Атланта

Впереди зашевелились кусты, и из них появился всадник. О'Брайен выхватил пистолет. Тревор Венгер поднял вверх руки; его коричневый пиджак распахнулся.

Форчен оглянулся, но больше никого не увидел. Он насторожился и начал прислушиваться к каждому звуку.

– Не двигайся с места!

– Я не вооружен и со мной никого нет, – сказал Тревор Венгер.

– Это и смущает меня, – отрезал Форчен.

– Думаю, что ты не пристрелишь безоружного старика.

На какое-то мгновение они замолчали.

– Тебе удалось обвести Гарвуда вокруг пальца и забрать моего внука, и… Послушай, я дам за него тебе миллион долларов.

Форчен покачал головой.

– Даже десяти миллионов будет недостаточно.

– Ты плохо представляешь себе, что такое один миллион за маленького мальчика. Ты молод… У тебя будет дюжина таких мальчиков.

– Убирайся с моей дороги, Венгер, – сказал Форчен, чувствуя, как в нем начинает закипать ярость.

– Когда я смогу встретиться с ним? Форчен посмотрел в черные глаза Венгера.

– Никогда! Ты никогда не встретишься с ним, не поговоришь и даже близко не подойдешь. Ты не увидишь его до тех пор, пока он не вырастет, и я не смогу уже контролировать, где он и что делает.

– Ты негодяй! – бросил Венгер. Его пылающее лицо исказила угрюмая гримаса.

– Убирайся с дороги!

– Ты не сможешь спрятать его от меня. И в следующий раз тебя не просто изобьют плетью. Я не остановлюсь на этом и доведу дело до конца, а потом отниму без труда мальчика у той женщины… Я заберу своего внука, О'Брайен, но тебя уже не будет в живых, и ты не узнаешь об этом.

– Все мои знакомые знают, что мы ненавидим друг друга. А некоторым известно, как ты избил меня. Думаю, мне удастся убедить их в том, что я спустил курок в целях самообороны. А теперь убирайся с моей дороги!

Тревор Венгер развернул свою лошадь и скрылся за деревьями. Форчен тоже повернул коня и через лес поехал домой. Нужно предупредить Бадру, чтобы он не спускал глаз с Майкла, когда с ним нет Клер или Пенти.

После разговора с негром О'Брайен поехал на завод другой дорогой. Он решил менять свой путь каждый день.

Однажды воскресным вечером Форчен вернулся в гостиницу к восьми часам, и они вместе пошли поужинать. Выйдя из гостиничного кафетерия, он взял Клер под руку.

– Туда, Майкл, – сказал он и кивком головы указал на дверь. Потом обратился к жене: – Пойдем посмотрим наш новый дом.

Мальчик вприпрыжку бежал впереди них.

– Майкл меняется. Он стал более живым и не таким настороженным, – глядя на Майкла, заметила Клер.

– Он просто растет. Я сегодня подъезжал к дому: строительство идет полным ходом. Хотелось бы знать, какую мебель тебе хочется поставить в дальнюю гостиную и в спальнях. Кое-какую мебель я уже заказал.

Форчен помог ей сесть в экипаж. Она расправила свое голубое муслиновое платье, и Форчен, после того как Майкл забрался на заднее сиденье, сел рядом с Клер. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки. Они поехали вниз по улице. Их обдувал приятный легкий ветерок. Миновав Файв Поинтс, экипаж свернул на Пичтри-стрит. Когда они проезжали мимо красивого большого особняка, Клер подумала, удастся ли ей когда-нибудь привыкнуть жить в таком огромном доме и без зависти смотреть на своих соседей. Она не могла представить себе свой собственный дом.

– Наш дом будет большой?

– Да, Майкл… Очень большой…

– А у меня будет своя комната?

– Конечно, будет. Мы купим тебе книжные полки, и ты поставишь туда свои книги.

– У меня не очень много книг.

– Их станет больше, когда ты вырастешь. Форчен взглянул на Клер.

– Ты молодчина, что научила его читать.

– Он интересовался книгами с самого раннего детства. К тому же нам иногда подолгу приходилось сидеть в своей комнате и никуда не выходить.

Они остановились возле участка земли, на котором все еще росли три высоких дуба. Под их раскидистыми ветвями было свежо и прохладно.

Строители уже начали возводить стены дома. Клер смотрела на это огромное сооружение и не верила, что однажды поселится в нем.

– Давай подойдем поближе, – нетерпеливо сказал Форчен, спрыгнул на землю и помог сойти Клер.

Майкл выбрался из экипажа.

– Скоро уже построят стены… Папа, ты говорил, что у меня будет большая спальня.

– Да, будет. А еще мы проведем водопровод в дом, как у дяди Рафферти.

– Ух ты!

Майкл, слегка наклонившись вперед, стремглав помчался к дому. Вокруг росла высокая трава, у бочки с водой лежали бревна и доски. Форчен обнял Клер за плечи, и они направились по тропинке к строящемуся зданию. Сердце Клер трепетало, когда она шла рядом с О'Брайеном. Его объятие было легким и дружеским, но прошло уже несколько недель с той ночи, когда он ворвался в спальню и начал страстно ее целовать.

– Форчен, я получила письмо от отца. Он пишет, что поправляется и осенью, когда мы переедем в новый дом, он бы хотел приехать к нам, если будет себя хорошо чувствовать.

– Это замечательно, Клер. – Форчен взглянул на нее. – Мне бы не хотелось, чтобы ты сейчас уезжала в Шарлотт и забрала с собой мальчика.

– Тебя тревожит Тревор Венгер. Он уже пытался встретиться с Майклом?

Клер посмотрела на угрюмое лицо и плотно сжатые губы Форчена и поняла, что встреча состоялась.

– Он знает, что его внук здесь. Венгер остановил меня на улице и сказал, что хочет видеть мальчика. Но я категорически ответил, что он никогда не увидит его.

– Форчен, он все равно увидит его. Ведь мы живем в одном городе! По-моему, это неправильно: не позволять ему поговорить с внуком.

– Мы уже все обсудили, Венгер и близко не подойдет к моему сыну, – сказал Форчен, и у него на скулах заходили желваки.

Клер прикусила губу. «Форчен никогда не скажет «наш сын», – подумала она. Но именно так она думала о Майкле. За долгие годы мальчик стал ей родным, и теперь Клер не сможет думать о нем как о чужом ребенке.

– Измени свое решение. Тревор Венгер – родная кровь Майклу. И я уверена, что в нем есть и что-то хорошее.

– Нет, – отрезал О'Брайен, отошел от Клер и провел рукой по кирпичной кладке камина, которая находилась там, где вскоре будет располагаться гостиная. – Если ты хочешь, чтобы в доме стояла еще какая-нибудь мебель, скажи мне. Деньги пусть тебя не беспокоят. Если бы у нас были финансовые затруднения, я бы сказал тебе. Когда откроется мой завод, и дела пойдут хорошо, я возьму вас с Майклом в Европу. Там мы сможем еще купить мебель и переслать сюда.

Форчен внимательно посмотрел на качество плотницкой работы, а потом добавил: