Бабье лето

– Ш-шш… Он может тебя услышать. – Вирджиния пыталась остановить приятельницу.

– Это его машина стоит возле дома? – спросила Джейн.

– Да, – шепотом подтвердила Вирджиния.

– Где же он? – интересовалась Джейн.

– Наверху… В душе, – ответила Вирджиния.

– Ага! Чем дальше, тем веселее. – Джейн хлопнула Вирджинию по плечу. – Молодец, подружка!

Вирджиния схватила Джейн за руку и уволокла на кухню, где опасность быть услышанными была не столь велика.

– О Господи! – Джейн широко открытыми глазами обозрела кухню. – Что здесь творилось? Полагаю, оргия, – с восторгом заключила она.

Вирджиния почувствовала, что краснеет.

– Мы не прибрались после ужина, – смущенно оправдывалась она.

– Ужина? – Сунув нос в кастрюли, сковородки и тарелки, Джейн отправила себе в рот недоеденный крекер. – По мне, это больше похоже на завтрак, обед и ужин сразу. Из этого, разумеется, следует, что вы были заняты более волнительными делами?

– Не твое дело, – огрызнулась Вирджиния.

– Эй, да ведь это я посоветовала тебе заняться этим. Не помнишь? – подсказала Джейн.

Как бы Вирджиния ни любила Джейн, она почувствовала себя предательницей, позволив своей лучшей подруге охарактеризовать случившееся между ней и Болтоном как «заняться этим».

– Все совсем не так, как ты думаешь, Джейн, – оправдывалась Вирджиния.

Что-то в виноватом тоне подруги заставило Джейн насторожиться. Она пристально посмотрела на нее.

– Эй, сейчас… О Господи! – Джейн плюхнулась на стул. – Мне нужно что-нибудь выпить…

Вирджиния достала из шкафчика две чашки.

– Горячий чай или кофе? – спросила она.

– Мне все равно, если только ты положишь туда побольше сахару… – простонала Джейн.

Пока Вирджиния кипятила воду, отмеряла растворимый кофе, добавляла сливки и двойную порцию сахара в чашку Джейн, между закадычными подругами царило молчание. Восстановив душевное равновесие, Вирджиния откинулась на спинку стула, наслаждаясь утренним кофе.

– Никогда не видела тебя такой… пылкой, – заметила Джейн.

– Мне хорошо. Даже более, чем хорошо – замечательно, – призналась Вирджиния.

Джейн с такой силой опустила свою чашку на блюдце, что фарфор громко зазвенел. Перегнувшись через стол, она схватила Вирджинию за руки и крепко их сжала.

– А теперь послушай меня, Вирджиния. Не смейстроить никаких иллюзий. Не смейговорить, будто ты влюбилась, – предостерегла она.

– Хорошо. Не буду, – согласилась Вирджиния.

Наверху, в спальне, послышались шаги Болтона. Выглянув в приоткрытую дверь на лестницу, Вирджиния таинственно улыбнулась.

– Вирджиния… – предупреждающе зашипела Джейн, – держи себя в руках…

– Я не собираюсь совершать никаких глупостей, Джейн, – заверила приятельницу Вирджиния.

– Но почему мне в это не верится? Может, потому, что ты умудрилась лечь в постель с дубовыми листьями в волосах? Или это из-за засосов на твоей шее? – острый глаз Джейн замечал все.

Вирджиния подтянула повыше воротник.

– Вспомни про Гарольда, – напомнила Джейн.

– Это было шесть лет назад, – уточнила Вирджиния.

– Ты считала, что он лучшая приправа к ломтику хлеба, – добавила Джейн.

– Он недолго водил меня за нос, – оправдывалась Вирджиния.

– Ты уже была на полпути к алтарю, когда выяснилось, что с твоей помощью он собирался оплатить свои карточные долги, а остатки твоих денег истратил бы, путешествуя по Европе. – Джейн была жестокой.

– Все верно. Я тогда ошиблась. Но я не собираюсь идти к алтарю с Болтоном Греем Вульфом. Я не совсем сошла с ума. – Разговор прервался, наступила гнетущая тишина. – Джейн не сводила пристального взгляда со своей подруги. – Я не хочу тебя слушать, Джейн.

– Что? Да ведь я ничего не сказала, – удивилась Джейн.

– И не говори, – предупредила Вирджиния.

Они услышали посвистывание и звуки шагов на лестнице. Вирджиния улыбнулась, будто наступил канун Рождества, и она удостоилась личной аудиенции у Санта Клауса.

– Полагаю, наша пробежка отменяется, – промолвила Джейн.

– Мы еще набегаемся, Джейн… когда Болтон вернется в Аризону, – утешила ее Вирджиния.

– Ловлю тебя на слове, Вирджиния, – сказала Джейн, но Вирджиния уже не слушала ее – в дверном проеме возник Болтон, и ничто больше для нее не имело значения.

5

– Привет, Болтон, пока, Болтон. Давай, действуй! – сказала Джейн, но они ее не слышали.

Болтон прислонился к дверному косяку, взял из рук Вирджинии чашку с чаем и поднес к губам, а она опустилась на стул, не сводя с него восхищенного взгляда.

– Ты смотришься невероятно, – произнесла Вирджиния и облизнула вдруг пересохшие губы.

– То же самое я думаю и о тебе, – с блеском в глазах проговорил Болтон.

Если бы подобный комплимент произнес любой другой мужчина, это прозвучало бы как лесть. Однако Болтон всегда говорил то, что думал, и говорил правду, даже когда признавался в любви. Вирджиния ничуть не сомневалась, что Болтон Грей Вульф любит ее. Но что станется с его чувствами, когда ему исполнится сорок, и многие женщины все еще будут оборачиваться ему вслед, а ей будет пятьдесят три, и на ее появление отреагируют разве что газетчики, если она все еще будет известной писательницей.

– И не только думаю, но и строю планы… – вымолвил он, бесшумно приближаясь к ней со страстным желанием в глазах.

Он сдернул с нее халат и, уложив ее на кухонный стол, овладел ею, и она мгновенно выбросила из головы все сомнения.

Снова и снова он доводил ее до исступления, а когда она стала уверять, что в ней уже не осталось ни капельки страсти, он доказал, как она ошибалась. Они опять вознеслись на вершину блаженства.

– Мой воин, – шептала Вирджиния, еще крепче прижимая его к себе и не желая отпускать его ни сейчас, ни в будущем. – Мой доблестный, сильный, красивый воин из племени апачей.