Атропос

Ц.И. был лишен предрассудков и условностей. Это позволяло ему принимать максимально эффективные решения там, где люди роптали. Для выживших в четвертой мировой войне он стал настоящим мессией, голосом разума, источником истины, непоколебимым лидером, в котором нуждались люди, потерявшие все на свете.

Полтысячи людей на дне Тихого Океана были выброшены на обочину истории. Они лишились всего во что верили, всего, о чем знали. Все их страхи стали явью.

Люди и раньше совершали много ошибок, развязывали войны, допускали распространение пандемий, устраивали холокост и геноцид, подрывали ядерные бомбы, становились причиной вымирания тысяч биологических видов, способствовали нагреву атмосферы и изменениям в климате, отравляли почву и воду, плодились и размножались, нисколько не сдерживая свою безграничную алчность в накоплении и потреблении ресурсов. Словом, ошибок было совершено множество. Но после всех них всегда оставался второй шанс — возможность все исправить. Время шло, ошибки прошлого сглаживались и стирались из памяти, и люди могли восстанавливать свой оптимизм, они снова начинали смотреть в будущее с надеждой. Популяция быстро восстанавливалась, города отстраивались по новой и становились еще больше и еще богаче, появлялись новые поколения, которые верили в то, что процветание будет длиться вечно. Даже самые страшные ошибки со временем становились всего лишь засечкой на временной шкале. Но только не в этот раз.

Земля была уничтожена до самого основания, атмосфера стала непригодной для людей, все природные ресурсы расщепились на элементарные частицы. На поверхности людей ждала смерть. В подводном убежище дела обстояли немногим лучше. Запас ресурсов позволил бы им прожить пару сотен лет, но какое будущее ждало их детей? Жизнь под толщей воды, истощение ресурсов и голодная смерть? Проще было признать провал, взяться за руки и вскрыть шлюзы, чтобы тонны воды избавили их от страданий.

За время существования люди изобрели тысячи Богов, и у каждого было свое имя. Они создали множество социальных институтов, в которые тоже поверили: деньги, банки, игры, языки, титулы, правительства, ленинизм, коммунизм, социал-демократия, либертарианство, джихад и ученые степени. На последних этапах существования цивилизации люди с религиозным фанатизмом отдавали свою веру корпорациям, преклонялись им, защищали от нападков и сами нападали на всех неугодных. Люди в силу своей доверчивости могли верить в принципе во что и кого угодно, но неизменной оставалась вера в человеческую уникальность, силу разума, способность находить выход из любой ситуации и светлое будущее. Когда они увидели, к чему привела их вера, они от нее отреклись. Если человеческий разум стал причиной погибели мира, то следовало покорно принять смерть и избавить Вселенную от допущенной ошибки.

Ц.И. не позволил людям наложить на себя руки. С его прагматической точки зрения этот поступок был лишен всякого смысла. Жизнь оставалась жизнью, какой бы трагической она ни была. Ее сохранение и продолжение являлись смыслом сами по себе, даже если все остальные смыслы были утрачены. Лишить себя жизни намерено было все равно, что совершить преступление против мироздания. Поэтому когда люди провалились депрессию, Ц.И. напомнил им о том, что значит жить и ради чего стоит продолжать бороться. Он пообещал людям, что через несколько сотен лет их дети смогут вернуться на планету и наладить жизнь на поверхности снова, если они доверятся ему и будут неукоснительно следовать его указаниям.

Люди пошли за ним без оглядки, и когда он объявил им свои требования, предложил переделать их генетический код ради выживания человечества, они вверили ему свои цепочки ДНК без колебаний. Так наступила новая веха генной инженерии. Ц.И. сдержал свое слово. 37 поколений спустя люди, наконец, смогли выбраться на поверхность. Через 50 поколений Homo Cosmicum были готовы для покорения космоса.

Теперь им предстояло преодолеть сотни миллионов километров по пути на орбиту Юпитера. Под управлением видоизмененных людей Лахесис повернулся к Юпитеру и готовился к ускорению. Фотонные двигатели сократили время путешествия с двух лет до одной недели. Они дали людям необходимую скорость, чтобы путешествовать по Солнечной Системе так же легко, как люди когда-то могли путешествовать по Земле на наземном транспорте. Генная инженерия, в свою очередь, подарила людям тела, способные выдержать перегрузки от сверхвысоких скоростей, космическую радиацию и психологическое давление замкнутого пространства. Обновленным людям опасности космоса были не страшны. Они с героическим бесстрашием готовы были броситься в пропасть и выбраться оттуда живыми.

Миша провел последние вычисления и обратился к экипажу:

— Корабль стабилен, курс намечен. Мы готовы ускоряться.

Глава 4. Европа

Первую половину пути Лахесис наращивал скорость, словно отталкиваясь от Земли. Тело металлического паука было вытянуто вперед, а лапы собраны в тугой пучок сзади. В таком положении он напоминал комету. Преодолев половину пути, Лахесис воспользовался инерцией, чтобы сделать кульбит подобно акробату. Его лапы вытянулись вперед, и оставшуюся часть пути он тормозил двигателями на широко расставленных конечностях, избегая столкновения с Юпитером.

