Атомный сон (Cборник)

– Да кто ты такая…

– Я – Дневной Дозор, мальчик, – улыбается Алиса. – Алиса Донникова, ведьма. Так что цыц. Садись.

Присмиревший Костя садится рядом. Алиса продолжает есть мороженое. Сообщает:

– Представляешь, такая запарка, пообедать некогда. Заработаю себе язву в молодые годы… На кого учишься, мальчик?

По возрасту они почти ровесники, вряд ли Алиса намного старше, но Костя явно выглядит «подчиненным».

– На биолога, – отвечает он.

– Замечательно! – в полном восторге говорит Алиса. – Дай я догадаюсь? Дай, дай, дай! – хлопая в ладоши, как ребенок, повторяет она.

Костя отворачивается.

– Хочешь стать великим ученым и научиться превращать вампиров обратно в людей, – торжественно говорит Алиса. – Или хотя бы жить без человеческой крови. Верно?

Костя молчит. Алиса со смехом отбрасывает за спину недоеденное мороженое, обнимает парня за плечо.

– Да ты не сердись. Ты хороший мальчик и очень симпатичный. Жалко, что вампир, а то мы могли бы и подружиться.

– А так не можем? – уточняет Костя.

– Не люблю низшие формы Иных, – морщится Алиса. – Ладно-ладно, шучу. Среди моих друзей даже есть вампиры. Ты мне лучше ответь, Костя, каким образом среди твоих друзей оказался Светлый маг Антон Городецкий?

– Ты никогда не была изгоем, – с вызовом говорит Костя. – Тебе было с кем поделиться… своими умениями. А представь, что на всю Москву нас меньше сотни? И при этом рядом живет Иной, который от тебя не шарахается… как от прокаженного.

– И это повод дружить со Светлым?

– Да. Был повод. Он нас не презирал… жалел, наверное, но не показывал этого… – Костя старается не смотреть Алисе в глаза.

– А потом он прикончил одного из ваших, – кивает Алиса. – Знаю-знаю. Нет, я ничуть не осуждаю тебя, Костя. Любой Темный вправе делать все, что он хочет. Даже дружить со Светлыми. Ты мне лучше расскажи немного про Антона.

– Зачем?

– Я не обязана отвечать, – говорит Алиса. – Но скажу. Антон Городецкий подозревается в серийных убийствах Темных. Особенно низших и слабейших: оборотней, вампиров, бескудов…

– Чушь какая-то… – неуверенно говорит Костя.

– Но это так, – продолжает Алиса. – Скажи, он никогда в разговорах не называл себя судьей? А случалось такое, что несколько дней Антон ходил взбудораженный, сам не свой, а потом вдруг резко успокаивался? Ты не видел у него предмет, похожий на деревянный нож?

– Нет, – неуверенно говорит Костя. – Да не настолько хорошо я его знаю…

– Может быть, он расспрашивал тебя про Темных? – спрашивает Алиса. – Где собираются оборотни, где любят проводить время вампиры… у вас же есть свои любимые местечки…

Костя напряженно думает. Качает головой:

– Я мог и сам что-то рассказывать… да не сумел бы он так притворяться!

– Он может не понимать, что делает, – говорит Алиса. – Неприязнь к Темным копится, потом помрачение сознания, и…

Она проводит рукой поперек шеи. Вздыхает.

– Зачем ему это? – спрашивает Костя с недоверием.

– Зачем? Это у нас с тобой, – подчеркивая «нас», говорит Алиса, – все разумно. А у Светлых на первом месте – «долг» и «убеждения». К разуму они отношения не имеют.

Алиса спрыгивает с парапета. Говорит:

– Ладно, дружок. Вспомнишь что-нибудь – звони в Дозор. И будь поосторожнее, если столкнешься со своим соседом на темной лестнице.

Она уходит, а Костя так и остается сидеть.

Кабинет Гесера.

Антон сидит перед шефом, тот выжидающе смотрит на него.

Наконец Антон произносит:

– Вы знали?

Гесер вздыхает:

– Я подозревал. У тебя нет алиби? Ни на одно убийство?

– Нет.

Гесер барабанит пальцами по столу. Потом отвлекается – берет дорогую авторучку и сосредоточенно помешивает оранжевый порошок, стоящий в тигле над маленькой спиртовкой, прямо на столе.

– Что это, Борис Иванович? – спрашивает Антон.

– Страшный яд… – мрачно говорит Гесер. – Шучу я, шучу… высушенная и размолотая кожура одного редкого вида орехов. Без вкуса и запаха, никакими эффектами не обладает… если не приложить немного магии. Что будем делать, Антон?

Антон пожимает плечами:

– Постараюсь чаще бывать на виду. Ведь возможны новые провокации?

Гесер кивает:

– Это правильно. Одному – только в туалет. И то, если по маленькому…

Открывается дверь, в кабинет входит Ольга. За дверью видна маленькая комната отдыха с уютной обстановкой.

– Как и предполагали? – спрашивает она.

– К сожалению. Полагаю, у Антона есть два-три дня, потом Дневной Дозор предъявит обвинение. Ты готова?

– Готова. – Ольга вздыхает.

Антон вертит головой, ничего не понимая. Спрашивает:

– Но зачем им устраивать за мной такую охоту?

– Ты помешал Завулону. Ты, дорогой мой, стал его личным врагом. А у него очень немного живых врагов… – Гесер резко поднимается, берет с огня тигель. – Антон, встань с Ольгой спина к спине. Я произведу небольшое магическое воздействие… не пугайся и не пытайся сопротивляться.

Антон подчиняется. Шепотом спрашивает:

– Что вы придумали?

– Сейчас узнаешь, – так же тихо отвечает Ольга. – Ты помог мне, а я сейчас помогу тебе. И ручаюсь… это будет необычно.

Гесер подходит к Ольге и Антону. Берет из тигля щепотку порошка, сыплет на пол, обводя вокруг них круг. Остатки порошка он высыпает на головы Ольги и Антона. Отходит на шаг, будто любуясь работой.

И произносит несколько слов на странном незнакомом языке…

Очертания Ольги и Антона становятся нерезкими, размытыми. Воздух вокруг них дрожит, будто от невидимого жара, они заключены в мутную колонну, их фигуры размываются, растекаются, переплавляются друг в друга…

Когда все кончается, Ольга и Антон все так же стоят спина к спине, только теперь они поменялись местами.

Ольга вдруг поднимает руки, смотрит на них – маникюр, серебряные кольца… И начинает кричать.

Гесер, устало присевший на край стола, терпеливо ждет. Вмешивается Антон – берет Ольгу за плечи, встряхивает, прикрикивает:

– Прекрати! Ты мужик или истеричная баба?

«Ольга» внезапно замолкает. И отвечает:

– Теперь не знаю. Что вы сделали, Борис Иванович?

– Истинное перевоплощение, – говорит Гесер. Вытирает со лба пот. – Не было времени тебя уговаривать, Антон… а ты бы не согласился. Зато теперь пусть попробуют Темные устроить для тебя провокацию.