Башни Эквеллора

— Будете в долгу, — поправил его старый ветеран и ушел, уводя за собой Мист, чтобы разместить ее на сон в комнате племянницы, и пожевывая сушеное мясо, видимо, ностальгически вспоминая про походную еду.

— Я забираю то, что остается после моих жадных сестер и брата, — как будто бы почти согласился Грэнаш.

— И хочешь того, что достается им, — Мейли наклонил голову, глядя в пепельную крутоверть. Грэнаш качнулся к нему, и полубесплотная рука тронула мага за обгоревшие волосы у лица.

— Ты отдаешь мне себя?

— Отдам, когда придет мой час. Когда я не смогу противиться и стану падать, сожри меня — если мы договоримся.

— И что ты хочешь за себя, обломок мага?

Мист уснула, кажется, в ту секунду, как голова ее коснулась подушки, и проснулась только от настойчивой побудки ближе к вечеру. Ей снился какой-то сумбур, смесь произошедших событий, схваток и бесконечной ходьбы, но на сей раз убитые ею не пришли по ее душу, и Мист даже немного сожалела по этому поводу. Самопроизвольно проваливаться в пространство доменов она не умела, а вот сбегая от мертвецов, в истерике — справилась бы. А совет Мейли, или даже краем оброненная информация ей сейчас не помешали бы. Однако, Мейли она так и не увидела, зато увидела незнакомую девушку, которая, собственно, и пыталась ее добудиться.

— Вставай, вставай, милая, — скзаала она, заметив, наконец, реакцию на свои попытки. — Ужинать зовут, и тятя велел всех к столу собрать, как Эйн заповедовал.

— Если Эйн заповедовал ужинать, я с этим полностью согласна, — моментально сориентировалась Мист, садясь на своей лежанке и пытаясь привести в порядок ленивые и отекшие со сна мысли.

— Только надо умыться и причесаться, — тактично сказала дочка хозяина, критически оглядев гостью. — А то немного похоже на страшную ведьму.

Мист сочла за благо не сообщать ей о том, что она, собственно, страшная ведьма и есть, поэтому никаких эксцессов так и не произошло.

На просторной кухне собралась уже вся немалая семья: хозяин дома, его жена, трое остальных детей, какая-то пожилая родственница и Предейн, и оба спутника Мист в придачу. Правда, Эррах сидел отдельно ото всех, в уголке, спиной к миру — зато, в отличие от остальных, уже наворачивал. Это вполне искупало место на отшибе, на взгляд девушки.

— Так вот, — сказал Предейн, когда благодарственная молитва Эйну была прочитана и первый голод утолен. — Поспрашал я сегодня по городу, и, может, остальные мне что дополнят. А, говорят, на той стороне реки молодой господин мертвый убивает людей, а знают это потому, что двое человечков от него сбежать успело. Только лица они его не видели, мол, в капюшоне был, да по описанию — прямо таки Вейларис, как он бродит. Плащ серый, одежка такая эдакая.

— То есть, это мог быть абсолютно любой человек в сером плаще, — подытожил Торрен, с аппетитом наворачивая рагу. — А в лицо где его видели? Откуда-то же пошли слухи, что это именно он?

— Я слышала, — робко начала племянница. — Что его первый раз встретил один из десятников стражи на мосту Раздора. Тот десятник и в замке служил, поэтому узнал молодого лэра. И с тех пор на мостах и у реки его и видят чаще всего.

— Я слышала, ему и еду оставляют, как живому, — вставила Мист. — Интересно, где.

— Вот на мостах и оставляют, — выпалила девушка и покраснела под пристальным взглядом отца.

— Ты-то откуда знаешь, красота моя? — мягко поинтересовался Предейн. Мист знала этот тон — обычно именно им хитрых студентов подговаривали рассказать секреты внеклассных похождений, и этот тон очень быстро превращался в шипение змеи, стоило получить нужную информацию, которая зачастую содержала факты нарушения правил и норм Университетского бытия.

— Дак, дядь, — она подняла на мужчину смущенный взгляд. — Говорят, заколдован молодой лэр, а вовсе не призрак и не мертвец. А кто его расколдует, на той он и женится.

— И вы, девоньки, за ним, что ли, бегаете? — так же мягко спросил Предейн, под столом явно прихватывая своего брата за полу одежды, чтоб не вскочил.

— А чем плохо, вдруг это я его расколдую? — ляпнула девушка, и тут ее отец не выдержал, взревел как ранненый зверь, вскакивая.

— А тем, что ль не понимаешь, что он убить может!

— Он не убивает никого! Здесь не убивает, — храбро ответила девушка. — На нашу сторону он ходит, как домой.

— А в наш дом он как домой еще не ходит? — возмутился Ларек. — С ума, посходили, что ль, девки-дуры! Ладно еще, когда всякие профессорши за призраками бегают, а вы?

— Да не призрак он! — девушка тоже вскочила на ноги и притопнула ногой. — Вайра говорила, руки у него плотные…ой, тятя, тятя, ты что делаешь?..

Брат Предейна, добравшись до дочери, ухватил ее поперек тела, закинул на плечо и поволок куда-то, видимо, воспитывать.

Мист невозмутимо продолжила жевать, проглотила и только потом подытожила.

— Итак, на этой стороне бродит заколдованный принц, которого юные девы пытаются расколдовать и еще и кормят, а на другой стороне реки он превращается в жестокого убийцу и держит всех в страхе, мешая по вечерам выходить из дома. И ловить его надо у реки.

— Как-то так, — задумчиво подтвердил Торрен, печально подперев рукой подбородок. — Может он правда живой, только заколдованный?

— Не слишком на это надейся, — посоветовала Мист. — Значит, как стемнеет, идем тоже на охоту за принцами.

— Надеешься, это ты его того, расколдуешь? — хмыкнул Предейн.

— Нет, надеюсь, что Рах, — спокойно ответила Мист. — Спасибо за ужин, и за помощь спасибо, — она поднялась и поклонилась и хозяйке, и Предейну, и пошла к своему временному обиталищу. Племянница Предейна появилась через несколько минут, лохматая, красная, злая, растрепанная, потирающая сквозь юбки зад. Она обиженно зыркнула на Мист, и со стоном опустилась на свою кровать животом вниз.

— Осерчал отец? — спросила Мист осторожно.

— Ох и осерчал, — вздохнула та. — А за что? Ну, ходили мы с девчатами в ночи на мост…Ну, носили для него еду. Что, кому-то вред причиняли? Нет же. Даже на другую сторону не ходили, а на этой он добрый.

— Добрый?

— Ну, скорее, равнодушный. Вайра даже его потрогала, когда он еду брал. Вайра храбрая у нас.

— А вы не подумали, что он мог и сменить настроение? — вкрадчиво сказала Мист. — Он мог не по реке разделение проводить, а, например, где под определенным наклоном лунный свет падает, или что еще такое.

— Да разве, — пробубнила девушка и снова потерла зад сквозь ткань. — Ох, и всыпал мне тятя! Как я завтра в цех-то пойду?

Мист потерла запястье в задумчивости, потом все таки достала из кармана валяющейся на лежанке куртки один из пузырьков и сказала:

— Поскольку пострадала ты из-за нас, косвенно, я тебя сейчас вылечу, но ты уж отца не расстраивай, делай вид, что тебе больно.

— Правда, вылечишь? — девушка подняла от кровати лохматую голову. — У вас в университете так умеют? Дядя сказал, ты профессорша.