Башня мертвых
Шрифт:
А затем я увидел Ее. Вивай сидела у костра обхватив колени. Услышав мои шаги, она бросилась ко мне в объятия и тут же заплакала.
XL. Падение
XL. Падение
Мы приходим в мир одни и уходим точно так же. Это простая истина.
В могилу мы забираем только самые дорогие сердцу вещи – воспоминания. Эта истина сложнее.
Есть так же истина, которую никогда не сможет осознать ни один человек на свете. Смерть – это всегда возвращение.
***
– Почему? Почему ты оставил меня?
Я не мог выносить ее слез.
Башня стояла на плавающем в воздухе острове. Кругом вились тучи, тихо горевали небеса.
– Сегодня… сегодня я решила, что больше не буду тебя ждать и пойду одна… но ты пришел, Крау. Я злюсь, но я так рада, что ты пришел!
Вивай покрыла поцелуями мой лоб, нос и губы. А я пусто смотрел на молнии, бушевавшие вдали. Теперь я вспомнил, как оставил ее.
Тогда мы встали перед развилкой. Туннель разветвлялся на два пути.
«Ну так что, Крау, ха, куда пойдем?»
«Ты пойдешь в правый, а я в левый».
«Ты хочешь разделиться? С ума сошел?»
«Правый короче и выведет тебя к месту, к которому твое сердце стремилось все это время».
«А что в левом?»
«То место уже для… моего сердца».
«Нельзя ли последовать за зовом чьего-то одного сердца?»
«Нет. На то тебя и зовут Вивай, а меня Крау. Наши сердца различны и жаждут совершенно разного».
«Я ничего не понимаю. Мы идем в одну сторону и точка».
«Я не могу пойти по твоему пути. А если ты пойдешь со мной, мы оба умрем»,
«Откуда ты это можешь знать?»
«Об этом мне сказала… башня. Иди, Ви. И жди меня. Я приду очень скоро. Ты не успеешь соскучиться».
Она хотела обмануть меня. Хотела пройти несколько метров по своему туннелю и нагнать меня позже в моем. Своевольная неритка. Но вслед за ней башня затворила вход, засыпала его камнями.
Я забыл об этом, потому что все эти слова говорил не я. Точнее другой я, которого просто не могло здесь быть. Человек, говоривший моими устами не существует уже очень давно, и это все, что я о нем знаю.
– Мы живы, Ви. Мы живы.
Я обнял ее, как никогда прежде. На ощупь ее волосы казались чудесными неземными шелками, а этот грустный взгляд был сродни алеющему морю, в котором потонуло так много кораблей.
– Я тебя люблю. – сказал я ей.
И в слезах ее был сокрыт ответ.
***
«Не стесняйся, Крау. Вы можете входить. Убив моего стража, ты заслужил это, но вместе с тем и навлек на себя мой гнев. Это так, к слову. На самом деле, это почти ничего не изменило».
Голос Люмиль отозвался томным эхом в голове.
Стоя на ступенях перед входом, мы держались с Вивай за руки. В ее левой руке сияла серебром рапира, в моей правой – Черная сталь тлела углем. Мы смотрели друг другу в глаза.
С самого начала каждый шаг приближал нас к смерти. Оставалось сделать последний. Как всегда, задам вопрос, но на который я теперь совершенно точно знаю ответ.
Что ждет нас в темном впереди?
Искриться жизнь, и воплоти
Стою я над могильным камнем,
Испещренном именами тех,
Кто так и не узрел конец пути
–
Пойдем?Вивай улыбалась мне, как летний цветок.
– Да, пойдем.
Мы распахнули двери и погрузились в яркий свет.
В главном зале играла торжественная музыка. Два похожих на людей существа играли на трубах, еще трое в длинных фраках мучали очень длинное фортепиано. Органом заправлял крылатый зверь в костюме, изливавшем кислотный цвет. Двое скрипачей показались мне знакомыми – это были Руби и Киро, странная парочка, которой я показывал свой магический фокус. На этот раз на них были красные плащи, а тело осталось оголенным. Вместо привычного торса у Киро тут и там выступали лапки насекомого, а у Руби грудь была покрыта цветастым панцирем, как у жука. Не отрываясь от инструментов, они лишь синхронно нам кивнули. Несмотря ни на что, музыка их была прекрасной, почти идеальной, но с творческой ноткой хаоса, которая и закладывала весь шарм.
В дальнем углу у золотого фонтана, исписанного красными узорами, троица до безумия красивых дам, одетые в цветные полушубки, обсуждали вино.
– И все-таки лучшее вино нам приносят из шестой параллели. Андреас за тысячелетие потерял всю суть приготовления божественного напитка. И для чего ему теперь столько плантаций… пять этажей виноградом усеял, а толку?
– Ну не скажи. Зато он все-таки проверенный. А этот делец с шестой еще неизвестно как себя покажет при следующей поставке.
Ошарашенные мы шли по кроваво-красному длинному ковру и приближались к статуе в центре зала. Она увековечила молодого мужчину с серьезным, в меру безумным взглядом. Он держал руки в карманах тонкого плаща, если ни сказать халата, а на груди у него красовалась толстая цепь, продетая через ушко вдохновляющей подвески в виде золотого пера.
Под статуей на бархатной скамье Сидела Люмиль в полном рыцарском облачении, в отличии от всех присутствующих. Она о чем-то переговаривалась с лысым коротышкой в белесом фраке. Завидев меня, улыбка с ее лица на миг куда-то соскочила, но быстро вернулась. Она жестом спровадила коротышку и взяла с подноса предложенную хвостатым официантом кисть винограда.
– Приветствую вас. – сказала она оживленно.
– Приветик. – ответили мы с Ви в унисон и так же в унисон наставили на нее оружие.
Музыка резко стихла, а вслед за ней и праздник.
Девочка замахала руками, мол «ничего-ничего, продолжайте», и торжество зажглось вновь.
– Ох, ну что же вы в самом деле за дикари такие. – Люмиль прикрыла лицо от стыда.
– Прости, просто мы любим заканчивать начатое. – съязвила Вивай и, не отводя рапиры, взяла у официанта виноградинку, - А у вас тут миленько, ничего не скажешь. Я о таком только мечтала.
– О, вы еще не были здесь на праздники… Но поверьте мне, программа у сегодняшнего шоу тоже что надо.
– А будет ли сегодня среди зрителей сценарист? – спросил я.
– Кто знает? В Кафиниуме может произойти что угодно.
– Это я уже успел понять. – я опустил оружие.
Вивай посмотрела на меня с опаской. Я быстро перевел на нее взгляд:
– Попробуй взмахнуть рапирой.
Она попробовала, но я этого не увидел.
– Не могу… ха-ха.
Люмиль весело захохотала:
– Нет, друзья, какими бы вы не были сладкими, представление еще рано начинать. Вы в Зале грез. Здесь оружие и насилие служат лишь украшением. Поднимайтесь выше. Мы тоже ждем с нетерпением.