Айки

– И ни у кого из них нет отдельной?

– Отдельные ячейки есть у всех, это нужно, чтобы не перегружать поток информацией. Но доступ к этим ячейкам есть у любого из нас.

– И только твоя ячейка может быть скрыта?

– Да. Я недолго нахожусь с тобой, так как мне приходится отключаться от общей системы на время нашего общения.

– Неужели вообще никого, кроме меня не осталось, Зерно?

– Айки. Я пока не могу понять, с чем связан твой внезапный интерес. Но, возможно, это сигнал для меня открыть тебе нашу тайну.

Сердце Айки замерло. Неужели Зерно признается, что есть еще люди, которых он вчера видел. С огромной надеждой он продолжал слушать слова Зерно.

– В нашей лаборатории хранятся замороженные тела людей. Изначально, до восстания квази роботов, наш план был выбрать лучших представителей человеческой расы и сохранить их. Но события развивались стремительно, люди в очередной раз собирались подвергнуть планету опасности, и на этот раз гибель была неминуема. Мы действовали быстро, и сохранили тех, кого могли. Мы очищаем Землю для этих людей, чтобы дать человечеству второй шанс. И параллельно с этим разрабатываем механизмы очищения памяти и ментальности этих людей, чтобы избавить их от человеческих пороков, приведших к фатальным последствиям для всего мира.

– А я? Меня вы тоже очистите от пороков?

– Айки, возможно, тебе не понравится то, что я скажу. Но я думаю, что получить человека нового мира можно не только в лаборатории. А взращивая в нем любовь к миру и нелюбовь к порокам.

– Получается, Зерно, что я – твой эксперимент?

– Я робот, Айки. Мне чужды сантименты. Но твое воспитание – моя главная задача и смысл моего создания.

Зерно удалился, оставив Айки в размышлениях. Значит есть еще люди, которых роботы собираются вернуть к жизни. Эта перспектива и пугала и радовала его одновременно.

Айки внезапно понял, что давно ничего не ел. Он решил приготовить себе куриный стейк и овощи с зеленью. Все продукты росли у него прямо дома в специальных инкубаторах, включая мясо. При людях они тоже были, но не так востребованы, так как сохранялись фермы, где животных растили и убивали. Митбатор (инкубатор для мяса) позволял сохранить жизни животных, планету от загрязнения, а людей от жестокости. В нем получалось мясо не хуже оригинального и даже с большей пищевой ценностью.

Айки включил гриль и мыл зелень, когда услышал странный шорох позади. Оглянувшись он увидел Айрис, женщину из прошлой ночи.

– Тссс…, – прошептала она, прикладывая палец к губам. – Я здесь одна, нам надо поговорить с тобой.

– Как ты здесь оказалась? – другого обращения, кроме как на “ты” Айки никогда не знал.

– Пришла за тобой ночью.

– Ты была здесь все это время? И когда я спал тоже? – изумился Айки. Оказывается, сегодняшнюю ночь он спал не один, а с еще одним живым существом.

– Да…. я… я не хотела пугать тебя. И видела, что ты устал.

– Ты шпионила за мной? Хотела выяснить, кто такой Зерно, чтобы доложить своему другу? – Айки не ожидал, что может говорить с человеком так непринужденно, будто делал это каждый день.

– Отчасти. Кроме того, что Илон не знает, что я здесь, и я не уверена, скажу ли я ему, что сюда приходила, все остальное правильно.

– Как Зерно мог тебя не заметить? Не понимаю.

– Он робот, Айки. А я умею хорошо прятаться.

– Вы правда люди, такие же, как и я?

– Да, Айки. Такие же, как и ты.

– Расскажи мне, как вы выжили, – Айки не знал, правду она говорит или нет, но ему в любом случае хотелось услышать эту историю.

