Аспирант. Часть вторая

– Никак. Это не маньяк. Да ты и сам слышал слова Германа

Валентиновича. Скорее всего это кто-то из его коллег решил сработать под

маньяка. Уж слишком хорошо все обстоятельства этот некто знает. Хотя

надо сказать, что сработал он все же плохо. Очень неточно.

– Слушай Заварзина гляжу ты разбираешься в этом как заправский сыщик.

Откуда у тебя это? Или ты самородок? Наша мисс Марпл?

– Саша я же тебе рассказывала, что была журналисткой, освещала

криминальные темы. Причем журналисткой была серьезной, а не так, чтобы

что-то вроде мелкого репортера из желтой прессы. Я же несколько книг

написала. Кстати, в свое время помогла вывести кое-кого на чистую воду.

Само собой имела плотные контакты с органами. Так что в этой теме я

далеко не новичок. И о серийных убийцах и их поимке писать тоже

приходилось. Одним словом, навыки имею. Приобрела...

Спустя несколько дней я узнал от Юлии, то, что ее предположения насчет

возможного убийцы оказались полностью верными. Дядя Герман позвонил

ей и сообщил, что убийцу взяли, что он оказался из “своих”, и пообещал

рассказать подробности потом при личной встрече.

Через пару дней мы зашли к нему домой, и он поведал нам

обстоятельства дела. Оказалось, что женщину убил любовник, капитан

милиции, которого она шантажировала, требуя развестись с женой и

жениться на ней. Помимо возможной огласки их отношений которой не

хотел этот капитан, у него имелись еще кое-какие грешки, о которых знала

его любовница. Справедливо опасаясь разоблачения с ее стороны, тем

более что женится на ней он совсем не желал и зная по своему служебному

положению об объявившемся серийном убийце и том характере, который

носят совершаемые им убийства, это капитан решил убить свою любовницу

имитировав почерк маньяка с целью увода следствия на ложный путь.

– Мерзавец он, Сашок, законченный мерзавец. Убил женщину, а у нее, между прочим, маленький ребенок от него же был. И как хитро все удумал.

Мол спишу все маньяка и все будет шито-крыто, - с возмущением в голосе

рассказывал дядя Герман.

По тому как он обращался к Заварзиной, по его тону я понял, что ее акции

в его глазах поднялись еще больше. У меня уже не было сомнений, что это

дело было своего рода очередным тестом ее способностей и теперь дядя

Герман вполне доволен его результатами.

— Все это очень хорошо, - сказала Юлия, - но как я понимаю, к очень

большому сожалению, поиски маньяка пока увы стоят на месте.

Дядя Герман в ответ на эти слова лишь развел руками. Юлия грустно

промолвила в ответ:

– Тяжело осознавать, что мы с вами беседуем тут в полной безопасности, а

убийца быть может в этот момент заполучил в свои руки новую жертву. И

еще тяжелее осознавать, что надо ждать очередного убийства в расчете на

то, что он на этот раз где-то ошибется и тем самым даст наконец в ваши

руки какую-то реальную зацепку, которая позволит наконец выйти на его

след.

Глава 4

Между тем постепенно приближались Новогодние праздники. Я помнил об

обещании Заварзиной приехать наконец-то ко мне в Старо Петровск для

знакомства с моими родителями. Я решил напомнить ей об этом и в один

из дней спросил ее:

– Слушай Юль, помнится ты обещала съездить на Новый Год ко мне домой

и наконец- то познакомится с моими дорогими предками. Ты еще не

передумала совершить этот смелый поступок?

– А что разве произошло, что-то такое, что заставило бы меня забрать

данное обещание?
– ответила мне Заварзина и добавила, - а излишней

забывчивостью я как ты мог убедиться не однократно я не страдаю. Так что

поедем в твой Старо Петровск, не волнуйся. Познакомлюсь с

потенциальными новыми родственниками.

В университете тем временем наступила пора зачетов у студентов. В этом

году, поскольку мне уже было доверено самостоятельное ведение занятий, я уже активно участвовал в их принятии пока правда в качестве ассистента.

В общем предновогодняя неделя выпала достаточно хлопотливой.

Вечером 29 декабря коллектив кафедры традиционно собрался проводить

“Старый год”. Все было почти так же, как и год назад и как на предыдущих

мероприятиях подобного рода. Все почти так же, за исключением, пожалуй, того, что мы с Юлией решили больше не соблюдать правила “конспирации”

и не скрывать наших отношений тем более, что о них знала уже вся

кафедра.

Поэтому мы сидели уже не в разных концах стола и Юлия ухаживала за

мной, как и я за ней. Пашкевич одобрительно посмотрел на нас покивал

головой и произнес:

– Александр, Юлия, я смотрю вы уже так сказать тесно сдружились друг с

другом. Осмелюсь спросить не стоит ли нам ожидать в скором времени

очередной кафедральной свадьбы?

– Что касается меня то я очень на это надеюсь Дмитрий Олегович, - ответил

я ему.

– Очень хорошо Александр, просто замечательно, ничто так не скрепляет

рабочий коллектив нашей кафедры как браки между ее сотрудниками: Тем

самым коллектив превращается в семью, - назидательно произнес

Пашкевич.

– Помнишь, как год назад я проводил тебя до твоего дома, хотел

напроситься на чашку кофе, а ты в ответ отшила меня?
– сказал я Юлии на

ухо.

– Конечно помню. Помню молодого нахала, который вдруг почему-то

решил, что я должна непременно растаять от этого его предложения и

пережить бурный восторг. Молодой нахал не понимал, что кроме

нахальства других интересных качеств у него, что-то не обнаруживалось.

– А год спустя, что - ни будь переменилось?

– Конечно переменилось. Молодой нахал оказался при ближайшем