Айя

— Общий сбор через два часа в моем зале совещаний, — произнес полковник. — Белови, еще раз ты позволишь себе… — закричал он и оборвал свой крик, глядя, как сайкаирянка понимается во весь рост и поворачивается к нему.

Лицо, словно застывшая маска, на котором засохла чужая кровь, и руки, что продолжали трястись, даже когда она провела ими по своим волосам, глядя куда-то в пол. Девушка подошла к нему и, подняв глаза, на дне которых он прочел ужас, тут же отвернулась, уходя прочь. У самой двери она остановилась и согнулась пополам, сплевывая на пол все, что съела утром.

Райвен посмотрел на сестру, которая не спешила вставать со своего кресла, и подошел к сайкаирянке, кладя свою тяжелую ладонь ей на плечо.

— Добро пожаловать на войну, капитан Белови, — произнес он. — Рапорт о том, что произошло, подадите позже.

* * *

Айя вышла из подсобки и направилась по коридору вперед. Все метались, затаскивая в операционные полуживые тела и то, что осталось от людей. Кто-то бросил ей в руки оторванную ногу в пакете. Что ей делать с ней? Положить в лед?

— Не стой! В холодильник — и пошла за следующими!!! — прокричал кто-то.

Айя тут же бросилась к отсеку холодильных камер. Открыв его она увидела сваленные в кучу останки человеческих тел… Айя прижалась к стене и, вкинув туда ногу, закрыла тяжелую дверь.

— Юга… Что же это такое…

— Деревийка! Бери сумку и вперед на «раздачу»! Нужны руки на сортировке!

— Куда идти?! — спросила Айя, хватая с пола одну из множества санитарных сумок.

— Гвен! — услышала она голос старшей медсестры. — На сортировку в шестой ангар! Быстро!!!

Айя кивнула в ответ и, перекинув через плечо тяжеленную поклажу, побежала к шестому ангару.

Что творилось там — нельзя было вообразить… Они все были похоже на мясо… Много живого человеческого мяса…

— Эй, ты! — окликнул ее кто-то. — Ищи тех, на ком нет наклеек. Осматриваешь, накладываешь фиксирующие повязки! Черный на лоб тем, кто умер. Красный — для тяжелых, кому нужен срочный осмотр врача. Желтый — для тяжелых, которые могут подождать. Зеленый — всем остальным. Поняла? — спросил ее мужчина-хирург, которого она никогда раньше не видела.

— Да, — кивнула головой Айя и побежала туда, где с вновь прибывших кораблей выносили тела.

Красный, черный, красный, красный, красный, желтый, зеленый, красный, красный…

— Ты что делаешь?! — завопил кто-то за ее спиной. — Нельзя всем красный клеить! Тем, кто дышит хорошо — лепи. Остальным — черный!!!

— Но…

— Мы не сможем им помочь! Красный тем, кто хорошо дышит!!!

Айя отвернулась и посмотрела на молодого мальчика в форме, лежащего перед ней. Рук нет по плечи… Синий весь… Еле дышит…

— Черный лепи и пошла! — раздалось над самым ухом Айи.

Девушка достала из сумки черную ленту и, сняв защитную пленку, налепила ее на лоб мальчишке. Он повернулся в этот момент и, не понимающе, посмотрел на нее.

— За что? — спросил он и выдохнул.

Айя приложила руку в окровавленной перчатке к его векам и закрыла их. Черный…

Глава 5

На совещании за закрытыми дверями говорил только Райвен. Его монолога, о том, что на данный момент у них нет новой информации о предполагаемом месте нахождения эпицентра, кажется, не слышал никто.

После возвращения Эрика перестала разговаривать с Бронаном. Из солдат, что приставили к ним, не выжил никто. Террей и Йори до совещания просто лежали на одной кровати, обнявшись, и плевать им было на то, что кто-то мог стать свидетелем их поцелуев или шепота, обращенного друг к другу. Из их бойцов выжило лишь двое, и то, только потому, что Террей приказал им остаться на корабле. Айрин сидела за столом, погруженная в собственные мысли, и отстукивала пальцами странный причудливый ритм. Данфейт лежала на кровати рядом с Кимао и просто молчала. Зрячий перебирал пальцами ее мокрые волосы и только это, кажется, волновало его в данный момент.

Орайя забрался на свободную кровать на втором ярусе и уставился в потолок. Он смутно помнил, как получил сообщение из Центра и вернулся на корабль, подняв его в воздух. Странно даже, сильный аркаин — а чего-то не помнит.

— А где Айя? — разрушил его голос всеобщее молчание.

— В шестом ангаре, — ответила Эрика. — Я видела ее, когда мы прилетели.

— И как она?

— Не знаю, — пожала плечами Эрика. — Там пострадавших принимают. Ей повезло. Ни убивай, ни стреляй… Просто, ходи и расклеивай этикетки на лица, — усмехнулась тианка. — Как на товар во время распродажи!

— Думаешь, сортировка пострадавших — это просто? — повысил тон Орайя.

— Малышке пора взрослеть. Это — война, а не очередное приключение в виртуальной игре. Слабакам здесь не место.

— Прекрати называть ее «малышкой»! — подала голос Данфейт. — Она — твоя ровесница, между прочим.

— Что? — воскликнула Эрика, не понимающе глядя на подругу.

— Осбри сказал, что ей уже двадцать два, — подтвердил Кимао.

— Вот тебе и «на»… А я все малышка, да малышка… Двадцать два, а ведет себя, как ребенок. «Спасибо», «извините», — покривлялась Эрика.

— Не у всех же такой длинный язык, как у тебя, — ответил Орайя и перевернулся на другой бок.

— Это что только что было? — не поняла тианка.

— Намек, — буркнул Бронан. — Рот не закрывается, хотя со мной говорить не хочешь. Уймись, наконец. Видишь, это напрягает остальных?

Эрика подбоченилась и замолчала. Спустя минут двадцать их вызвали на совещание. И теперь они сидели во всем знакомом зале и так же продолжали молчать.

— Новые данные поступят в течение нескольких суток. До этого времени мы останемся на орбите в этом квадранте. Рапорты от вас я должен получить в течение часа. Это все. Свободны!

Все тихо поднялись со своих мест и поплелись к выходу. Все, кроме Айрин Белови, которая продолжала сидеть и отбивать пальцами по столешнице знакомый ритм.

— Белови, у Вас есть вопросы? — спокойно спросил Райвен, присаживаясь на стол рядом с ней.

Найти задержалась на минуту, но когда увидела, что брат подает ей знак скрыться с глаз долой, вышла следом за остальными.

— В чем дело, Айрин? — повторил свой вопрос Райвен и наклонился к ней.

Глаза девушки были устремлены куда-то вперед. Казалось, будто она и вовсе не слышит его.