своей книги, я самым внимательным

образом проштудировала криминальную хронику середины восьмидесятых

годов. В том числе с опорой и архивные материалы. И со всей

ответственностью могу заявить тебе, что ничего подобного в нашем городе

не происходило.

– И как это понимать?

– Не знаю. Тут возможны разные гипотезы. От пресловутой бабочки, а

судя по всему, с момента моего перемещения сюда я передавила их не одну

дюжину, до того, что я попала все же не точно в свое прошлое, а в некий

параллельный мир очень схожий с тем из которого я пришла, но в то же

время кое- в чем и отличный от него. Кстати, в этой действительности

подлинная я не уже не существую. По крайней мере телесно.

– Так что же нельзя исключать и того, что твое знание о будущем тоже не

точно?

Заварзина в ответ лишь пожала плечами.

— Это, кстати, еще одна причина Санечка по которой я предпочитаю не

форсировать свои действия и замахиваться на грандиозные свершения.

– Да, возможно, что ты не так уж и не права, - произнес я, а как быть с этим

новым убийством?
– резко переменил я тему разговора.