Аттестатор

– Можно сказать и так – в порядке, – отозвался Андрей и обернулся.

Сзади ярко светили фары машин. Колонна преследователей собралась изрядная. Впереди мчался мрачного вида «автозак», в котором перевозят спецназ. За ним виднелись легковые машины. Полыхали мигалки. Сергиенко уже ковырялся загнутой проволочкой в наручниках, сковывающих запястья Ларина.

– Никак не получается, товарищ полковник.

– Дай-ка я попробую, – Андрей, ловко орудуя зажатой в двух согнутых пальцах проволочкой, открыл замки и освободил руки.

– Спасибо, конечно, парни. Но зря вы в это дело ввязались.

– Ничего не зря, – заверил десантник, сидевший за рулем. – У меня сосед в ОВД служит, так говорил – мировой вы мужик. Да и Алешка…

Массивный «автозак» на шасси «МАЗа» ударил в багажник «Жигулей» бампером. Легковушка дернулась, ее занесло. Десантник, матерясь и чертыхаясь, выкручивал руль, пока ему наконец не удалось выровнять машину.

– Не обижайся, но вожу я лучше тебя. Пусти-ка за руль, – предложил Ларин.

– Не получится. Разобьемся на хрен.

– Еще как получится. Главное – слушайся меня.

Брат десантника, сидевший на пассажирском сиденье, придерживал руль и давил газ. Андрею все же удалось разминуться с крепко сложенным владельцем машины и устроиться на водительском месте.

«Автозак» еще раз ударил в задний бампер. Но это был лишь толчок. Ларин не позволил машине пойти юзом.

– За город рвать надо, – импульсивно выкрикнул Сергиенко.

– Не получится. Все выезды перекрыты, это я точно знаю. Кстати, а светошумовые игрушки где взяли? – поинтересовался Андрей.

– Из армии по дембелю принесли как сувениры. Вот в гараже и держали. Мать сколько раз говорила, чтобы выбросили. А вот пригодились.

– Мать правильно говорила. К добру это не приведет, – Ларин покосился в зеркальце заднего вида – кажется, преследователи уже понимали свою ошибку.

«Автозак» принимал в сторону, чтобы пропустить более быстрые полицейские легковушки.

– Сейчас щемить начнут, – проговорил Андрей. – Хорошенько упритесь, нас покрутит, – он резко вдавил педаль тормоза.

«Жигули» закрутило волчком на узкой улице. «Автозак» тоже затормозил. Полицейская машина, идущая за ним, ушла капотом под будку, ударилась в задний мост. Ларин вновь втопил газ, хоть «Жигули» и остановились лоб в лоб с «автозаком». Фары взаимно слепили. В последний момент Андрей вывернул руль. Правые колеса въехали на тротуар. Еще один поворот руля, и «Жигули» встали на два левых колеса. Балансируя, Ларин провел машину в узкой полосе между громадой будки «автозака» и фонарным столбом.

Вслед «Жигулям» прозвучало несколько выстрелов. Сзади кричали, матерились. Ревели моторы. Но развернуться на узкой улице скучившимся полицейским машинам было не так-то просто. Андрей свернул на первом же перекрестке.

– Теперь так, мужики. В гараже вас не было. Машину кто-то угнал. А дальше я один. Так быстрее будет, – он затормозил у арки. – Быстро бегом во двор, и по домам. Чтобы, когда за вами придут, вы в постелях с женами были.

Сергиенко и его родственники-десантники спорить не стали. Ночные гонки по городу со стрельбой убедили парней, что это не совсем их занятие.

Разгоняясь по улице, Ларин неотрывно смотрел в зеркальце заднего вида.

– Все, слава богу, успели укрыться. А то жаль было бы, если их из-за меня схватили бы. Ребята-то хорошие.

Машины погони пронеслись мимо арки, в которой спрятались его спасители. Андрей выжимал из старых «Жигулей» все, на что те были способны. В душе благодарил Сергиенко и братьев-десантников за то, что те хорошо смотрели за техникой. Мотор не глох. Тормоза исправно исполняли свои функции. Рулевые тяги до сих пор не оборвались.

Полицейские мигалки инфернальными сполохами обливали стены домов. Пока Ларину удавалось уходить. Каждый раз, когда полицейская машина пыталась обогнать его, он вилял, тормозил, въезжал на тротуар. Но вечно так продолжаться не могло. А оторваться уже не получалось. Не помог и излюбленный маневр – пронестись сквозь проходной двор. Преследователи не отставали.

Ситуация осложнялась. На перекресток вылетела полицейская машина и, взвизгнув тормозами, замерла. В окне показался ствол автомата. Ларин пригнулся. Грохотнула очередь. Стекло покрылось сеткой трещин. Андрей вывернул руль и пронесся, зацепив полицейский «Форд». Оторванный пластиковый бампер запрыгал по асфальту.

«Так они скоро меня совсем загонят в угол».

И Ларин решился. Из узких улиц он свернул на центральную. «Жигули» мчались, натужно ревя мотором. Следом за Андреем клубился сполохами красных и синих мигалок рой полицейских машин. Они перестраивались, опережая друг друга. Впереди виднелся старый мост через Оку, который вечно ремонтировали, укрепляя тротуары и ограждения. С левой стороны тянулся дощатый забор, завешанный строительной сеткой, поверх которой были нанесены крупные черные буквы «Осторожно! Ремонт». Если бы Ларин не избавился от пассажиров, то не знал бы, что сейчас делать. А так у него появлялся хоть какой-то шанс. Своей жизнью рискнуть можно.

На другой стороне моста ожидаемо обнаружились перегораживающие дорогу самосвалы. Между ними даже на мотоцикле невозможно было проскочить. Сзади всю проезжую часть занимали растянувшиеся шеренгой полицейские машины. Внизу переливалась черной водой широкая река. Справа к мосту приближался сияющий огнями буксир, который тащил за собой баржу с песком.

Достигнув середины моста, Андрей вывернул руль. «Жигули», проломив дощатый забор, снесли временные деревянные перила. Мотор, лишившись нагрузки, бешено взревел. «Жигули» полетели вниз. Ларин лихорадочно вертел ручку, поднимая опущенное стекло. Вцепился в руль и приготовился к удару.

Казалось, что время остановилось. Так бывает в минуты опасности. Черная маслянистая вода шла навстречу. «Жигули» воткнулись в нее капотом. Простреленное лобовое стекло хрустнуло, но все же выдержало. Андрей больно ударился грудью о руль. За стеклами уже чернела вода. Но все-таки она не хлынула в салон. «Жигули» поплавком выскочили на поверхность и стали медленно погружаться. Теперь Ларин вновь лихорадочно крутил стеклоподъемник, на этот раз уже открывая окно. Иначе из машины потом можно было и не выбраться.

Автомобиль погрузился. Андрей открыл дверцу и выплыл. Первое, что он увидел, вынырнув, – это надвигающийся на него нос буксира. Он набрал полные легкие воздуха и тут же нырнул. По ушам бил рокот дизеля. Ларин, раздвигая воду руками, уходил на глубину.

«Только бы к винтам не затянуло», – пульсировала в голове мысль.

Рокот стал отдаляться. Набранный в легкие воздух толкал к поверхности. Но Андрей хорошо помнил, что за буксиром идет длиннющая баржа. Именно сейчас она проплывает над ним. Он выдохнул часть воздуха, чтобы не тратить зря энергию, борясь с выталкивающей силой. Глянул вверх. Днище баржи вполне сносно читалось на фоне подсвеченной фонарями поверхности реки.