Башня мертвых

Одно из щупалец выступило подобно мне, только это, в отличие от остальных, не содержало жидкость и вообще не было прозрачным. Мы были одной ширины и, кажется, одних намерений. Я замер. Щупальце коснулось моего левого плеча. Вивай ахнула, а я решил не уверять ее в своей безопасности, ведь любое неверное движение вполне могло эту потенциальную безопасность разрушить. Щупальце, поддерживая незамысловатый ритм продолжало касаться моего плеча, с каждым разом ударяя все сильнее. От последнего столкновения я покачнулся и решил принять ответные меры. Я прислонил к отростку ладонь, успокоив его. От плавных поглаживаний мозг застонал. Мне было сложно выбросить из головы интимный подтекст, но в итоге я заменил его обычной лаской питомца своим хозяином.

Пластины были холодными и шершавыми, все в зазубринах. Ему было еще больше лет, чем гидроторам. Рождаются ли они такими или все это дело рук безумного Создателя? В последнее время я все чаще задумывался о том, а не обладает ли сама башня разумом? Смерть призналась мне в своей непричастности как минимум к созданию «начинки» для этажей. «Собрание сочинений» должно иметь авторство.

Мозг очнулся от дремы, в которую я его погрузил и как прежде воспарил. Снег под ним разлетелся в стороны, запорошив и меня. Все это время чужеродные звуки были едва слышны, но теперь вновь завладели пространством.

Мозг протянул щупальце к дверям, и те распахнулись.

– Ну наконец-то. – сказал Альтер и зашагал к выходу.

Не отводя глаз от нашего нового знакомого, держась за руки, мы с Вивай погрузились в темноту тоннеля. Я вовремя зажег фонарь, ведь в следующую секунду мозг удалился и двери затворились.

– Удачи вам, неизвестные мне существа. Продолжайте работу над самым смертоносным местом на земле! – Вивай помахала темноте, - Ну как, похоже на тебя? Уверена, что именно это было в твоей голове!

– Ты чертовски права. – сказал я и хлопнул ее по заднице.

***

Вскоре тьма отступила. В тоннеле показался тусклый свет, который с каждым шагом отвоевывал все больше границ. До ушей доносился далекий звук отбойного молота, который мы уже слышали не так давно. Воздух оледенел, дышать было трудно, но возможно. Альтер всю дорогу напевал тенором, а Вивай заигрывала со мной своим хвостиком. Все самые серьезные люди покинули нашу компанию, оставив меня лидером по собранности. Это меня ужаснуло. Никогда в жизни я не был самым сдержанным. Это работенка для других. Мне бы покривляться, посочинять матерные стишки, позаигрывать… «Старым человек становится не тогда, когда переходит границу определенного возраста, а когда оказывается в компании молодых душой» - так говорил мой брат. Но даже если рассуждать в таком русле, кто повидал в жизни больше кошмаров? Мое прошлое несравнимо с прошлым этих бывших беспризорников головорезов. Сейчас я думаю так: с возрастом человек относится к жизни ироничнее. Беспринципная серьезность – это вещь из глубокого детства.

– Крау, ты веришь в Бога? – спросил меня как бы невзначай Альтер.

– Я верю в судьбу. – я прочистил горло, - Хотя и долго в этом не признавался.

– А чем Бог отличается от судьбы?

– Бог формирует судьбу. Он находится над ней.

– Значит твоя вера в судьбу не отрицает возможное существование Бога? – подметила Вивай. Никогда бы не подумал, что ей будет интересна подобная тема. Как, впрочем, и Альтеру.

– Сама по себе вера в судьбу не отрицает его, но моя – да. Судьба вполне может быть самодостаточна. А еще она случайна. Ведь если бы она была полностью спланирована, то и вправду бы не отличалась от Бога.

– Почему ты тогда веришь в судьбу, а не в случайность? – спросил Альтер выходят на холодный серо-синий свет платформы.

– Случайность – лишь инструмент судьбы, чтобы построить мир такой разный и дикий, что ни у одного живого существа в голову не придет покинуть его по собственной воле из-за скуки.

Вивай рассмеялась. Мне и самому эта концепция казалась смешной. Но юмор был присущ судьбе. Обладание им – ее главное свойство.

– А ты Альтер? Неужто уверовал? – я остановился рядом с ним.

Мы любовались огромным куполом под звездным небом, раскинувшимся в мертвой долине перед золотыми землями. Где-то там - Юсдисфал, наш дом.

– В общем… проповеди Рондо не прошли даром. – Альтер скромно сунул руки в карманы кожаной накидки.

Я приобнял его за плечо:

– Брат однажды сказал мне, что все мы выбираем во что верить только по тому, что нам больше нравится своими символами и смыслами. Без разницы, во что ты веришь. Главное, чтобы человек был хороший.

– С этим у меня, боюсь, проблемы.

Судя по лестнице, ведущей далеко вверх, нас ждал очень утомительный переход.

XXXV. Вкусноти

Некоторые двери не стоит открывать.

Когда мне было не больше десяти, я открыл дверь в старый сарай, в который мне запрещали заходить, и я увидел, как отец любит нашу служанку.

Когда мне было двадцать с лишним, я часто посещал самую не богоугодную таверну в Юсдисфале. Там, на втором этаже в четвертой комнате я проводил ночь с гордой невесткой местного завсегдатая. Я был очень пьян и слишком верил в свои силы. Она просила не открывать дверь, но я был уверен, что нокаутирую ее ухажера в первом раунде. Он повалил меня и несколько раз пырнул ножом. Меня спас другой вечный спутник «Вечной весны» - врач Мори Болдер. С тех пор мы начали дружить, и он был одним из немногих, кто провожал меня в башню.

Некоторые двери, которые не стоит открывать, все же стоит открыть.

Альтер поднажал, и петли заскрипели. В тоннель ворвался свежий запах дождя и земли в симбиозе. Серое без просветов небо пульсировало паутинками молний. Гром звучно расстилался по долине и ударялся о стену башни. Вблизи протекала знакомая речушка. Поток воды стекал в решетку и исчезал где-то в глубинах башни.

Мы застегнули плащи и надвинули капюшоны. Впереди друг на друге ютились холмы.

Вивай озвучила мысль, которую мы с Альтером не осмеливались высказать:

– А ведь мы здесь уже бывали…

Предчувствие нехорошего расползлось в груди. Может мне показалось, но я услышал по-детски зловещий смех. Начали виднеться крыши домов. Ветви сухой яблони слабо покачивались на ветру. Рядом – указатель. «Всё как там, только здесь. Юсдисфал».

Мы с Альтером переглянулись. Кошмар продолжается. Мы знали, что там найдем.

Каменная кладка под ногами покрылась трещинами, растения ссохлись, крыши порушились. От былого праздника жизни мало что осталось. Я заприметил у вросшего в землю обоза фигуру, которая оказалась всего-навсего двумя сваленными друг на друга мешками чернозема.

Сколько лет эта деревня провела в одиночестве без людского присмотра? Я наступил на кирпич, вывалившийся из первого встретившего нас дома, и он измельчился в порошок. «Возвращение к праху…»– родилось в моей голове. Мысль не принадлежала мне полностью, словно кто-то со стороны внедрил ее в черепушку.

Возвращение к праху. Слова, словно сплетенные из кровеносных сосудов пульсировали в ритме сердца. Безмерное чувство пустоты и одиночества овладели мной.