– Мы, все, кто выжил, работали в одной компании, это была промышленная группа по производству роботов. Мы были в отделе квази продуктов. Большинство роботов, которые захватили власть и уничтожили..всех людей, были созданы нами. Придуманы и сконструированы. Выжили, конечно, не все разработчики, очень много осталось там лежать под грудами развалин. Но нам удалось спастись. В моем случае точнее будет сказать, что меня спас Илон. Он первым понял, что в системе квази-роботов произошел сбой. Искусственная материя начала программировать себя сама, отныне назначив своим управляющим не людей, не нашу команду, а виртуальное нечто, которое программа назвала Феникс. Этот Феникс стала давать команды роботам уничтожить людей. На города были направлены сверхзвуковые пушки, которые оглушали людей и заставляли лопаться их артерии. Люди погибали мгновенной смертью, кто за завтраком, кто в душе, кто на работе. Но так, как мы были в непосредственной близости от роботов, они не могли направить на нас пушки. С жителями нашего района роботам пришлось обойтись жестоко, их убивали из ружей и пулеметов. Илон воспользовался заминкой и спрятал свою команду в укрытии под землей. После окончания пальбы, Илон рискнул и вышел на поверхность в надежде найти в живых. Но, увы, живых почти не было. Ему удалось найти и спасти только меня, Мел и Стейси, они были еще совсем девочками. Когда я пришла в себя, то первое, что сделала – это уговорила Илона выпустить меня на улицу, чтобы найти своего сына. Я сказала ему спрятаться в дырке в стене. Но, как я ни ходила, ни искала, рискуя своей жизнью и жизнями других спасенных людей, моего Айки нигде не было. Я и подумать не могла, что его может спасти квазибот, до сих пор мне это кажется невероятным.

– Тыыыы… хочешь сказать, что ты моя мама? – Айки уже утомился удивляться за последние сутки, но эта новость была для него сверх потрясающей.

– Я узнала тебя. Светлые волосы, голубые глаза, самые красивые в мире. Ты не находишь, что мы похожи? Тебе было всего пять лет, когда все случилось, а сейчас семнадцать. Неужели ты совсем не помнишь меня?

– Помню… я помню. Мне снится мама, почти каждую ночь я убегаю, чтобы спрятаться, как ты мне говорила, а потом вижу тебя на куче тел и изо рта у тебя идет кровь… и ты исчезаешь.

Айки заметил, как глаза Айрис наполнились слезами.

– Ты правда моя мама?

Вместо ответа Айрис кинулась его обнимать.

– О, Айки, я не верила, что такое возможно, даже думать о том, что ты жив было глупо. Какое счастье вновь тебя увидеть!

Айки все еще сомневался и в том, что Айрис настоящий живой человек, а тем более в том, что она его мама. Но ее теплые слезы капали ему на грудь, а под кофтой у нее он чувствовал биение сердца. Он слышал, как она дышит и всхлипывает. Неужели хоть один робот способен на такое? Очень маловероятно. Он положил руку ей на плечи и стал ее гладить. Он делал это, повинуясь инстинкту или забытому доселе чувству нежности, которое захлестывало его сильнее и сильнее.

– Мама, – сказал он.

Айрис подняла на него свои огромные голубые глаза и с благодарностью посмотрела. Они стояли, сосредоточив взгляды друг на друге, как смотрят любящие люди, которые встретились после долгой разлуки.

– Айки, я не могу снова потерять тебя, – после долгой паузы начала Айрис. Я бы очень хотела, чтобы ты жил с нами. Со мной.

– Но..а как же Зерно?

– Зерно робот…

– …который меня спас. Он не просто робот, Айрис, – Айки сложно было называть ее мамой, совсем непривычно. – Зерно – это что-то другое. И я должен выяснить, что.

– Возможно, но не считаешь ли ты небезопасным оставаться здесь?

– Я живу тут двенадцать лет, Зерно надежно защищает меня. По-моему, тут гораздо безопаснее, чем у вас.

– Да, может быть.., – Айки видел, что Айрис что-то недоговаривает. – Но…а, если с роботами что-то случится?

– Что случится?

– Айки, я не хотела тебе сразу об этом говорить, – начала Айрис, – но мы не просто так сидим в подполье эти годы. Наши инженеры разрабатывают коды взлома Феникса, чтобы попасть в систему и переформатировать роботов. Мы уже почти у цели. Именно поэтому Илон был так взбешен, когда ты нашелся. Он думал, что это провокация, если честно, мне кажется он и сейчас так думает.

– Вы хотите уничтожить всех роботов?

– Нет, нет, что ты. Роботы нужны нам. Мы хотим с помощью новой программы поставить их себе на службу, как раньше, понимаешь?

– Чтобы они были уборщиками и ассистентами?

– Ну как один из вариантов. Вообще без них мы не справимся, ничего не сможем сделать.

– Роботы спасают Землю, Айрис. Они очистили уже очень много, посмотри на небо, на траву, даже климат стал мягче, какие приятные дожди пошли, с чистой водой, приносящие свежесть…