Лахесис мягко вышел на орбиту массивной планеты, и, словно цепляясь невидимой паутиной за центр его силы тяжести, сделал несколько витков вокруг, теряя набранную скорость. В конце концов, он понизил скорость до 45.000 километров в час, синхронизируя собственное вращение по орбите с вращением планеты. Прежде чем это произошло, полосы Юпитера пробегали перед взором астронавтов с чудовищной скоростью, превращаясь в бесконечно бегущий поток из ярких красок. В голове от такого становилось дурно даже у подготовленных людей.

Когда же корабль поймал геостационарную орбиту, и планета перед кораблем перестала вращаться, астронавты смогли как следует его рассмотреть. Массивная фигура газового гиганта растянулась на все поле зрения. Справа налево и сверху вниз, она была повсюду и давила на вчерашних студентов своей могущественной аурой.

Издревле все живые существа умели сопоставлять свои размеры с размерами других существ, оценивать свои силы и слабости. Перед лицом превосходящего по силе противника они, как правило, пугались и спешили убежать подальше от источника опасности. В тот момент Лахесис был не более, чем блохой, зажатой под подошвой гиганта. «Беги, спасайся или будешь размозжен» кричали обстоятельства во весь голос. Но управляемый людьми паук не собирался никуда убегать. Он был силен и храбр непропорционально крошечным размерам. Своими фотонными двигателями он противостоял огромной силе гравитации космического монстра и готов был бросить ему вызов. Люди на борту корабля чувствовали себя хозяевами положения и наслаждались видами, как когда-то давно на Земле кто-то любовался морскими закатами или лесными пейзажами.

Джерри, один из членов экипажа, достал небольшой карманный блокнот из внутреннего кармана и принялся делать зарисовки.

— Что ты делаешь? — обратился к нему Людовик.

— Хочу забрать с собой небольшой сувенир. Не каждый день есть возможность нарисовать Юпитер с натуры, знаешь ли.

Джерри был прямым потомком известного канадского художника Джерри Уайта и носил часть его генов. От него он унаследовал способность к рисованию. Мистер Уайт был первоклассным художником, его выставки пользовались большим спросом по всему миру. В своих неофутуристических работах он изображал людей, живущих в гармонии с роботами. На его полотнах люди и роботы вместе прогуливались по оживленным проспектам мегаполисов, любовались видами на лоне природы, вместе играли с собаками и отправлялись в магазин за покупками. Джерри Уайт образца 22 века был одним из тех, кто защищал право искусственного интеллекта на самовыражение. Он был большим поборником справедливости и не разделял интеллект на искусственный и неискусственный. Для него оба были равны по праву своего существования. Он считал, что люди должны конкурировать с нейросетями и совершенствовать свое мастерство, чтобы выиграть в честной борьбе или с достоинством проиграть ее. Он даже издал несколько нейрокниг, в которых множеством аргументов обставил свою главную мысль: «Искусство — это не прерогатива человечества, а привилегия разума вообще». Перед своей смертью в возрасте 159 лет Мистер Уайт завещал свой геном проекту по сохранению генофонда. Спустя несколько сотен лет Ц.И. передал его лучшие гены дальше вместе с именем Джерри. Художественный талант и ясность мышления обрели новую жизнь в его потомке.

Быстро-быстро острый конец карандаша забегал по листу бумаги, и вскоре на нем появилась практически идеальная сфера, внутри которой с высокой точностью была воссоздана бушующая атмосфера Юпитера. Рисунок отличался детализацией и реалистичностью. Все равно, что черно-белый фотоснимок планеты в высоком разрешении. Забавно, но других способов запечатлеть планету у них не было.

— Ребята, посмотрите, — Сергей ткнул пальцем в иллюминатор, указывая на левый бок планеты.

Все астронавты примкнули к стеклу, чтобы посмотреть, что там.

— Прервать синхронизацию, — отдал указание Миша, и Лахесис сорвался с геостационарной орбиты, позволяя планете вращаться.

Красный бок планеты стремительно увеличивался в размерах. Вскоре овальная фигура красного цвета сформировалась на поверхности Юпитера, вызывая пугающие ассоциации. Было похоже на то, что у планеты появился зрачок, а вся она превратилась в гигантский космический глаз, который приметил висящую в воздухе мушку и собирался посмотреть на нее поближе.

— Синхронизация, — скомандовал Миша.

Двигатели Лахесиса вновь заработали, и для членов экипажа вращение Юпитера словно остановилось. Глаз вселенского монстра уставился прямо на корабль своим красным зрачком.

Джерри лихорадочно пытался перевернуть слипшиеся страницы блокнота, испуская про себя всяческие ругательства. Когда у него это получилось, страница быстро начала наполнятся новым изображением.

Экипажу Лахесиса представилась возможность заглянуть в самое сердце ада. Если ад и существовал в этой Вселенной, то выглядел именно так. Из недр газового гиганта произрастал ураган, не имеющий равных себе в целой галактике. Он скрутил в спираль невероятные объемы газа и продолжал их раскручивать вот уже несколько тысяч лет. Впервые открытый на Земле в 1664 году, он, то уменьшался, то увеличивался в размерах. В середине третьего тысячелетия он чуть было не исчез навсегда, столкнувшись в тяжелой схватке со вторым по размерам на планете ураганом.